Иверь - Еловенко Вадим Сергеевич - Страница 55

Видя ее слезы, воины вернулись на стены и сказали, что умрут, но не пустят врага в город.

Однако ожиревшие от большой добычи дикари еще неделю не показывались у стен города. А потом…

Последний штурм начался тогда же, когда я заканчивал третий форт. Уже полсотни орудий продолбили стены, и дикари неспешно пошли на приступ. По ним остервенело ударила наша артиллерия. Орудия, которые дикари выкатили из леса поближе к стенам, были сметены умелым обстрелом. Но в это время начался, собственно, сам штурм.

По словам Игоря, дикарей было не меньше пятидесяти тысяч. Они гибли сотнями, но тысячи рвались под огонь орудий. К ночи они вошли в город. Игорь уже прощался со своей женой, имея под рукой всего три сотни бойцов и десять орудий. Они заперлись в замке одного из лордов Апрата и смотрели, как дикари с помощью нашей же артиллерии повалили башню богини Ролл.

Замок держался пять дней. Игорь не надеялся на мою помощь. Он знал, что если даже ко мне успеют дойти новости, то мне надо еще вернуться в Тис за капсулой и только тогда я смогу помочь.

Все изменилось, когда на переговоры пришел шаман. Он сказал, что они пропустят Боевого Зверя и его свиту, если он пожертвует богиней Ролл для обеда вождя. Игорь разъярился и повел остатки войска на прорыв по улицам города. Терять все равно стало нечего. Но если бы не канониры, оставшиеся у орудий прикрывать отход Игоря и Ролли, они бы ни за что не вырвались… В итоге канониры, из уважения к их храбрости, были съедены предварительно умерщвленными.

Игорь, весь израненный, Ролли, тоже раненная в руку дротиком, и пять десятков измочаленных воинов добрались, преследуемые по пятам, до Ворот Иса. Им навстречу вышел весь гарнизон речной крепости. Смогли отогнать варваров от спасающихся и впустить их внутрь. Через час три галеры моего боевого флота вышли из гавани и пошли к Ристе. Игорь задыхался от боли в каюте, а перевязанная Ролли прощалась со своей страной.

Так погиб Апрат.

Я выслушал историю, и мне стало жутко, грустно и больно. Я знал, как смогли дикари такое совершить. И ни при чем здесь морской народ. Это я. Именно я начал войну и ослабил Апрат настолько, что он уже не смог сдерживать натиск объединенных диких орд. Я проклинал себя за то, что теперь уже не рвет небо белая башня замка. Я ненавидел себя за ее пусть легкое, но ранение. Я не мог себе простить, что не взял на постройку ВТС капсулу. Добрался бы до меня гонец, и я бы был у Игоря. Я бы вытащил их. Я бы там все покрошил в мелкие осколки. Я бы этого шамана и его вождя сжигал бы медленно и с чувством. По чуть-чуть. Чтобы не сразу умерли.

Оставив уже подлечившегося Игоря контролировать возведение фортов и последующее воздвижение островов на Исе, я убыл в Тис.

Совет, собравшийся в тронном зале под моим руководством, был самым мерзким за всю мою жизнь.

– В том, что пал Апрат и моя страна наводнена людоедами, виновник один. Это ты, Прот! – кривилась в крике Ролли.

Это не самое хлесткое.

– Я проклинаю тебя за то, что ты сделал со мной и моим народом. За то, что пришлось пережить моей дочери.

И это еще не все.

– Если бы у меня было оружие, способное пробить твою броню, я бы, несомненно, убила тебя.

Я только сидел в своем кресле и, потирая подбородок, смотрел в пол. Остальные, королева на своем малом троне и Атаири на большом, молчали. Не им влезать в спор богов.

Я только в конце сказал:

– Если виновен я, то, несомненно, виновата и ты, Ролли.

Она аж задохнулась от негодования.

– Эта война могла и не начаться. Тебе было достаточно признать своих шпионов на нашей территории. Тем более что доказательства тебе были позже представлены.

Она вскинула руку, чуть не выронив четки:

– И что?! Ты бы не напал позже на Апрат?

