Тело угрозы - Михайлов Владимир Дмитриевич - Страница 98

12

Два небесных тела, ранее не наблюдавшиеся ни Джиной с Миничем и никем другим, не были прежде замечены просто потому, что их и не было – ни в этой области пространства, ни вообще в космосе. Одно из них было американским кораблем, история запуска которого нам уже известна, другое же – российским «Ураганом», о котором тоже упоминалось. «Амбассадор» стартовал раньше и теперь находился ближе к Телу Угрозы, чем «Ураган»; к тому же его двигатели были мощнее, и сам корабль раза в два больше. Впрочем, по вооружению они были сопоставимы.

– Что-то не верится мне в виртуальную картинку, – проговорил Брюс. – По всем признакам – камень камнем.

У него были основания говорить так: изображение тела на корабельном мониторе – том, к которому был подключен телескоп «Амбассадора», – было, пожалуй, уже больше, чем можно было получить на Земле при помощи тех приборов, которые были включены в это исследование. Ни прямое наблюдение, ни компьютерный анализ изображения ни разу не указали на что-то, что могло вызвать сомнения в естественном происхождении объекта. Без устали кувыркающаяся в пространстве неправильной формы глыба с относительно невысоким альбедо.

– Придется в очередной раз передать на Землю то же самое.

– Ничего, – откликнулась Бриджит, – примирятся. Так или иначе, нам еще предстоит сблизиться с ним куда больше. И честно говоря, от него я не ожидаю никакой угрозы. Зато наш непрошеный попутчик меня беспокоит куда больше.

И она кивнула в сторону другого монитора – того, на котором виднелось четкое, хотя и не очень крупное изображение корабля – другого корабля.

– Говорят, в России был когда-то лозунг: догнать и перегнать Америку. Вот они нас и догоняют.

– Пусть даже обгоняют, – согласилась Бриджит. – Лишь бы не пробовали остановить. Как думаешь – такой оборот возможен?

Брюс медленно качнул головой. Сказал:

– Если бы я опасался этого, то… – Он не договорил того, что и так было ясным. – Но уверен, что такого опасаться нам не приходится. Если бы это действительно оказалось их кораблем, тогда, конечно, возник бы мотив – помешать нам познакомиться с ним как следует. Но тогда, кстати сказать, у них шел бы хоть какой-то радиообмен с телом – а разве мы хоть что-нибудь слышали?

– Ну, русский-то разговаривает. Но тело не отвечает.

– Отвечает Земля; кстати, то же самое они могли бы сказать и о нас.

– Да и говорят, наверное. Жаль – нас не снабдили их кодами.

– За неимением скорее всего. Да ну – не для того же летели сюда и мы, и они, чтобы разыграть тут показательный бой!

– Согласна.

Брюс усмехнулся:

– Команда имеет время для отдыха.

– Ага. Я вот сообщу подругам, какой кайф заниматься любовью в состоянии невесомости, – охренеют.

– Об этом будешь рассказывать при личной встрече…

На другом же корабле – речь идет об «Урагане», разумеется, – как раз в это время заканчивалась подготовка к действию, задуманному и отработанному еще до старта.

Еще там, на Земле, было сказано и накрепко усвоено: полет является комплексным. Испытательным – поскольку впервые все механизмы и системы будут опробованы не в условиях «приближенных», но в совершенно реальной обстановке дальнего похода, на значительном удалении от планеты. Научно-исследовательским – в силу того, что официальной задачей является наблюдение и изучение необычайного – или, может быть, вполне обычного, но представляющего некоторую опасность, – небесного тела; не только простое наблюдение, но именно изучение. А кроме того, полет был еще и разведывательным: предстояло разобраться, зачем это вдруг устремился туда американский «Амбассадор». На сегодня первый этап полета выполнялся исправно: все шло (тьфу, тьфу, тьфу) без накладок и нештатных ситуаций, ни одного сколько-нибудь серьезного отказа, сбоя или в этом роде. Как будто и не российское изделие вовсе. (Ну, все разом: тьфу, тьфу, тьфу через левое плечо! И немедленно тук-тук-тук по дереву. Как это – нет? С собой возить надо!) И вот подошло время готовиться к переходу ко второму этапу – исследовательской деятельности.

