Даймон - Валентинов Андрей - Страница 66

Сказал, вдохнул поглубже. Плохо начал. Не они с Женей-Евой знают, только он. И не знает, а догадывается. Немного Джемине нарыть удалось.

Кивнул Профессор, словно иного не ожидая. Вновь скривил губы.

– И вы хотите сказать, что уже взрослые. Если я не поделюсь информацией, все узнаете самостоятельно, заведете компьютер с дисками Монро, запустите мои программы – и вперед, в Ноосферу?

– Папа, я… Мы уже взрослые!

Твердо ответила Ева, словно не своим голосом – отцовским. Алеша даже позавидовал.

– Впервые ты мне это сказала в семь лет.

– Когда ты разводился с мамой.

Негромко били фразы-очереди, без свиста летели пули-слова. Сжимали пальцы девушки Алешину ладонь.

– Профессор! Папа!.. Для тебя мы – те, кому сейчас двадцать – не люди, грязь. Ты и не пытаешься это скрывать. Но как мы станем другими, если ты на нас… на меня даже не смотришь? Для тебя политика – мерзость. Так покажи нам другое! Ты занимаешься чем-то настоящим, серьезным? Значит, тебе нужны помощники, нужна…

– …Смена? Нам время тлеть, а вам – цвести?

Расстегнул Профессор черный пиджак, глаза на миг прикрыл. Дернулись плечи…

– Когда я все начинал, мне было столько же, сколько вам. Диплом еще не получил. Дело не в возрасте… Ладно, к чему воздух сотрясать? Пошли!..

Снял пиджак, бросил, не глядя, на спинку кресла, ослабил галстук.

– Тайн захотелось? Будут вам тайны… Женя, завари кофе!

Поначалу Алеше замысел Профессоровой дочки никак не нравился. Не тот человек ее папа, чтобы ультиматумы ему ставить. Лучше уж методом товарища Севера – тихой сапой, потихоньку, понемножку. Диски Монро прикупить, между белыми облаками пути поискать. Джемина-подпольщица помочь обещалась…

Но отговаривать не стал. Почему бы не попытаться? Не враги же они с Профессором, в самом деле! Объяснит, тайнами поделится – тем лучше.

…Отфутболит – тоже не страшно. Еву можно будет в помощницы взять, согласится…

– Папа, я тебе сахар не клала.

– Правильно!

Профессор у компьютера, чашка с кофе под рукой, на мониторе – знакомые желтые пятнышки. Мигают, манят…

– С адресами разобрались? И с моим шотландцем беседовали? N-контакты – не проблема, трудность в том, чтобы найти код адресата. Пока ищем методом свободной охоты. Летаем между облаками.

Кивнул Алеша, свои "полеты" вспомнив. А что? Он бы согласился. Пару часов в день "полетать"? Легко!

– Папа, я могу… Это просто, я знаю, как адрес записывать!

Кажется, Женя-Ева тоже не против. Значит, двое их будет в холодном голубом небе. Здорово!

– Записывать просто, – Профессор улыбнулся, двинул мышью, убирая мерцающий экран. – Бинауральная программа Монро открывает "окошко", "картинка" Гранта направляет в район поиска. Но для того, чтобы найти хотя бы один адрес, требуется перебрать в среднем до ста тысяч комбинаций. В половине случаев собеседник ответит на совершенно непонятном языке. Или вообще не станет отвечать – посчитает плодом воображения или демоном. Почти все наши адреса найдены совершенно случайно…

Алеша мельком отметил "почти все". А те, что не "почти"?

– Пока не найдем иной метод, наш "телефон" останется лишь курьезом… А что касаемо Основной Информации – того, что, собственно, и хранится в Ноосфере… Кто смелый?

Поглядел Алеша на девушку. Посмотрела Ева на него.

– Я!!!

Профессор встал из кресла, на дочь поглядел.

– Алексей – мужчина, его бы первым запустить. Но все затеяла наверняка ты… Садись, бери наушники!..

– Есть!

Алеша только вздохнул. Вот она, семейственность! Хорошо ей, Профессоровой дочке. Счастлива, сейчас "Wenn die Soldaten" запоет!

Словно понял его Профессор. Руку протянул, плеча на миг коснулся.

– Не завидуйте, Алексей. Рано!

Потянулся к "мыши", достал коробку с диском.

