Кровавый рыцарь - Киз Грегори - Страница 114

– Что? – начал было Стивен, но опоздал.

Все уже пришло в движение. Фенд еще раз свистнул, и огромная голова опустилась так, чтобы он и Ашерн смогли взобраться на вурма. Эдрек и с ним еще одиннадцать воинов устремились к дальнему концу пещеры.

Стивена вновь охватили сомнения. Кто-то дернул его за рукав, и он обернулся. Перед ним стоял сефри, которого Стивен раньше не замечал, настолько древний, что даже в свете факелов мерещилось, будто его кости просвечивают сквозь тонкую кожу.

– Прости, патик, – прошептал старик, – быть может, ты хочешь наблюдать? Там, наверху, есть удобное место.

– Да, – кивнул Стивен, – пожалуй.

Он последовал за сефри, все больше поддаваясь тревоге. Он ощущал себя человеком из древней легенды про проклятого святого, запертого в бутылке. Человек имел право на одно желание, после чего святой бы его убил. И только двух вещей требовать было запрещено: избавления от смерти и гибели святого.

ГЛАВА 10

КОРАБЛИ

– Энни?

Она пришла в себя от осторожных прикосновений Остры.

– Со мной все хорошо, – сказала подруге Энни.

– Что произошло? Ты говорила с… с ним… а потом застыла, словно статуя.

– Ничего, – солгала Энни. – Я расскажу тебе позже. А пока вы все должны оставаться на месте и стоять спокойно. Мне нужно кое-что сделать, и меня не следует тревожить.

– Хорошо, Энни.

– Энни? – едва слышно прошептала Элис.

– Да, леди Берри?

– Не верьте ему.

– О, я ему не верю, – ответила Энни и уселась на полу, скрестив ноги.

Она закрыла глаза и представила себе, что находится в монастыре Святой Цер, в Лоне Мефитис. Энни сосредоточилась и попыталась вообразить там свет, выровняла дыхание и вскоре ощутила медленную пульсацию прилива под Инисом и глубокие тайные колебания земли.

Так продолжалось до тех пор, пока Энни полностью не успокоилась.

Наконец возник мерцающий свет, и ей вдруг показалось, что она распространяется вокруг, словно камень и вода Иниса и Новых земель становятся ее плотью и кровью. Узник оставался источником боли, точно гнойник, как и существо в Тенистом Эслене, но все это внезапно исчезло, когда тьма разлетелась осколками и Энни оказалась на лесной поляне. Хотя солнце стояло высоко в кристально чистом небе, она не отбрасывала тени и поэтому поняла, что наконец попала, куда хотела.

– Веры! – позвала она.

На миг ей показалось, что они не придут, но почти сразу же они вышли на поляну: четыре женщины в масках, одетые словно для бал-маскарада, похожие друг на друга и разные, как и положено сестрам.

Первая, стоявшая справа от Энни, была в темно-зеленом платье и насмешливой золотой маске. Ее волосы янтарными косами спадали почти до самых пят. Рядом с ней замерла шатенка в маске из кости и ржаво-красном платье. Третья Вера с серебристыми локонами была бледной, словно луна, в черном наряде и такой же маске. Последняя женщина скрывала свое лицо под белой маской, платье ее тоже было белым, а густые волосы – черными, как уголь.

– Вы изменились, – заметила Энни.

– Как времена года, как ветер и как ты, моя дорогая, – отозвалась первая Вера.

– Где вы были? – спросила Энни. – Я пыталась вас найти.

– Подобные посещения становятся все более затруднительными, – ответила Вера в костяной маске. – Появляются троны.

– Да, троны, – повторила Энни. – Одна из вас однажды сказала мне, что вы не в силах прозреть будущее. Но вы подобны целительницам, вы способны ощущать болезни мира и чувствуете, что необходимо сделать для его выздоровления.

– Это так, – ответила Вера в черном платье.

– Очень хорошо, – продолжала Энни. – Тогда скажите, что вы чувствуете сейчас? Я прошу вашего совета.

– Сейчас опасное время для советов, – ответила женщина, облаченная в зеленое, и развела руками.

Движение отбросило назад ее рукава, и Энни заметила то, чего не видела во время прежних встреч с Верами.

– Что это такое? – спросила она.

