Кольцо Уракары - Михайлов Владимир Дмитриевич - Страница 70

70

– Разве я не сказал еще? На Лорике, разумеется.

– Ах, вот где!

– Это вас удивило?

– Знаете – нет. Потому что у меня и раньше возникали интуитивные ощущения именно насчет этого мира. Что же: я согласен. Ну а еще что-нибудь было на кристелле? Удалось понять – кто же затеял всю эту катавасию?

Верига поджал губы:

– Вы имеете в виду, что операция на Тернаре задумана и реализована не властями Синеры? – Этого он, похоже, не ожидал. – Но каким образом вы?..

– Такой вывод напрашивался сам собой – если подумать.

Все время нашего достаточно длинного разговора я контролировал его состояние. И сейчас его секундная растерянность дала мне шанс хоть в какой-то степени нажать на него – хотя о полном овладении ситуацией не могло быть и речи: у него стояла неплохая защита, я же, после того что они со мною делали, чувствовал себя далеко не в лучшей форме. Но все же…

– Это и на самом деле так, – сказал он. – Тогда вам, вероятно, известны и подлинные авторы и исполнители?

– Предположительно, конечно. Армаг?

– Я вижу, вы целиком в курсе…

– Вовсе нет. Простая логика… и определенный опыт. Армаг. Но, возможно, не его власти. Во всяком случае, их участие сейчас недоказуемо. Следовательно, одно из двух: специальные службы – или частная организация. Кто же? Я почувствовал, что Верига волнуется все больше и старается выйти из-под моего влияния. Но все же он еще отвечал:

– Гибрид.

– То есть спецслужба, организованная частным образом?

– Именно. Влияние государства не просматривается – но нет сомнения в том, что оно оказывается.

Это мне и так уже стало ясным.

– Теперь – подробнее, если вас не затруднит. Похоже, это его все-таки затрудняло. Тем не менее он сказал, пусть и очень нехотя:

– Замысел возник и разработан целиком на Армаге.

– Есть следы?

– Не из тех, какие можно предъявить суду или хотя бы Федеральному парламенту. Думаю, нет нужды объяснять вам…

– Нет нужды. Дальше?

– Группа реализации создана на Синере, но во главе ее встали люди, прибывшие из Армага. Этнические синериане и такие же этнические тернаряне, их, правда, привлечено совсем немного, два или три человека.

– Ясно.

– Механизм операции вам, я уверен, стал понятным сразу же. Используя уникальные свойства уракары…

– Минутку. Чтобы потом не возвращаться: вы не могли бы сразу же объяснить, действительно ли эти свойства таковы, как они описывались в открытой информации? Мне многое неясно. Например: почему они не влияют, в частности, на вас – и так сильно воздействуют на других? И еще: означает ли происшедшее, что найдены способы акклиматизации уракары в других мирах – или только в тех, в которых природные условия совпадают или почти совпадают с синерианскими?

Но ответа на этот вопрос я не получил.

Вериге удалось наконец сбросить мое влияние, самое большее, чего мне удалось добиться, – это под конец дать ему команду забыть об этом разговоре. Но боюсь, что она прошла не полностью. Что-то в его памяти осталось и сильно его беспокоило.

Вероятно, поэтому он и сказал мне:

– Значит, вы хотите лететь с нами на Лорик. Хорошо. Но до отлета нам придется несколько ограничить вашу… подвижность. Для нашего – да и вашего спокойствия. Поместим вас в уютном местечке. К сожалению, тут мы не дома и не обладаем всеми возможностями…

Я не удержался и спросил:

– Где же мы?

– А зачем… – начал было он, но тут же махнул рукой: – Ладно, все равно. На Лиане.

Это «все равно» прозвучало для меня достаточно угрожающе.

Я кивнул, с сожалением думая о том, что посольство Симоны на Серпе сегодня еще не встретит своего нового главу.