Начался он с того, что «Ураган» изменил траекторию своего движения. Задача была не из трудных: оперируя микродвигателями, или клапанами, как еще говорят, изменили ориентированность корабля в пространстве и слегка сработали маршевыми. И если до сих пор оба корабля летели практически параллельными курсами, то сейчас возникло некоторое расхождение: «Ураган» стал как бы отдаляться боком. Глядя со стороны (было бы кому), подумалось бы скорее всего, что оба корабля решили взять подозреваемый объект, так сказать, в клещи, хотя и не очень понятно было бы – зачем. Тело ведь все равно демонстрировало себя со всех сторон, так что ничего нового наблюдать не удалось бы. Но Зернов, командир «Урагана», знал, наверное, что к чему.

Впрочем, если американский экипаж и был встревожен этой не совсем понятной эволюцией, то очень ненадолго. Потому что как только расстояние между обоими земными посланцами увеличилось примерно вдвое, «Ураган» выполнил обратный маневр, и орбиты стали вновь параллельными. Назвать их концентрическими было бы нельзя, поскольку к этому времени россиянин вышел на то же удаление от тела, на каком находился и американец. Гравитационное влияние тела здесь уже ощущалось, хотя еще очень слабо, и орбиты и того, и другого стали изгибаться несколько круче. Вот пока и весь результат.

Хотя Зернов, наверное, так не думал.

– Начинаем подготовку к выполнению программы «Спектр»! – проговорил он таким тоном, словно то был дружеский совет, а не команда.

Тем не менее то была именно команда, и она стала, как и полагается, тут же выполняться.

13

– Сегодня, – сказала Джина-Зинаида. – Этой ночью.

Она проговорила это, глядя на монитор покойного Люциана, на который были загружены его записи и вычисления.

– Что – сегодня? – не сразу понял Минич.

– Момент истины, – ответила она, и голос ее чуть дрогнул.

Тут и он сообразил.

– Нашла что-то важное?

Сам он мог бы расшифровывать записи покойного, пока не посинел бы, и все равно без толку. Все было в сокращениях, условных значках и прошпиговано формулами, которые для Минича были менее понятны, чем, скажем, катакана.

– Боюсь, что слишком важное…

– А так бывает? Ладно, ладно. Что там? Только популярно, да?

Он слушал, мрачнея все больше. Когда Джина умолкла, он заговорил не сразу:

– Так что же получается: на самом деле приближается эта самая планета, как ее – Небира, раз в тысячи лет…

– В десятки тысяч.

– А нам не все равно? Ее никто никогда не наблюдал – я правильно понял? – и влияние ее никак не сказывалось из-за удаленности. И вот теперь она приближается и набирает, естественно, скорость, но ее никто не наблюдает. Хотя я ведь об этом написал – и зря. Почему же? Неужели трудно навести телескоп по указанным координатам…

– Тут по записям получается, что все не так просто…

– Ну, что еще?

– У Люциана сделан расчет; если он правилен, то Небира в какой-то точке своей орбиты может – он писал об этом как о вероятности – захватить предположительно один из дальних спутников Нептуна – может быть, такой, который у нас вообще еще не открыт. Пока заняты преимущественно семьями Юпитера и Сатурна.

– Ну ладно, захватит – и что?

– Люциан построил возможную траекторию движения этого возможного пленника. И – по нему – получается, что самой Небиры нам бояться нечего; а вот это захваченное тело может оказаться в опасной близости. Вот смотри… Это схема возможного сближения. С вариантами – он не успел, наверное, просчитать возможные возмущения со стороны гигантов на это маленькое тело. Но выходит, что указанные им координаты относятся не к Небире, а именно к этому спутнику. И его, может быть, видят. Но его движение должно оказаться настолько замысловатым, непредсказуемым – если не брать в расчет влияние Небиры, а кто может учесть его, если никто и не знает о ее существовании? Я думаю, что Люциан медлил со своим сообщением – тут видно, что расчеты сделаны куда раньше, – до тех пор, пока не убедился, что захват действительно произошел.