Магма - Синицын Олег Геннадьевич - Страница 76

– Мне нужно десять тысяч долларов, – с расстановкой произнес Кузнецов. – Деньги нужны срочно. Прямо сейчас.

Вудроф достал из пачки сигарету «L&M». Рассеянно сунул ее в рот и закурил. Облако дыма наплыло на Кузнецова. Женя закашлялся.

– Пятьдесят лет живу на свете… – произнес Вудроф, уставившись пустым взглядом на спинку противоположного стула.

Женя перестал кашлять. Горло першило, едкий сигаретный дым резал глаза.

– Пятьдесят лет живу на свете, – снова повторил Вудроф, – а такой великий бред слышу впервые!

Дым резал глаза, слезы текли по щекам. Першение в горле снова превратилось в кашель. Женя страдальчески поднял глаза на Воздвиженского.

Неожиданно засмеялся представитель банка «Юнион Трейд».

– Вот это бред! – захохотал он. Низкий грудной смех, словно рокот мотоцикла «Харлей Дэвидсон», вырывался – вместе с клочками дыма через зубы с зажатой в них сигарой. Руки человека тряслись, пальцы сжались от судороги, вызванной смехом. Отраженный от перстня солнечный луч попал Кузнецову в глаз.

Кузнецов не знал, что на него нашло в этот момент. Удушье, вызванное табачным дымом, или нервный приступ. А может быть, этот крошечный лучик «солнца», отразившийся от перстня банкира.

Женя сорвался с места, сломав стул, на котором сидел, и словно коршун накинулся на человека из банка. Он ударил человека в лицо и обеими руками вцепился ему в горло Сигара вывалилась из губ представителя «Юнион Трейд», стул под ним опрокинулся, и они вместе с Кузнецовым повалились на пол. Кузнецов, кашляя и задыхаясь, душил владельца перстня изо всех сил. Лицо того уже начало синеть, когда присутствовавшие в кабинете оторвали руки Кузнецова и общими усилиями повалили Евгения на стол Воздвиженского. Мельком Женя увидел испуганный взгляд заместителя директора.

– Вы не понимаете! – хрипя кричал Кузнецов, не оставляя попыток вырваться из схвативших его рук. – Контакт даст нам… информацию о землетрясениях и извержениях вулканов! Мы забудем, что такое природная катастрофа!

Кто-то надавил локтем на грудную клетку, выкручивая ему руку – Доступ кислорода в легкие уменьшился. Кузнецов потерял сознание.

Женя открыл глаза. Вокруг него простиралась ослепительная белизна. В ней не было ни единого изъяна, в ней не было других оттенков. Белизна со всех сторон. Словно он в гробу, обшитом изнутри белым атласом.

Женя моргнул, и белизна потеряла свою свежесть. Сквозь нее стали проступать контуры углов комнаты. Он повел глазами. А вот появился потолок! Белизна пропадала. Вместо нее появилась желтизна потолка, покрытого известкой. Почему потолок желтый? Видимо, давно не делали ремонт, вот он и пожелтел.

Теперь стали заметны изъяны. Там в углу, под самым потолком, облупилась краска на стене. Левее почти невидимая трещина, уходящая под рыжий плинтус. Изъяны все-таки есть.

Почему-то кружилась голова, а глаза не могли долго смотреть в одну точку. Нужно подняться. Хватит лежать. Ему нужно в Гималаи. Но сначала требуется достать деньги.

Женя попытался встать и не смог. Его тело было крепко сковано смирительной рубашкой. Кузнецов диким взглядом рассматривал узлы затянутых рукавов и ремни на своей груди. Что произошло?

Воспоминания болью вернулись к нему. Кабинет Воздвиженского. Облако табачного дыма. Кузнецов пытается рассказать этим людям, лишенным фантазии, о своем открытии.

Ему трудно дышать.

Дым. Кругом дым.

Кажется, Кузнецов пытался задушить банкира. Тот не верил в исповедь Евгения. Болван, сидящий на деньгах. Женя в шаге от контакта с иной цивилизацией, а этот болван не верит ему.

Открылась дверь. Как Женя не заметил ее. Дверь сливалась со стеной, поэтому была незаметна. А может, оттого, что у Кузнецова по-прежнему кружилась голова.

Вошедший доктор в белом халате и белой шапочке держал в зубах мундштук без сигареты. Ему было лет пятьдесят. Взгляд доктора лучился дружелюбием.