Глава 7

Темные дела в высшем свете (дни событий двадцать пятый-двадцать шестой)

Мое новое жилье не вызвало бы, пожалуй, никаких нареканий даже со стороны самого придирчивого сноба. Оно представляло собою обширную квадратную комнату на верхнем этаже длинного двухэтажного здания, похоже, оно считалось здесь общежитием. По комфорту непрошеное прибежище мало в чем уступало моему обиталищу на Теллусе, о котором я часто вспоминал со все большим сожалением. Чтобы не перечислять долго, скажу лишь, что здесь было все, что могло бы понадобиться человеку с моим характером для житья в любом варианте – одиночном или в небольшой компании. С собственной женой, к примеру, о которой я не вспоминал поминутно лишь потому, что ни на миг о ней не забывал. Крохотная, но весьма современная кухонька, ванная и неожиданно просторный балкон, откуда открывался вид на приятно зеленый кусочек планеты, сразу трудно было определить – сад это или просто лес, начинающийся тут же за домом. Балкон, как и выходившее на него единственное окно, были обращены в сторону, противоположную входу, так что наблюдать за входящими и выходящими из дома было невозможно, впрочем, я и не собирался заниматься здесь наблюдениями. Мне хотелось как следует выспаться, чтобы окончательно прийти в себя после той сборки-разборки, какой подверг меня Верига, другие проблемы сейчас казались очень далекими от изрядно измотанного всеми последними событиями организма. Ничего удивительного: такие встряски, когда их совершенно не ждешь, не проходят бесследно даже для весьма устойчивой нервной системы. Так что становишься благодарным за всякую возможность отдыха – пусть и вынужденного.

Кстати, я не без основания полагал, что мне еще повезло: я оказался в нормальной комнате, а не в тюремной камере. Как я понял, Верига и его люди действовали в этом мире неофициально и у них тут ничего своего не было – кроме устройства ВВ-перехвата, которое и сделало возможной нашу встречу. Чтобы поместить меня в камеру, им пришлось бы сдать меня властям, придумав соответствующую мотивировку, но тогда они потеряли бы возможность как-то использовать меня – а все говорило о том, что такие замыслы у них имелись. Поэтому им пришлось усадить меня в едва двигавшийся, по всей вероятности, просто нанятый ими экипаж, водитель которого не должен был заподозрить, что я – пленник, а не просто один из компании. Меня везли, с великой осторожностью минуя каждый полицейский пост, по каким-то тряским дорогам, потом – по скверно освещенной улочке поселка (назвать это городом было никак нельзя) и в конце концов завели в номер этой гостинички, где даже часового ко мне нельзя было приставить, чтобы не вызвать подозрений. Все оказалось, повторяю, куда лучше, чем могло бы быть, если бы меня перехватили на планете, на которой у людей Вериги – кем бы они ни были – существовала бы своя база. На Лиане ее, к счастью, не было.

Так что, убедившись в том, что мой предельно легкий багаж, целиком умещавшийся в карманах и в моей вечной спутнице – маленькой походной сумке, уже доставлен сюда вроде бы в достаточной сохранности (за исключением, разумеется, той самой кристеллы, которую Верига, расшифровав, оставил у себя), я постарался потратить на омовение под душем самое короткое время, а затем, предвкушая блаженство, доступное только предельно уставшему человеку, отбросил покрывало и со счастливым вздохом рухнул на душистые простыни. Регулятор климатизатора находился тут же – на стене рядом с кроватью, так что оставалось лишь протянуть руку и установить режим, в котором мне хотелось бы спать. Я так и сделал, крохотный остаток сил потратил на то, чтобы погасить свет у изголовья, с наслаждением потянулся под простыней и закрыл глаза.

И тут же сон исчез – словно потухший свет унес его с собою туда, куда уходит все в мире, что уходит.

Первые пять минут я пытался утешить себя тем, что это – всего лишь шутки усталости, что стоит мне просто расслабиться, даже не входя в транс, – и сон вернется. Но не тут-то было. Минуты шли, усталость, естественно, не проходила, плоть взывала о пощаде – а сон (я просто физически ощущал это) с каждым мгновением уходил все дальше и дальше.

Это не могло случиться просто так: мой организм давно уже привык повиноваться приказам воли и воздействию тонких тел. И если он сейчас так упорно сопротивлялся – значит, кто-то приказал ему действовать именно так.