Магма - Синицын Олег Геннадьевич - Страница 107

Следующая камера показывала великолепный песчаный пляж, окруженный серпом покрытых зеленью холмов. Холмы вздрагивали, в некоторых местах осыпаясь и обнажая каменные проплешины. На иссеченный трещинами пляж накатывались огромные волны, в которых вихрем закручивалась морская зелень. Все это сопровождалось толчками и невероятным ревом.

На съемке со спутника, показывающей острова крупным планом, были видны ярко-красные отблески лавы, заливающей геометрически правильные строения и пространство между зелеными горами, а также гигантские столбы пара, которые образовывались, когда морской прибой попадал на расплавленные внутренности Земли. Даже с той высоты, откуда производилась съемка, было видно, как сильно искорежены контуры городов и поселений, портов и пляжей.

– В катастрофе погибло около двух с половиной тысяч жителей Гавайских островов, по каким-либо причинам не пожелавших эвакуироваться, – продолжала диктор Си-эн-эн, – Гигантские цунами через четыре-пять часов достигнут побережья Северной Америки, через семь-восемь – Японии и других островов в Тихом океане. Но, судя по всему, катастрофа закончилась. Сейчас можно сказать, что Гавайские острова стерты с лица Земли… Эта самая масштабная природная катастрофа на планете была предсказана русским ученым, кандидатом физико-математических наук Евгением Кузнецовым. Именно благодаря его настойчивости правительство США начало экстренную эвакуацию с Гавайских островов, что позволило спасти полтора миллиона человеческих жизней…

– … Нужно признать, что доктор Кузнецов оказался прав в своем прогнозе. Я готов снять перед ним шляпу. Это выдающийся ученый, которого можно поставить в один ряд с Эйнштейном и Ньютоном. Я полагаю, награждение его Нобелевской премией в области физики слишком малая благодарность жителей Земли, получивших модель для предсказания землетрясений.

– …доктор Кузнецов выделялся в череде своих коллег. Именно поэтому наш институт заказал ему общую модель прогнозирования землетрясений. И то, что он сделал, нельзя назвать иначе как чудом!

– Нас ждут в Центре по контакту! – произнес Раш. Евгений стоял не двигаясь, с какой-то отрешенностью глядя на экран телевизора.

– Они восстановили Центр? – спросила Элен.

– Как оказалось, глава администрации закрыл Центр собственным распоряжением. Президент об этом ничего не знал.

– Они делают из меня героя, – вдруг подал голос Кузнецов. – Но ведь герой не я. Я не выдающийся ученый, у меня нет модели для прогнозирования землетрясений. Люди должны понять, что катастрофу предсказала подземная цивилизация. Вот кому мы должны сказать спасибо!

Элен приблизилась к нему.

– Ты не прав, Женя, – произнесла она. Только благодаря тебе, твоей настойчивости, твоей неукротимости было спасено семь миллионов человек. Почему ты полагаешь, что не заслуживаешь награды? Разве кто-то другой рыскал по странам в поисках странных теплых камешков? Разве кто-то другой нарушал закон и, рискуя собственной жизнью, восстанавливал звенья цепи, которая и привела к этому предсказанию? Нет, Женя. Ты – герой!

Раш кивнул, соглашаясь с Элен.

– Значит, я герой? – спросил Кузнецов. – Мне это нравится. Я – герой! И мне дадут Нобелевскую премию?

– В этом теперь мало кто сомневается.

– Значит, я смогу рассчитаться за потопленный катер в бухте Нью-Йорка.

Элен толкнула его, засмеявшись:

– Ты неисправим!

– Я не герой, Элен. Я всего лишь проводник знаний. В данном случае – знания о катастрофе. Люди Земли должны узнать правду о подземной цивилизации! Контакт совсем близок.

2.45 a.m. по стандартному Востока,

23 июля, Центр по контакту

– Произошло несколько сильнейших толчков вдоль Гавайского подводного хребта, – рассказывал Виктор Сава, сейсмолог из Американского геофизического союза. – Сами знаете, земная кора в этом месте тонка, всего десять километров. Эпицентров сразу несколько, в том числе Мауи и Оаху, на глубине пять-восемь километров. Все произошло очень быстро. Сначала на несколько минут остановилась вся сейсмическая и вулканическая активность. Затем произошли эти ужасные толчки, и острова покрылась трещинами. Сквозь трещины на поверхность просочилась магма. Весь катаклизм длился пятнадцать-двадцать минут После этого острова перестали существовать.

