Кольцо Уракары - Михайлов Владимир Дмитриевич - Страница 89

– Я – по другой дороге, – откликнулся он. – Здесь – середнячки, несолидный народ. Брокеры, секретари, кое-кто из разъездных агентов – не выше. Вот и ты через годик-другой…

Больше я спрашивать не стал. Как-то сразу почувствовал, что тут рассуждают по-своему, здесь я – вообще никто, пустое место, мнимое число. Ощущение мне не понравилось, и я решил в дальнейшем быть как можно более сдержанным – для пользы дела и чтобы окончательно не утратить уважения к самому себе.

Наконец мы выехали к побережью. Берег был пустынным. Мы оставили машину на забетонированном пятачке. Повидж повел меня прямо сквозь остро пахнущий кустарник. Продирались с усилием. И вышли наконец к крохотному заливчику, где растительность на несколько метров отступала от воды, образуя подобие пляжа с тонким песком, обильно усыпанным мелкими ракушками. Я подумал было, что сейчас прилив и вода покрыла весь пляж, не сразу сообразил: если нет луны, то какие же могут быть приливы.

– Ты все переговоры здесь ведешь? – поинтересовался я.

Он усмехнулся:

– А разве мы ведем переговоры? Просто празднуем встречу после долгой разлуки. Садись или ложись – как угодно, песочек здесь чистый.

Я последовал совету. Ящик с пивом, который мы с великими усилиями дотащили сюда от машины, он осторожно опустил в воду, вынув лишь по банке – для начала. Кивнул мне:

– Промочи горло. Я промочил.

– Теперь говори. – Повидж пошевелил губами вхолостую, покачал головой. – Каким же это образом тебе удалось попасть в наш центр, не пройдя даже первичной регистрации? И почему, если можно было войти вполне легально? Наверное, тебе очень не хотелось там засветиться, в чем причина? Что ты такого натворил, что тебе даже тут страшно? Только откровенно, потому что иначе никакого содействия от меня не дождешься. Земляки мы там или нет, но я работаю в Рынке и на Рынок и мараться ни в чем не стану. Ты ведь не утащил с собой посольскую кассу? Не прикончил там кого-нибудь из-за пустяков? Только не молчи: видишь, я просто сгораю от любопытства. Что же ты, друг милый, не смысля ни уха, ни рыла в наших играх, суешься в такие дела? Жить скучно? Или ты стал такой уж рисковый? Даже если тебя занесло сюда случайно, не надо было связываться с Рынком. Это, парень, та еще корпорация. Чтобы от нее не пострадать, надо в нее входить. Ладно, что внести – у тебя есть. Но как только отдашь свою информацию как взнос, то потеряешь на нее всякие права. Разрабатывать дело станет кто-то другой – от Рынка. Тот, кого сочтут самым пригодным. Тебе это никак не светит. И прибыль, если она появится, пойдет Рынку, иными словами – в общак, если тебе так понятнее. Ты, конечно, при этом получишь право вести дела в системе Рынка. Но, если я правильно понял, ничего другого у тебя за душой нет. Тебе дадут право разрабатывать – но работать тебе не с чем. Так? Значит, одиночное плавание – не твой удел. Раз уж ты нашел меня, я тебя, конечно, без помощи не оставлю. Возьму к себе – как и обещал, ассистентом. Твой Проект будет числиться за мной, а тебе достанутся отдельные задачи. Всю информацию, что у тебя есть, сразу отдашь мне. И это – единственное, на чем ты сможешь еще как-то выкарабкаться, не потеряв последних штанов – а то и вообще не оставив здесь собственной шкуры. Только не думай, что ты сильно крутой. Такими здесь улицы мостят. Скушай это без соли и усвой раз и навсегда. Тогда, может быть, что-то и получится. Но при твоем согласии на жесткие условия – и при безусловном их соблюдении. Шаг влево, шаг вправо – и огонь откроют без предупреждения.

Я немного подумал, прежде чем ответить:

– Такой шанс бывает раз в жизни – попасть сюда. Страха во мне нет, но остерегаться научился. Не тащу за собой никакой уголовщины, поверь. Но кто-то, похоже, считает, что я знаю о чем-то больше, чем на самом деле. И видит во мне опасность. Вот и весь рассказ. А ты на моем месте упустил бы такую возможность?

– Я! – сказал он. – Я – другое дело. Варюсь в этом котле уже столько – и счет годам потерял. Наработал такой опыт, что…

– Что же тебе твой опыт подсказывает? Он поморщился.