Поколдовал.

– Ну, вперед! А мы пока с Алексеем в аптечке пороемся. Вдруг пригодится?

Когда в коридор вышли, решил Алеша – не всерьез это. Шутит Профессор, наследницу своенравную пугает. Даже когда Женин папа стенной шкаф открыл и достал картонную коробку, все еще не верил.

– Что-нибудь от головной боли. И валерьянку…

Понял Алеша – не шутит. Заспешил, в груде лекарств копаясь. Анальгин почти сразу обнаружил, а с валерьянкой загвоздка вышла. Все не то и не то…

Зачем валерьянка? Сначала "PainControl", потом "CableCarRide". Или… Не поможет?

Валерьянка обнаружилась на самом дне – небольшой флакончик, под крышкой – белая вата. Достал Алеша, лекарства обратно уложил, повернулся, чтобы коробку Профессору отдать.

Не успел. Ева закричала – громко, отчаянно…

– Нет, нет, папа, лекарства не надо, и нашатыря не надо, чуть позже анальгин выпью. Голова… Ничего, пройдет, сама виновата. То есть, не виновата, захотела – увидела…

– Все-таки выпей. Потом релаксационную программу поставим… Ну-с, молодые люди?

– Профессор! Так нельзя, это жестоко, это…

– Алеша, не надо! Я увидела, увидела!.. Такое… В первый миг – картинка, какой-то город, улица, автомобили странные. Потом – навалилось. Лица, сотни лиц, голоса, голоса, кричат, перебивают, словно что-то важное хотят сообщить. Но не понять ничего, слишком… слишком много. Все как… как в калейдоскопе. Мелькает, дрожит. И больно, больно…

– Да… Это и видят наши добровольцы. Основная Информация. Оценили? Только один из миллиона способен выделить отдельные детали, понять смысл. Наши возможности все-таки не безграничны. Впрочем, если вы согласны на лоботомию… Чип в мозгу не помешает?

Дорожка 13. "Nie spoczniemy". ВИА "Czerwone Gitary". (3`47).

Самая сильная песня «червоных». Не забывается и не забудется.«Niepocieszony mija czas, bo za jednym czarnym asem – drugi as…»Кто бы спорил!

Воскресенье, 24 августа 1851 AD. Восход солнца – 7.12, заход – 17.36. Луна – IV фаза, возраст в полдень – 26, 6 дня.

Мбомо, человек очень наблюдательный, отметил, что к югу от Замбези наиболее употребительным восклицанием является "Отец мой!". На севере, то есть в этих местах, чаще говорят: "О, мать моя!". Из этого он делает далеко идущие выводы о положении и правах африканских женщин. В подкрепление своих умозаключений, Мбомо приводит виденную им на рынке в Талачеу сцену, когда некая негритянка назло (!) мужу отказалась продавать курицу даже за весьма немалую цену.

Кажется, Мбомо заразился от европейского племени социологической лихорадкой. Я бы с выводами не спешил, хотя назначение леди Ньямоаны воеводой целого войска симптоматично.

Между прочим, это войско сегодня получило боевое крещение. Не рискну написать "мы" – в бою мы не только не участвовали, но даже не смогли его толком разглядеть.

Около десяти утра я заметил немалую суету в колонне. Солдаты показывали пальцами куда-то на восток, но кроме высокой травы и нескольких деревьев мопане ничего увидеть было нельзя. Я подумал о приближающемся хищнике (львиные прайды встречаем каждый день). Но тут солдаты, следуя команде, схватили копья и с криками бросились вперед. Надо сказать, маневр выглядел достаточно слаженно для новобранцев. Одна из причин несомненно та, что каждым десятком командует опытный ветеран из профессиональных наемников. Подобную практику я видел в Судане, где таких командиров именуют отчего-то "драгоманами".

Сообразив, в чем дело, мы с Мбомо озаботились привести в порядок наш арсенал. Я отвел Викири и Куджура подальше, в противоположную сторону. Чипри, почуяв опасность, беззвучно скалился, вздыбливая шерсть на холке и то дело поглядывая на меня – вероятно, в ожидании команды. Моя маленькая армия была полностью готова, и я почувствовал нечто, напоминающее гордость. Убедившись, что оружие у Мбомо заряжено, я посмотрел в сторону носилок леди Ньямоаны. Если враг прорвется, мое место там.