Медальон - Полякова Маргарита Сергеевна - Страница 75

— Ты знаешь, мне даже стало любопытно. И захотелось с ней познакомиться. Что же это за девица такая, которая пленила черного мага и заставила тебя потерять голову? — заинтриговано оживился Лавр. — Я успел достаточно хорошо узнать тебя, Шерман, чтобы понять, что ты не тот тип, который подвержен слабостям. Однако ты действительно увлечен Брин, я это вижу. Ты бесишься от ревности при одной только мысли, что она будет принадлежать кому-то другому, ты постоянно беспокоишься, что с ней что-то случится, ты носишь на своей одежде этот дурацкий черный шнурок, который давно уже обтрепался, потеряв вид и форму. Ведь это ее подарок, я прав? Иначе ты не стал бы так таскаться с этой вещицей. Нет, я определенно хочу с ней познакомиться.

— Я еще не сошел с ума, чтобы знакомить свою женщину с эльфом, — огрызнулся Шерман.

— Тебе все равно придется это сделать. Так какая разница, когда именно? — дернул бровью Лавр.

— Я видел, как на тебя реагируют женщины, — с горечью сказал Шерман. — И я не хочу увидеть у Брин такой взгляд. Тем более сейчас, когда я в таком… виде.

— Хорошо, — вздохнул эльф. — У нас будет время подумать, как этого избежать.

Этот день был воистину сумасшедшим. Причем с самого утра. Паковались последние вещи, увязывались узлы, бегали, как ошпаренные, слуги. Завтра я должна была сменить свое место жительства и перебраться к Шурфу. И данная мысль абсолютно меня не радовала. Я пребывала в депрессии уже довольно давно. И сегодняшний день не был исключением. Мое мрачное настроение и унылые размышления несколько разнообразила влетевшая на кухню служанка. Она так бежала, что снесла с петель дверь и опрокинула кадушку довольно приличных размеров. «Демоны», — завопила она и полезла, зачем-то, в кухонный шкаф. Видимо, надеясь, что там ее никто искать не будет. Позабавившись этой достойной пера комедиографа сценой, я попыталась выудить служанку из ее убежища и расспросить подробнее, что же случилось. Однако покидать шкаф старая грымза отказалась напрочь, нечленораздельно что-то простонав про чешуйчатую нелюдь с гребнем на голове. Хм… кого мне это напоминает?

Шерман?! В своей истинной ипостаси? Я оставила служанку сидеть на кухне и понеслась в свою комнату, чувствуя, как мое сердце буквально выпрыгивает из груди. Он жив! Он вернулся! Он сможет спасти меня от участи стать любовницей Шурфа! Я влетела в свою комнату и попыталась отдышаться, делая вид, будто поплотнее закрываю дверь. Незачем этому гаду знать, как я к нему летела, и как я рада его видеть! Иначе зазнается, и с ним совсем сладу не будет.

— Привет! — обнял меня норлок и крепко прижал к себе.

Господи, как хорошо-то! Сколько дней я умирала от желания получить хотя бы весточку от этого мерзавца! Сколько дней я жила ожиданием и тревожилась, как там он! А он, судя по голосу, живехонек — здоровехонек, скотина такая! Во мне боролись самые противоречивые чувства. Хотелось выругать его хорошенько. Расцеловать его. Потребовать, чтобы он объяснил, где он шлялся все то время, пока я с ума сходила от тревоги. Однако у меня едва хватило сил на то, чтобы не разреветься от радости. Он жив! Он здесь! И все еще носит на груди мой дурацкий шнурок.

— Господи, как же я по тебе соскучилась! — вырвалось у меня невольно.

Хм… а в своей истинной ипостаси норлок целуется ничуть не хуже, чем в человеческой! Чешуйчатая кожа оказалась шершавой на ощупь, гребень мягким, а когда я добралась до хвоста, Шерман не выдержал.

— Нет, Брин! — с трудом отстранился он от меня. — У нас слишком мало времени.

— Ну так давай, кради меня уже быстрей! — скомандовала я. — Я и деньги с драгоценностями приготовила. Чтоб бежать было проще. И возвращаться в твой мир не с пустыми руками, — потрясла я перед норлоком увесистым мешочком.

— Послушай меня, Брин, все не так просто, — вздохнул норлок.

Ненавижу такое начало! Как только говорят «все не так просто», жди неприятностей!

— Ну? Что еще случилось? — мрачно поинтересовалась я.

