Китайский попугай - Биггерс Эрл Дерр - Страница 60

– Прекрасно, прекрасно, – злобно улыбаясь, произнес миллионер. – Я так и сделаю. А вас попрошу на минутку пройти в соседнюю комнату.

– Извольте, – угодливо согласился Виктор Джордан, хотя по усмешке хозяина ранчо понял, что верному Чарли грозят неприятности. Встав, Мэдден выпроводил гостя из комнаты, показав ему дверь в свою спальню, а затем, выглянув во двор, громко позвал А Кима.

Китаец пришлепал и остановился у двери, безучастно глядя на Мэддена.

– Слушаю, хозяин.

– Я хочу поговорить с тобой, – с притворным добродушием начал Мэдден. – Расскажи мне, где ты работал до того, как пришел ко мне?

– Разные места работал, хозяин. Немного строить железный дорога, немного ресторан.

– А в каком городе?

– А Ким город не работать. А Ким работать пустыня.

– Значит, ты работал на строительстве железной дороги в пустыне?

– Да, хозяин, твоя правильно говорить, хозяин. Мэдден откинулся в кресле и бросил в лицо китайцу:

– Ты лжешь, вонючий хорек!

– Хозяин! Моя не понимать…

– Сейчас поймешь! Я не знаю, что за игру ты вел со мной, но знаю, что теперь она раз и навсегда закончена!

И, подойдя к двери, он громко позвал:

– Прошу вас, сэр!

В комнату вошел Виктор Джордан. Увидев его, А Ким опустил голову. Его глаза сузились и потемнели.

– Чарли, что все это значит? Что за дурацкие переодевания?

Китаец молчал. Мэдден громко рассмеялся.

– Ну что ж, я ведь сказал – твоя игра закончена, Чарли, если тебя так действительно зовут. Вот мистер Джордан, владелец жемчуга, который ты носишь в поясе на животе.

– Это утверждение не совсем соответствует истине, – ответил Чарли Чан, с облегчением отбросив необходимость ломать язык. – Жемчуг является собственностью его матери, которой я клятвенно обещал беречь его как зеницу ока. Не уверен, что смогу выполнить распоряжения этого молодого человека.

Виктор Джордан в гневе сорвался с места.

– Что вы себе позволяете, Чарли! Вы с Бобом Иденом тут все тянете кота за хвост, и конца этому не видно. Дело не сдвинулось с места до сих пор, и я был вынужден лично им заняться. Впрочем, если не верите мне, прочитайте, что пишет мама.

И он протянул детективу листок, исписанный красивым старинным почерком.

Чарли Чан внимательно прочел письмо миссис Джордан и сказал:

– Ответ на это письмо может быть один – я отдаю колье. Хотя, – тут он взглянул на часы, – я хотел бы дождаться возвращения мистера Идена и сделать это в его присутствии.

– При чем тут мистер Иден! – петушился Виктор. Уязвленное самолюбие требовало самоутверждения. – Немедленно достаньте жемчуг!

Повернувшись спиной, Чарли Чан расстегнул халат, сунул руку под одежду, и, когда повернулся вновь, в руке его матово светились жемчуга Филлиморов.

Схватив колье, Мэдден произнес охрипшим от волнения голосом:

– Наконец!

Заглядывая ему через плечо, профессор Гэмбл произнес в полном восторге:

– Какая красота!

– Минутку! – сказал детектив. – Будьте так любезны, сэр, напишите расписку.

Кивнув головой, Мэдден сел к столу.

– Расписку я приготовил еще утром, осталось лишь подписать.

Положив колье на стол, Мэдден достал из ящика стола лист бумаги, заполненный на машинке, и не торопясь расписался на нем.

Странный огонек зажегся в глазах детектива. Протянув руку за распиской, он молниеносным движением, с быстротой и ловкостью тигра схватил жемчужное колье, которое исчезло в широком рукаве его халата. Мэдден и охнуть не успел.

– Это еще что? – рявкнул он, срываясь с места. – Ты что, с ума сошел?

– Спокойно! – сказал детектив. – Жемчуг я конфискую.

– Ну это мы еще посмотрим! – И миллионер вытащил револьвер.

Сверкнул огонь, грохнул выстрел, но он раздался не из револьвера Мэддена, а из шелкового рукава халата китайца. Револьвер Мэддена со стуком упал на пол, на руке миллионера показалась кровь.

– Не двигаться! – приказал Чарли Чан, и его громкий, уверенный голос заставил беспрекословно подчиниться. – Долгий путь пришлось пройти почтальону, но сейчас он у цели. Малейшее движение – и я всажу пулю в вашу драгоценную голову.

