Переменная звезда - Робинсон Спайдер - Страница 69

69

Случалось, что нации формировались и на основе кое-чего похуже.

Не думаю, чтобы многие из нас на самом деле так уж сильно презирали крольчатину. Но в этом мясе практически нет жира, и как его ни приготовь, все равно блюдо получается скучным, даже на корабле с приличными показателями давления воздуха. И шутить о кроликах проще простого. Мало кому нравятся трусы.

Кроме того, выбор был невелик: если уж ты воротил нос от крольчатины, ты либо ел синтетическую пищу, которая доброго слова не стоила, либо вынужден был стать вегетарианцем до тех пор, пока на Браво не расплодится побольше другой домашней живности. А поскольку вегетарианцы производят вдвое больше фекалий, чем мясоеды, их фекалии пахнут на десять процентов хуже. Повсюду на корабле улучшилась… атмосфера.

В самом деле, все стало совсем неплохо – как раз перед тем, как все полетело к чертям.

Ну, почти все.

Глава 17

Мое мнение о будущем человечества заключено в следующем утверждении: я думаю, что людям необходимо основать колонии на других планетах.

Адмирал Калеб Сондерс.

Интервью. Батлер.

Штат Миссури, США, Земля.

7 июля 1987 г.

Вы знаете дату. Все знают. Все всегда будут ее помнить.

Если нам повезет.

Повсюду у каждого есть своя история. Для меня это то, как настал конец света. И узнать об этом мне помог банкир.

Пол Хаттори обожал сериалы. На борту их, как ни странно, хватало. Но догадываюсь: Пол чувствовал, что такое хобби не к лицу корабельному казначею. Я знал об этом потому, что больше других проводил время в компании Герба.

Явление это было абсолютно предсказуемо, если задуматься. А я не задумывался, потому что прежде никогда с таким не сталкивался.

Представьте себе, что вы – преданный любитель (это термин намного более вежливый, чем "фанат") ежедневной мыльной оперы. Какого-нибудь классического сериала – ну, скажем, "Корри" или "Пески Марса". И вот вы оказываетесь на борту звездолета, летящего со скоростью в одну треть скорости света и постоянно ускоряющегося.

После того, как пройдет определенное время… ну, скажем, 6,41 года. После шести лет и ста пятидесяти дней при таком ускорении вы уже летите со скоростью 0,976 от скорости света. Естественно, это производит на вас большое впечатление.

Но кроме того, это повергает вас в смятение. Поскольку в то время, как для вас прошло шесть лет с копейками, в Солнечной системе пролетело целых тринадцать лет. Шесть лет и двести пятнадцать дней длятся все серии "Корри" – это больше продолжительности вашего полета на данный момент. Эти серии существуют, и их посмотрели миллиарды людей. Но вам придется ждать целую вечность, чтобы узнать, что же случилось с вашими воображаемыми друзьями. Вы обгоняете новости.

Если только у вас нет знакомого телепата, к которому вы могли бы обратиться. Он – ваш единственный источник информации о сериалах.

Пол появился в "Жнепстое" в тот вечер как раз в то самое время, когда Герб прощался с навигатором Мортом Александером и робототехником Гаем Атари, которые трудились над совместной книгой и пришли к Гербу за профессиональным советом. Совет в принципе можно было бы сформулировать коротко: "Не надо", но парочка удалилась, не потеряв вдохновения. Пол успел услышать последние напутственные слова Герба:

– Если вы действительно готовы делать вдвое больше работы за половину жалованья, нам всем стоит порой собираться, чтобы поиграть в покер.

– Вы не были с ними слишком суровы? – спросил Пол, когда за визитерами закрылась дверь. Он сел поближе к рабочему столу Герба, лицом к моей койке, на которой лежал я и, удобно развалившись, читал биографию Джонни Ходжеса[53]. Мы приветственно кивнули друг другу, я отключил дисплей ноутбука и сел; Пол мне нравился.

Герб сказал:

– Любого, кого только можно отвратить от писательского ремесла, следует отвращать. – Он поежился. – Кроме того, мысль о том, чтобы работать на одной клавиатуре, меня коробит. Я уж скорее поделился бы с кем-то зубной щеткой.