Шерман вздохнул но, поняв, что деваться некуда, рассказал мне все. И про «побочный эффект» своего браслета, оказавшегося своеобразным вариантом рабского ошейника, про то, почему он не мог ко мне приехать. Добило меня известие о том, что в свой мир я попасть не смогу уже никогда. Сущность процесса отражения, я, правда, так и не поняла, но сам вывод пугал меня своей безысходностью. Как же так?! А моя прежняя жизнь? А родители? Почему все это должно достаться моему отражению? Я была буквально вне себя! Ну почему же мне до такой степени не везет-то? Шерман погладил меня по голове, пытаясь успокоить, и продолжил рассказ о своих приключениях. Он поведал мне о том, как собирался убить Августу, как оказался в тюрьме у Шурфа, как спасся, и как решил принять истинную ипостась, чтобы наняться к черному магу в другом обличии и все-таки попытаться добраться до медальона.

— Всё это хорошо. Но это же не всё, правда? — уточнила я, вглядываясь в отводящего свои наглые синие глаза Шермана. — Ты не мог сам выяснить, что в действительности представляет из себя медальон. И ты определенно не владеешь знаниями, которые могли бы освободить тебя от браслета и вернуть нас в твой мир. И откуда, скажи на милость, ты узнал, что в свой собственный мир я теперь никогда не смогу вернуться, поскольку отразилась? Не думаю, что тебе обо всем этом поведал Властитель. Это не в его интересах. Значит, у тебя есть напарник. Довольно странный напарник, раз ты не хочешь мне о нем рассказывать. Давай, Шерман, колись, все равно нам придется вместе работать. Кто он? Монстр какой-нибудь, которым ты боишься меня напугать?

— Наоборот, — тяжко вздохнул Шерман. — Он эльф. Истинный эльф. И я не хочу тебя с ним знакомить.

— Господи, Шерман, ты что, ревнуешь меня? — всплеснула я руками. — Нашел время и место! Давай спасай меня, пока не поздно, а с твоим эльфом мы потом разберемся.

— Властитель не хочет, что бы я тебя спасал, — рыкнул норлок. — Он хочет, чтобы ты проникла к Шурфу и стянула у него медальон. Но я готов рискнуть помочь тебе бежать. Если у меня получится.

— И чем тебе это грозит? — тут же уточнила я.

— Какая разница? К счастью, Властитель может контролировать меня только время от времени. У нас с тобой будет шанс успеть. А потом… я как-нибудь выкручусь.

— На фиг! — решила я, зная норлока и представляя, что может скрываться за фразой «как-нибудь». — Такой ценой я спасаться не хочу. Нужно придумать другой выход.

— А я не хочу тобой рисковать! — вспылил норлок. — И укладывать тебя в постель к Шурфу я тоже не имею никакого желания!

— Я вам не помешаю? — прервал наш спор приятный мужской голос.

Мама дорогая! Ну, теперь я понимаю, почему Шерман не хотел меня знакомить с этим эльфом. Сидящий на подоконнике тип был настолько хорош собой, что просто мысли разбегались во все стороны. Стройная, изящная фигура, платиново-белые волосы, фиалковые глаза… мечта! Эльф легко спрыгнул с подоконника, представился мне длинным, труднопроизносимым именем и, обаятельно улыбнувшись, поцеловал мне руку. Надо же… мало мне норлока, так еще один бабник на мою голову свалился. Пока я разглядывала его с искренним интересом, этот повеса с изысканными манерами, (который, наверняка, коллекционирует женщин, как энтомолог — бабочек), перешел от целования одной ручки к другой.

— По-моему, вы несколько переходите грань вежливости, — осадила я его, отходя к норлоку. Получивший отпор эльф выглядел настолько удивленным, что мне его стало даже немного жаль. Видимо, это случилось первый раз в его жизни.

— Лавр, я же просил, чтобы ты ждал меня внизу и не показывался на глаза Брин! — судя по шипению, Шерман находился в крайней степени ярости.

— Я бы с удовольствием выполнил твою просьбу, но внизу бегают крестьяне с вилами, ищут какого-то демона. Не тебя?

— Я тебя просил! — взревел раненым изюбрем Шерман.

Хм… мне, конечно, льстит, что норлок меня так ревнует, но не до такой же степени, чтобы убивать единственного имеющегося у нас эльфа! Не знаю, насколько моя идея остановить намечающееся кровопролитие была удачной, но ничего более умного мне просто не пришло в голову. Я подошла к Шерману и поцеловала его. Со всей страстью испытываемых к нему чувств. Норлок настолько опешил от моего неожиданного демарша, что первые секунды три даже никак не реагировал. Потом сильные руки поймали меня в объятия, Шерман ответил на мой поцелуй и… блин! Я когда-нибудь говорила вам, что не люблю эльфов? Нет? Странно. Я их терпеть не могу, потому что они вмешиваются в самый неподходящий момент!