Женщина опустила руки, но Энни шагнула вперед.

– Все в порядке, – сказала одетая в белое сестра. – Она должна была однажды узнать.

Энни взяла Веру за руку, и у нее возникло странное ощущение, словно она коснулась чего-то скользкого. Однако рука послушно поднялась, чтобы Энни могла разглядеть вытатуированный на ней знак – черный полумесяц.

– На меня напал мужчина, носивший такую же отметину, – заметила Энни. – Возможно, ваш последователь?

Вера повернулась к сестре.

– Раз ты так уверена, что ей следует об этом знать, тебе и объяснять.

Губы под черной маской раздвинулись в улыбке.

– Энни, не думаю, что ты понимаешь, насколько важно для тебя занять троны: и трон Эслена, и тот сверхъестественный, который начинает появляться. Мы пытались тебе объяснить, но всякий раз ты рисковала собой, уступая эгоистическим желаниям.

– Я хотела спасти друзей от верной смерти. Разве это эгоистично?

– Ты все прекрасно понимаешь, но отказываешься это признать. Твои друзья не имеют значения, Энни. Судьба мира от них не зависит. Даже после всего, что тебе пришлось испытать, Энни, ты остаешься избалованной девчонкой, которая борется за то, чтобы хранить свое седло там, где оно ей не нужно, только потому, что оно принадлежит ей. Маленький ребенок, не желающий делиться своими игрушками, не говоря уже о том, чтобы с ними расстаться.

В Данмроге ты едва все не испортила. К худу или к добру, но мы решили, что ты должна расстаться со своими друзьями, чтобы иметь возможность видеть более ясно. Да, у нас есть последователи…

– Просто чудесные ребята, – прервала ее Энни. – Один из них пытался меня изнасиловать.

– Он не наш, – заговорила Вера с медовыми волосами и медоточивым голосом. – Его наняли наши слуги, ничего о нем не зная. Как бы там ни было…

– Как бы там ни было, вы убедили меня, что вам нельзя доверять. У меня и раньше были сомнения, но теперь я убедилась. Премного вас благодарю.

– Энни…

– Я дам вам еще один шанс. Вы понимаете, в каком я положении? Это вы способны увидеть?

– Да, – ответила самая бледная Вера.

– Ну, тогда, если вы так хотите, чтобы я стала королевой, укажите мне способ выбраться из тоннелей, не освобождая Узника.

– Ты не можешь его освободить, Энни.

– Неужели? И почему же?

– Это будет очень плохо.

– Это не объяснение.

– Он – скаслой, Энни.

– Да, и он обещал восстановить закон смерти и умереть. В этом есть подвох?

– Да.

– Какой?

Но они не ответили.

– Хорошо, – сообщила им Энни, – если вы мне не поможете, я сделаю то, что должна.

Вера с золотыми волосами шагнула вперед.

– Подожди. Женщина по имени Элис. Вы вдвоем можете спастись.

– Неужели? И как именно?

– Она прошла священный путь Спетуры. Если она добавит свою силу к твоей, вы сможете пройти мимо ваших врагов незамеченными.

– И это все, на что вы способны? А как насчет моих друзей? Женщины переглянулись.

– Правильно, они не имеют значения, – кивнула Энни и отвернулась. – Прощайте.

– Энни…

– Прощайте!

Лесная поляна разбилась, словно цветное стекло, и темнота вернулась.

– Ну, ты сравнила товары. Готова ли ты заключить сделку? – осведомился Узник.

– Ты можешь снять чары с тайных ходов? Заклинание, которое делает их непостижимыми для мужчин?

– Освободившись – да. Но только освободившись.

– Поклянись.

– Клянусь.

– Поклянись, что после освобождения ты поступишь так, как обещал: восстановишь закон смерти и умрешь сам.

– Клянусь всем, чем я являюсь, и всем, чем был прежде.

– Тогда опусти свою шею к моим ногам.

Последовала долгая пауза, а потом что-то тяжелое ударилось о пол рядом с Энни. Она подняла правую ногу и поставила на нечто большое, холодное и шершавое.

– Энни, что вы делаете? – спросила из темноты Элис. Ее голос звучал встревоженно.

– Квекскванех, – повысив голос, произнесла Энни, – я тебя освобождаю!