– Можете предположить причину? – спросил Кузнецов.

– Возможно, это покажется кому-то неправдоподобным, но я полагаю, что в районе Гавайских островов образовалась новая трещина в тихоокеанской плите. В результате гигантских напряжений литосферы либо в результате чего-то еще, возможно, перераспределения магмовых потоков под островами, трещина расширилась буквально за считанные минуты. Вы полагаете, это фантастика, доктор Кузнецов.

– Вовсе нет! Вы правы Мы имеем дело с образованием двух новых континентальных плит вместо одной тихоокеанской. Скорее всего, им присвоят названия – северная и южная тихоокеанские плиты. Но образование трещины произошло не мгновенно. Она начала формироваться несколько тысяч, а может, и сотен тысяч лет назад. Просто на поверхности Земли она никак не проявляла себя.

Кузнецов посмотрел на экран, показывающий Гавайские острова с высоты птичьего полета. От самих островов ничего не осталось. На месте их лишь бурлил океан и поднимались гигантские столбы пара.

– Где же произойдет контакт? – спросил подошедший Раш – Они поднимутся из магмы?

– Сильно сомневаюсь. Острова сейчас затоплены. Вода является естественным врагом подземных людей. Она обладает огромной теплоотводящей способностью, а для подземных людей непременное условие для жизни – это поддержание тепла в своем теле.

Женя задумался, водя пальцем по небольшому глобусу, отчего тот слегка вращался.

– Нужно искать аномалию! – произнес он. – Любое явление, не вписывающееся в рамки обычного, которое можно обнаружить в данном районе. Раш, нам необходимо полететь туда.

09.54 a.m. по стандартному времени востока США,

23 июля, Тихий океан

Гидроплан, словно стрела, рассекал холодный утренний воздух. Наступал рассвет, розовая заря поднималась над горизонтом, освещая темно-синее небо. Цунами прошли, и теперь океан был спокойный, просыпающийся после ночи и начинающий радовать бликами.

Они приближались к островам. Теперь уже бывшим островам. Гидроплан опустился почти к самой воде Редкие волны бились о лыжи гидроплана. Кузнецов открыл дверь и встал на толстую торпеду водных лыж. Ветер бил в лицо и трепал волосы Евгения.

Вода стремительно проносилась под его ногами. Но взгляд Кузнецова был устремлен вперед, на гигантские клубы пара, поднимающиеся с поверхности океана. Магма продолжала вырываться из полузатопленных островов. Она стекала в морскую воду и застывала, а рыхлые столбы пара устремлялись вверх. Собираясь вместе, они походили на огромного снеговика, в лучах утреннего солнца сделавшегося розовым.

– Как близко мы сможем подлететь? – спросил Кузнецов пилота в микрофон.

– Попробую приблизиться к этим клубам.

Гидроплан стал подниматься Кузнецову пришлось забраться обратно в кабину. Они достигли высоты около пятисот метров. Казавшаяся неподвижной стена из водяного пара теперь занимала все иллюминаторы.

– Проникнуть внутрь даже не буду пытаться, – предупредил пилот.

– Тогда летим вдоль, – приказал Раш.

Солнце поднялось над океаном, а они продолжали огибать паровой массив. Иногда самолет попадал в маленькое облачко, моментально теряя ориентацию в пространстве Кругом стоял пар, и казалось, что нет ему конца.

Наконец впереди появилось нечто. Кузнецов припал к иллюминатору, рискуя расплющить нос, а Раш протер глаза Клубы пара раскрылись, и взору представилась высокая колонна, поднимающаяся из воды и уходящая высоко в небо. Волны разбивались о ее основание, легкие облачка пара скрывали отдельные части колонны.

– Вот это да! – промолвил Кузнецов.

– Она что, поднялась из глубин Земли? – спросил Раш.