Оборотень - Ширянов Баян - Страница 59

В один из таких разов ГУЛ заставил повеситься его медсестру, не упускавшую случая продемонстрировать свою власть над ним. В другой – спровоцировал бунт на хумском швейном объединении. В третий, в отместку за приведший его в бешенство суп, сваренный из какого-то гнилья, внушил поварам такой дикий голод, что они съели все, приготовленное для больных. Откачать никого не удалось.

Но то были конкретные поводы. Сейчас повод тоже был весьма конкретен – Дарофеев. Но ГУЛ знал, что ему не обойтись без этого экстрасенса и, хотя и подвергал его всяким испытаниям, но лишь для того, чтобы этот московский выскочка приполз к нему на коленях и повинился во всем. Тогда ГУЛ его простит и предложит быть своей правой рукой. Дарофеев согласится и они…

ГУЛ замечтался и, почти не осознавая что делает, переместился в квартиру Игоря Сергеевича. То, что он там увидел, сразу обломало мечтательный настрой. Экстрасенс копался в его штуковине.

Понаблюдав за его действиями, в этот момент Пономарь чистил программу, ГУЛ сообразил, что и ему самому надо бы избавлять своих людей от этих связок, необходимых лишь для подготовки штуковины. Но возиться с этим было долго и неинтересно. А так, они жили на людях, работали, а что еще надо? Добиваться красоты, как делает этот московский экстрасенс? Глупо. Вещь должна быть функциональной. Зависнув в углу дарофеевской комнаты ГУЛ смотрел и смотрел. Он и не собирался вмешиваться. Пусть Дарофеев поработает, не думая пока об опасности.

Но когда москвич приступил к следующему этапу, ГУЛ едва сдержал себя. Что он делает? Он же не понимает принципа! Какой толк дергать усики штуковины по одному? Ведь каждый из них взаимодополняет другой! Один порвешь – ничего не будет. Надо вместе, причем вот этот и… Внезапно ГУЛ поймал себя на мысли, что сочувствует Дарофееву, который никак не может понять, как именно работает то, что он, ГУЛ повесил на его приятеля, сочувствует и пытается ему помочь. Вот уж нет! Обойдется!.. Зато следующее действие Дарофеева заставило ГУЛа изо всех сил сдерживать смех. Экстрасенс пытался сделать штуковину! Причем делал он ее из собственной силы. Вот умора!.. Кто же так делает?

Вскоре Дарофеев устал заниматься ерундой и ГУЛ ушел от него. Теперь мысль работала холодно и прагматично. Нельзя, думал ГУЛ, оставлять у него этого друга. Рано или поздно экстрасенс сможет понять принцип. А этого допускать не следует. У каждого должны быть свои секреты.

Пусть кто-нибудь в Москве этим немедленно займется…