Занимательная сексопатология - Ширянов Баян - Страница 66

Есть и другая точку зрения: эта расщелина прошла по миру взрослых. Есть люди, которые нашли общий язык со своими детьми и разговаривают на языке компьютерных игр о нужных, полезных вещах и поэтому разговор идет взахлеб. Другие – не смогли ми овладеть. И время, которое отводилось в структуре детского внимания их книгам, урокам, поглощается компьютерными играми.

Игры, повторюсь, возник совершенно новый язык культуры. И мы видим взрывное развитие этого языка.

Корр.: Так чем же он принципиально отличаются от прошлых языков?

И.Б.: Одним из новейших символов, которые поддерживается благодаря компьютерным игрушкам – это существование и действия человека в многомерном пространстве.

Корр.: Почему ж многомерном? Монитор – плоский. Игра только кажется, что объемная…

И.Б.: Да, представь себе, пространственных измерений в хорошей игре больше трех! Вспомни DOOM II, второй уровень. Там впервые появляется телепорт. Что это такое? Это прокол пространства. Он может существовать только в четырехмерном мире! И, что очень любопытно, человек очень легко учится в нем действовать. Например, в Unreal, пока ты не высчитаешь, куда какой телепорт ведет – ты просто не выиграешь.

И на бытовом уровне это очень помогает современному человеку. Самый простой пример – покупка бытовой техники. У нее же количество разных характеристик больше трех… Цена, внешний вид, производитель, в каком магазине брать… И задача выбора превращается в проблему моделирования в многомерном пространстве. Только при правильном решении этой задачи купленный прибор будет максимально походить на представляемый идеал. И так сейчас на каждом шагу.

Зрение же – анализатор трехмерного мира. Четырехмерный ты никогда не увидишь, однако спокойно можешь в нем жить и работать.

Корр.: Охренеть, в каком сложном мире мы, оказывается живем!

И.Б.: Да, и компьютерные игрушки позволяют не осознавать этой сложности, а просто жить и получать от этого удовольствие. Они подготавливают нас к постоянно усложняющейся реальности. И те дети, которые сейчас сутками просиживают за играми, уже благодаря этому становятся мастерами адаптации к постоянно меняющемуся миру.

Корр.: Вот мы пошли на второй круг. Вернулись к удовольствиям и, значит, к эротике…

И.Б.: Снова скажу, что компьютерные игры – это новый язык с новыми символами. Вот о чем постоянно думает человек?

Корр.: Пожрать, поспать, посрать, получить удовольствие… С дамой… Ну, поработать, наконец…

И.Б.: Да. Но последовательность всегда разная. Кому что больше нужно.

Соответственно, эротика же пронизывает все сферы жизни. Даже в пуританских странах… Шоу это в Штатах с участием Моники Левински, у нас показ тела, похожего на генеральнопрокурорское…

До сих пор в игрушках эротики практически не было. Дело в том, что из-за малой мощности графических ускорителей нельзя было создать соответствующие символы. Огонь и вода, такие, чтоб были похожи на настоящие, появились только два года назад. Эротическая же символика гораздо сложнее.

И хотят производители, или не хотят, они обязаны будут в самое ближайшее время привлекать в игры эротику. Им же надо увеличивать привлекательность игрушек? Конкуренция. Чем больше образов в игре – тем она интереснее. Раньше активно использовали тему танатоса, смерти. Убей или убьют тебя. Но она себя уже почти полностью исчерпала.

Теперь следующая область, которая будет эксплуатироваться – эротика. Других-то просто нету.

Корр.: Погоди, как нету?

И.Б.: Так. Нету! Когда компьютерные игры говорили о смерти, их считали хуже наркотиков. Когда они заговорят о любви, их перестанут считать играми!

Корр.: Что же тогда получится?

И.Б.: У человека появится инструмент, которым он сможет думать, говорить, помнить о каких-то вещах, в которых он сейчас слеп и беспомощен. Мы, наконец, сможем гораздо лучше управлять своими эмоциями.