– Голубчик мой, как чувствуете себя? Женя напряженно смотрел на доктора:

– Где я, доктор? Я по-прежнему в институте?

– В институте, голубчик мой, в институте! В хорошем институте.

– В институте имени Шмидта? – уточнил Кузнецов.

– В институте имени Гагарина и Наполеона, – с улыбкой ответил доктор.

Женя устало закрыл глаза. Его поместили в психушку! Невероятно! У него всего неделя, чтобы предотвратить землетрясение, а его поместили в психушку! Кто вызвал санитаров? Воздвиженский? Или представитель «Юнион Трейд»? Какая теперь разница!

– Доктор, у меня все кружится перед глазами, – пожаловался Кузнецов.

Доктор присел рядом на стул.

– Это мы вам, голубчик мой, укол седуксенчика сделали. На всякий случай, чтобы вы себя спокойнее чувствовали.

– Я очень спокоен! – воскликнул Кузнецов.

– Я вижу! – ответил доктор. Он достал из кармана блокнот, языком передвинул мундштук в другой уголок рта. – Вы, голубчик мой, интересные вещи рассказывали в бреду.

– Да? – совсем не удивился Кузнецов.

– Я зачитаю, с вашего позволения. – Доктор достал из кармана очки, но надевая их, приблизил к строчкам в блокноте, словно увеличительное стекло, и начал читать.

– «Цивилизация кремнийорганических людей, живущих в магме на ядре Земли» Еще цитата: «Нужно спасти людей, иначе – землетрясение». «Десять тысяч долларов, чтобы вступить в контакт». «Через семь дней в Гималаях делать будет нечего».

– Это я говорил?

– Когда бредили. Я задам несколько вопросов, вы не возражаете? Мне интересно. Кузнецов устало кивнул.

– В общих словах мне передали ваш рассказ в институте. Значит, вы утверждаете, что в мантии Земли живут люди?

– Разумная метакремниевая жизнь.

– Понятно-понятно. А почему их нужно спасти, а иначе произойдет землетрясение?

– Спасти нужно не их. Эти люди предсказали землетрясение на поверхности Земли. Может подвергнуться разрушению огромная территория, заселенная людьми, то есть нами.

– Предсказали?

– Четыре тысячи лет назад.

– А как можно предсказать землетрясение за четыре тысячи лет?

– Они живут под землей, в мантии. Они видят движение континентов. Они знают, как воздействуют на континенты магмовые потоки.

– Логично. То есть живут под землей и оттуда им все видно. Так?

– Так, – недовольно ответил Кузнецов.

– А с кем нужно вступить в контакт, чтобы получить десять тысяч долларов?

– Деньги нужны на экспедицию в Гималаи. После этой экспедиции появится возможность вступить в контакт с подземными людьми. Доктор, я не сумасшедший. Мне нужно как можно быстрее выбраться отсюда, чтобы снарядить экспедицию в Гималаи. Я достану предсказание и узнаю место, где произойдет землетрясение! Осталось всего семь дней. Поймите!

– Хорошо. – Доктор посмотрел свои записи, мундштук в его губах заходил вверх-вниз. – А может, будет лучше, голубчик мой, если подземные люди сами вступят в контакт и расскажут, где произойдет землетрясение? Тогда не нужно будет отправлять экспедицию в Гималаи. И десять тысяч долларов не понадобятся. Логично?

Женя задумался:

– Такой вариант возможен. Но они почему-то не вступают в контакт сейчас.

– А почему они ждали четыре тысячи лет? Почему за этот период времени они не вступали в контакт?

– Я не знаю… Быть может, Мдраг препятствовал.

– Мдраг?

– Подземный человек, живущий на поверхности.

– А почему он не вступил с вами в контакт?

– Он, видимо, против тех, которые под землей.

– По-вашему, голубчик, выходит, что они живут и под землей, и на земле. То есть – среди нас? А как они выглядят?

– Мдраг может превратиться в любого человека! Его невозможно отличить от нормальных людей.

– Значит, они ходят среди нас в облике нормальных людей, – произнес доктор.

– Я знаю о существовании только одного – Мдрага. Но я убил его.

– Вот даже как! – сдержанно удивился доктор. – Вы бы и вступили с ним в контакт. Узнали бы, где произойдет землетрясение. Вместо этого вы убили его! Это вы, голубчик мой, погорячились!