– Что вернее всего с тобою не связываться. Риска больше, чем выгоды. Ты еще и начать не успел – и уже наделал ошибок.

Это замечание мне не понравилось.

– Каких же, например?

– То, что прилетел сюда и притащил за собой «хвост».

– Я же тебе объяснил: это случайно получилось. У меня планы были совсем другие…

– Противоречишь. То – единственный шанс, то – ты тут вообще случайно. Где правда?

– И в том, и в другом. О шансе таком мечтал давно: на Теллусе сейчас занудно. Но, зная, что меня пасут, не собирался сюда по прямой, хотел сперва попетлять, сделать скидку – и тогда уже..

– Куда же ты собирался махнуть для начала?

– Ну для начала – на Синеру…

Я тут же пожалел, что слово это вырвалось – как-то само собой, помимо желания, подсознание подсунуло его, положило на язык. Но уже поздно было. Я ощутил, как Повидж внутренне напрягся:

– Вот как. Что же у тебя на Синере – браты, сваты?

– Нет ничего и никого. Просто ближайший борт был туда.

Похоже, у него отлегло.

– Я же говорю, – сказал он. – Ты в этих делах не смыслишь.

– Как прикажешь это понимать? – Я почувствовал, что начинаю злиться, и не без труда заставил себя вернуться к спокойному деловому тону. – Ты что же – заложишь меня своему начальству? Расскажешь о моих обстоятельствах, сложностях?

– А ты думал – как? Я же один из них, разве еще не ясно? Тут очень непростая система взаимоотношений, приоритетов, иерархии. Я годы пахал, чтобы оказаться на таком уровне. Что же, по-твоему, я пущу все это по ветру, только чтобы помочь тебе уберечь свою задницу?

– Каким же ты стал…

– Будь я не таким, то и обитал бы где-нибудь в другом месте и занимался бы чем-нибудь этаким – воспитывал бы детишек в садике или в этом роде.

Я поспешил отработать назад:

– Постой, постой. Я ведь с Рынком ни в какие отношения пока еще не вступил. Так что все, что ты тут сулишь, ко мне вроде бы и не относится.

Он усмехнулся моей непонятливости.

– Мальчик ты, мальчик. Воображаешь неизвестно что. Как это – не вступил в отношения с Рынком? Как только ты вошел на нашу территорию, ты оказался в игре. К нам сюда просто так не заходят. Ты вошел в мой офис – это второе, после этого ты уже в фокусе. А главное: ты вошел незаконно – и значит, уже совершил действие против Рынка. Кто знает, чего ты там успел увидеть и услышать, а то и утащить, где плохо лежало. Что же тебя – похвалить за это и отпустить на все четыре стороны? Такого не бывает. Вот так-то.

Я почувствовал, что вот-вот серьезно сорвусь. Бывает такое: на меня накатывает, из подсознания вырываются самые древние, самые разрушительные инстинкты, и я начинаю действовать непредсказуемо для других.

– Ну, – сказал я сквозь зубы, – ты-то меня не продашь. Я уж об этом порадею. Изо всех сил.

Я почувствовал, как он на меня обрушил всю имевшуюся у него силу, чтобы подавить, подчинить, зажать в кулак мою психику. Он умел кое-что в этой области. Но не учел, что тут все козыри были у меня на руках: я был моложе, энергии у меня было больше – успел поднабрать, а главное – я был продвинут куда дальше, чем он, потому что он занимался этим на бытовом уровне, любительском, его жизнь не зависела от этого искусства, я же был профессионалом, при моем роде деятельности иначе выжить было нельзя. Так что моя защита выдержала, а вот его – стала уступать под моим натиском. И он это почувствовал. Понял, что в ближайшие минуты, даже секунды я убью его, вовсе не думая о последствиях. И если даже они окажутся для меня печальными – ему самому от этого легче никак уже не станет.

Он выставил ладони, как бы защищаясь, хотя я не сделал еще ни движения.

– Ладно, ладно, – сказал он примирительно. – Силен, ничего не скажешь. Но взрываться нет нужды. Я ведь тебе никакого зла не желаю. Если бы желал – не стал бы вводить тебя в обстановку, так? Ну может, я тебя слегка огорошил. Но ведь затем тебя сюда и вытащил, чтобы в спокойной обстановке поразмыслить – что можно еще повернуть и каким способом. Давай-ка примем еще по глотку – для охлаждения. Возьми там, в воде.