Люди, конечно, влюбляются, но по большей части стараются в это дело не попадать. Любовь практически неуправляема. Кто только не пытался вторгнуться в эту область! Сколько произведений в искусстве создано только для того, чтобы понять, что такое любовь? Мы хотим любить и быть счастливыми. Но до сих пор в области межполовых отношений мы чувствуем себя не совсем уверенно. И люди очень часто отказываются проявлять свои чувства, потому что думают, что не смогут потом с ними справиться.

Корр.: Так значит, грядут изменения… Интересно, на что будут похожи эти новые игрушки и какими будут отношения между людьми?

И.Б.: М-м-м… Ну, чем грамотный человек отличается от неграмотного? У грамотного гораздо больше символов для познания.

И игры могут стать именно таким инструментом, обучающим владению массой новых символов… И критерием будет сумасшедшая популярность через год или два таких эротических игр.

Корр.: Погоди… Вот я посмотрел на эту тетку в Unreal. Она голая, с сиськами, луком. Она же тебя замочить хочет. А ты должен расстрелять ее. Так какое же воспитывается отношение к женщинам?!

И.Б.: Прекрасное!..

Корр.: Ладно, а киберсекс новомодный?..

И.Б.: Это все фигня!

Корр.: Нет, постой. Ты ходишь все вокруг, и не говоришь никакой конкретики… Вот какое чувство у меня будет вызывать прекрасный баб…

И.Б.: Там, скорее всего, не будет прекрасных баб. Эти символы будут деперсонализованы. Вряд ли ты толком будешь врубаться, что происходит. Эротические образы очень сложные… Там нужен и цвет…

Корр.: Цвет должен быть розовый! Ноги – длинные!..

И.Б.: Ну, почему розовый? Кофейный тоже очень ничего. Оно еще может быть и желтым… Но, конечно, зеленый, думаю, вряд ли кому-нибудь понравится…

Та же самая грудь воспринимается как женская только по тому, как она дрожит во время движения. Как она вздрагивает при резком повороте. Тогда это настоящая женская грудь.

Так я к чему это. Эротический символ в игрушке не обязательно будет принадлежать женщине или мужчине. Их набор ты можешь тасовать как угодно.

Корр.: Ага. Идешь по местности. Вдруг встречаешь что-то. И не можешь понять, то ли это деталь интерьера, то ли оружие, то ли это надо мочить, а то ли слиться с ним в поцелуе…

И.Б.: Если символика опознана, то ты сразу поймешь, что это. Эротический объект в игре не будет построен по тем же законам, как эротический объект в кино. И эти эротические игры – не новая забава для онанистов, типа порносайтов и всего прочего. Это следующий язык стремительно развивающейся культуры. Он позволит говорить о любви, о тех вещах, для которых у нас пока нет языка.

Корр.: Что-то ты меня совсем запутал. Неэтотичная эротика…

И.Б.: Хорошо. Подойдем с другого конца. Что дали компьютерные игры в области общения с бессознательным? У современного человека гипертрофировано познание. Он хочет быть роботом. Вспомни, каких раньше рисовали людей будущего? Бесчувственных.

И из-за этой тенденции люди теряют целостность. Они перестают опираться на ресурсы своего подсознания. Возникают вспышки немотивированной жестокости, всякие иррациональные поступки. А компьютерные игры и позволяют проявиться бессознательному. Игра – это место, где человек может побыть сам собой, так как в обычной жизни ему этого не хватает.

Поэтому в играх так много разных архетипов. Ну, например, архетип «агрессивного лабиринта». Внутри него тебя держат только свойства твоей психики. Ведь у человека есть стремление представлять ситуацию в виде конструкта под названием «лабиринт». «Не могу найти выход», «ложный путь»…

Еще один архетип – архетип смерти. В играх ее можно переживать не один раз. В этом игры очень близки к идеям восточной философии, реинкарнации.

Но в области эротики пока ничего такого не было.

Корр.: Ну, модельни хоть что-нибудь такое…

И.Б.: Ладно. Представь себе два светящихся шарика. Синий и, скажем, белый. Они сближаются под музыку. Начинают с легких прикосновений, потом касания становятся все более откровенными, они свиваются, переплетаются друг с другом…