– Напал бы, – согласился я. – Но ты права: позже. И не было бы моего союза с дикарями. И не пошли бы они на твою землю. И я смог бы загнать их в глубокие леса. Но ты захотела войны, когда я к ней не был готов. В принципе, логично. Только вот я теперь еще не готов высадить экспедиционный корпус в Воротах Иса. Мне понадобится сначала закончить оборонительные сооружения на севере. Пассы для меня страшнее, чем твои дикари. Мне нужно еще возвести горную крепость, чтобы морской народ не пошел в обход линии обороны, коль скоро он захочет нас захватить, пока я буду воевать на твоей земле. На твоей земле!

Она зло сверкнула на меня глазами и промолчала.

Приступили к общим вопросам. Народ лагги прислал лучших молодых охотников в новый поток Академии. Их разместили лагерем под стенами. Начали строительство новой стены, которая охватит огромный участок для заселения. Я одобрил это, но сказал, что смогу отдать рабочих с ВТС только в конце будущего лета. Хотя да, часть пришлю, несомненно. В связи со строительством ВТС казна сократилась уже наполовину. Я сказал, что это не страшно. Снизилась торговля с Наемом. Вот этому стоит уделить внимание. Снизилась торговля с пассами. Это почти катастрофа. Зато к нам прорвались послы ряда малых государств с севера гор Утренней Влаги. Они готовы покупать металл, если мы обеспечим его доставку. Атаири уже принял решение – согласился. Торговый путь будет опробован в течение ближайшего месяца. Я кивнул этой ложке меда в бочке дегтя. К нам перешел принц Наема и просит убежища. Наем куксится, обвиняя того в попытке переворота, но будет не против, если он у нас станет на службу и погибнет в боях с варварами запада. Я кивнул и чуть улыбнулся, узнав, что с принцем пришло трехтысячное войско.

– На ВТС его не отправлять, в закрытые города – тоже. Незачем ему лишнее знать. Немедленно принять присягу верности, и сплавьте его в Ворота Иса.

– Он просится на гвардейский флот.

– Пусть заслужит гвардию. Дать ему взамен его войск наши в равном количестве, а его людей рассредоточить между нашими. Пусть они их научат нашей дисциплине.

Королева выступила с известием: в переполненных городах речного народа вспыхнула эпидемия неизвестной болезни. Я кивнул и сказал, что сыворотку приготовим в ближайшие дни. И поручил королеве организовать в каждом городе по больнице. Поставить знахарей на государственную службу и платить им две-три монеты в месяц. Мало? Ничего, уж кто-кто, а знахари никогда с голоду не умрут. Пациенты прокормят. В частной практике я приказал их не ограничивать. Пусть работают. Идея королеве понравилась, тем более что выставляла ее в хорошем свете.

Атаири сказал, что две школы в городе готовы принять учеников. Я только руками развел – учителя будут только спустя полгода, не раньше. Может, позже. Атаири просил пока разрешить использовать школы под казармы для молодых охотников, прибывших для поступления в Академию. Я разрешил.

Тот же Атаири доложил, что школа канониров досрочно выпустила еще одну сотню мушкетеров и сотню пушкарей. Я порадовался. Похвалил и спросил о результате стрельб.

– Хорошо, – сказал Атаири, и я ему поверил. Это именно «хорошо». Не «отлично». Не «плохо» или «удовлетворительно», а именно «хорошо». Я приказал выдать премию преподавателям пушкарей.

Снова заговорила Ролл. Она потребовала, чтобы начали обучать ее гвардейцев и остатки войск Апрата. Спасибо Атаири. Он сказал, что на это есть личная просьба Игоря. Мол, он сам приступит к обучению, как освободится. Ролл также потребовала, чтобы ее войска остались в своей форме, а не надевали уродскую, красного кровожадного цвета. Я отказался, сказал, что армия – это единственное место, где не рекомендуется выделяться. Она поджала губы и, видно, решила надавить на Игоря.

Ролли сильно изменилась. Я ее помнил нежной девушкой. А тут – просто стерва какая-то. И хотя я все еще часто думал о ней, она меня, не скрою, удивляла. Потом я решил, что это беременность, рождение ребенка и пережитые испытания так ее изменили, и забыл о ее выходках.

В конце совета мы выслушали посла пассов, который пришел осведомиться, правда ли то, что мы собираемся перекрыть Ис дамбой. Я про себя усмехнулся тупости этих идиотов и сказал, что это даже в теории невозможно. Мы строим острова для воздвижения на них оборонительных сооружений. И если пассы не беспокоятся о почти уже законченной ВТС, то и о крепостях на реке им беспокоиться нечего. Не знаю, что там в голове посла происходило, но он ушел, поблагодарив за аудиенцию.