– Чарли, ты что, спятил? – крикнул Виктор Джордан.

– Отнюдь, – улыбнулся детектив. – Сэр, сделайте одолжение, подайтесь немного назад.

И, подняв с пола револьвер, он добавил:

– Думаю, это подарок Билла Харта. Красивая штучка, пока пусть побудет у меня.

Обыскав одной рукой карманы Мэддена, он той же рукой толкнул стул на середину комнаты и вежливо попросил:

– Будьте добры, сэр, посидите здесь, если не возражаете.

– И не подумаю! – рявкнул миллионер.

– Сидеть!

В тоне, каким это было сказано, чувствовалось нечто такое, что Мэдден, подавив ярость, послушно плюхнулся на стул.

Теперь наступила очередь Гэмбла. Профессиональным жестом ощупав его одежду, детектив и ему пододвинул стул.

– Будьте добры, профессор, садитесь. Очень любезно с вашей стороны, что оружие вы оставили в спальне. Садитесь и вы, мистер Торн, я знаю, что оружия при вас нет.

И, усадив всех троих в ряд, Чарли Чан несколько отступил, чтобы держать их под прицелом.

– Виктор, вас я обыскивать не стану, но будьте добры, возьмите стульчик и займите место рядом со всей компанией. Я хорошо помню, в детстве вы были очень своенравным мальчиком. – И добавил совсем другим, холодным, решительным тоном: – Выполняй, не то я с искренним удовольствием продырявлю тебя и тем самым раз и навсегда избавлю от забот твою несчастную мать.

Побледневший Виктор поспешил выполнить приказ полицейского, тот, придвинув себе стул, уселся напротив арестованных, у стены, увешенной оружием.

– Не исключено, что нам, джентльмены, придется порядочно подождать. Мистер Торн, достаньте носовой платок и перевяжите руку вашего хозяина.

– Чего именно мы будем ждать? – кривясь от боли, спросил хозяин ранчо, в то время как Торн перевязывал ему раненую руку.

– Мы дождемся возвращения Боба Идена, – ответил детектив. – Тогда я вам сообщу много интересного.

Перевязав руку шефа, Торн занял свое место. Чарли Чан, со свойственным китайцам терпением и невозмутимостью, глядел на тех, кого держал под прицелом. Прошло пятнадцать минут, полчаса. Наконец минутная стрелка на больших часах стала приближаться к девяти.

Первым не выдержал Виктор Джордан. В его мозгу не укладывалось, как какой-то китаец мог позволить себе такое обращение с ним, Виктором Джорданом, и тем более – с самим Пи Джи Мэдденом, «стоящим» несколько миллионов! Виктор беспокойно вертелся на стуле и наконец разразился бранью:

– Чтобы какой-то китаец… не иначе, спятил… Одним движением револьвера Чарли утихомирил его. Вскоре послышался шум подъехавшей машины. Чарли Чан облегченно вздохнул:

– Вот и конец нашему ожиданию. Прибыл мистер Иден.

Но тут выражение его лица изменилось – шаги были незнакомы. Раздался громкий стук в дверь, и в комнату шагнул высокий крепкий мужчина с красным обветренным лицом – капитан Блисс из Отдела убийств. За ним показался второй – крепкий, худощавый, в широкополой шляпе. Оба застыли в дверях при виде сцены в комнате.

– Капитан Блисс! – Мэдден вскочил со стула. – Какое счастье! Вы пришли в самую пору!

– Что все это значит? – властно поинтересовался худощавый.

– Мистер Мэдден, – сказал капитан Блисс, – я привез с собой нашего шерифа, Харли Кокса, и, сдается мне, правильно сделал.

– Очень правильно! Этот китаец спятил – собирается нас арестовать, чуть не поубивал всех. Не знаю, чем бы дело кончилось, если бы не вы!

Шериф шагнул к Чарли Чану.

– А ну, давай сюда свою пушку. Ты что, не понимаешь, чем грозит применение оружия? Законов не знаешь? Беру вас в свидетели, джентльмены, – китаец в Калифорнии задержан с оружием в руках. Что, у тебя еще и второй револьвер?

– Мистер шериф! – с достоинством ответил Чарли Чан. – Разрешите представиться – я сержант полиции из Гонолулу.

– Так я тебе и поверил! – рассмеялся шериф. – В таком случае я – царица Савская! Ну-ка, давай сюда обе свои хлопушки, и без шуток, иначе будешь отвечать перед законом за вооруженное сопротивление властям.