– Я точно так же отношусь к своим саксофонам, – признался я.

– А я точно так же отношусь к деньгам, – абсолютно серьезно проговорил Пол.

– Банкомат, – съязвил я.

Герб сдвинул брови.

– Пожалуйста, давайте не будем коверкать язык. Для меня "банкомат" в данный момент – это тот, кто принесет мне баночку пива.

Пол театрально вздохнул, встал и направился к холодильнику, ставшему одним из многих усовершенствований в нашей каюте.

– Тебе тоже, Джоэль?

– Конечно, – сказал я. – Я так понимаю, вы пришли за очередной порцией.

– Ты смог бы найти минутку для меня? – спросил Пол у Герба. – Уже месяц прошел.

Время телепатической связи у Герба обычно было расписано очень жестко, и режим становился все более плотным на протяжении полета, а объем информации, которую могли получить только он и его коллеги, Стефани Гаскин и Джин Руббикко, постоянно нарастал. В данное время Гербу было очень непросто отвлекаться на такую чепуху, как краткое содержание серий мыльной оперы. Но, будучи курильщиком, он сочувствовал наркоманам любого сорта. И Пол был получателем около четверти объема обычного, ежедневного трафика информации.

– Да, найду – но лишь потому, что я только что придумал такую чудовищную шутку, что почти утратил желание жить.

Пол принес нам и себе по откупоренной банке пива и сел. На самом деле, на корабле имелись нормальные стеклянные кружки – они были надежно упакованы, чтобы мы смогли пользоваться ими, когда долетим до Браво.

– Ладно, я сел, и пиво у меня есть. Слушаю внимательно.

Он замер в предвкушении.

– Ты проводишь половину своего рабочего дня, следя за ростом и падением акций, тебя волнуют цены на то и на это. А потом ты являешься сюда и пристаешь ко мне, чтобы я дал тебе возможность узнать насчет твоих возлюбленных актеров и долбаных сцен.

Я застонал. У Пола покраснели краешки ноздрей.

– Если ты называешь сцены из "Корри" долбаными, гад ты такой, я рад, что пописал в это пиво.

– Я говорил о спирте, который подают в "Возвращении гребца", дурень.

Пол расслабился.

– Ну ладно. Спирт все стерилизует.

Я сказал:

– Если бы это было так, то человечество вымерло бы давным-давно.

– И не было бы даже второго поколения ирландцев, – согласился Герб.

Теперь странно вспоминать, что это были последние слова, которые я произнес в тот день. Реальность откалывает такие номера, каких не подбросит никакая литература.

– Я очень ценю твою помощь, Герб, – сказал Пол. – Когда мне зайти, вечерком?

Герб сверился с расписанием.

– Посиди тут. Подожди немного, сможешь взять с собой распечатку. Я как раз собирался выходить на связь. Я всегда сначала закрываю личные вопросы, так что, если у кого-то не хватает времени, я не виноват.

– Ты уверен? – спросил Пол. – Мне бы не хотелось… мешать.

– Не помешаешь.

– Ну, тогда – отвлекать. Лишняя работа…

– У тебя комп с собой?

– Конечно.

Он вытащил из кармана мини-компьютер и раскрыл его.

– Давай сюда, – распорядился Герб. – Я внесу в него информацию, отдам тебе и займусь своими делами. Обойдемся без перезаписи.

– Хорошо. Спасибо.

Пол включил дисплей, открыл свой почтовый ящик, отключил дисплей и передал компьютер Гербу. Герб положил мини-компьютер на стол и даже не удосужился включить дисплей. Он придал своему рабочему креслу более удобную конфигурацию и поставил банку с пивом так, чтобы до нее было легко дотянуться левой рукой.

– Ты уверен, что мое пребывание здесь не… Не знаю, как лучше выразиться… Не помешает тебе сосредоточиться?

Я фыркнул.

– Нет, если только ты себя не подожжешь, – заверил его Герб. – Но будь настороже: твой комп может в самый неожиданный момент полететь в твою сторону, и вектор я точно предсказать не могу.

вернуться

53

Джонни Ходжес (1907-1970) – американский музыкант, первый саксофонист в оркестре Дюка Эллингтона, обладатель самого красивого звука из исполнителей на альт-саксофоне.