Наковальня звезд - Бир Грег - Страница 112

Жители миров Левиафана и регионы между ними почти полностью контролировались «привилегированными» каналами частиц. В результате левиафанцы могли изменить характер трёх четвертей битов информации в любых частицах в округе пятидесяти миллиардов километров, мгновенно и эффективно, воспользовавшись Занавесом или другой «ноучевой» станцией, некоторые из которых, возможно, были спрятаны внутри Спящей. Изменения могли быть как минимальными, к примеру, такими, как изменения спина простой частицы, так и максимальными — превращение в антиматерию массы, превышающей объём большой луны.

Мозговой центр корабля работал сейчас над тем, чтобы защитить «ноучевую» связь «Двойного Семени» от постороннего вмешательства. Защита была сконструирована и для «Борзой» и «Дятла».

Джакомо сказал Мартину:

— Мозговой центр корабля сейчас на постоянной линии с «Троянским Конём». Он рассказывает «Троянскому Коню», как защититься. Это займёт не более нескольких часов.

— Мы мы согласны, чтобы это было сделано, — сказал Небесный Глаз.

— У нас сейчас очень большой фронт работ, — отозвался Джакомо. — Боюсь, что вы останитесь в стороне. «Троянский Конь» слишком мал, чтобы снарядить его тем же оружием, что и «Борзую».

— А «Дятел» снабжается оружием?

— Да… Дженнифер, мне не хватает тебя. С тобой и Шелковистым мы сделали бы все намного быстрее.

— Сомневаюсь. С вами же работает мозговой центр корабля, — ответила Дженнифер.

— Мартин, я не знаю, имею ли я право говорить о перевороте сейчас. Но мы действительно завязли в этом. Мы — парии. Братья не хотят работать с нами. Они снаряжают «Дятел», как свой собственный корабль.

— Ганс говорил мне.

— Что ещё он рассказал тебе?

— Что вы поддержали его, и он принял все решения. Не голосуя.

Джакомо выглядел по-настоящему несчастным.

— Мы прибыли сюда выполнить Работу. Ганс — один из тех, кто все поставил на кон.

— Рекс действительно убил Розу?

— Он оставил предсмертную записку, где говорит об этом.

— Это Ганс приказал ему убить Розу?

— Рекс в своей записке об этом ничего не говорит. Но Братья, в частности Каменщик, думают, что да, это Ганс приказал ему. Это и оттолкнуло их от нас, Мартин. Братья у нас совсем не разговаривают с людьми, за исключением тех случаев, когда этого не избежать.

Мартин взглянул на Небесного Глаза и Шелковистого. Казалось, они в полном забвении наблюдали за трёхкратными изменениями Занавеса, но Мартин знал, что они прислушиваются к их разговору с Джакомо. Без сомнения прислушивался и Каменщик.

Однако не было причин скрывать что-либо.

— Что с диссидентами?

— Они на своей территории «Борзой». Они отказались следовать за Гансом, отказались сражаться и пытаются отделиться от нас. Это вскоре стало бы реальным, но… Мартин, мы пришли сюда выполнить Работу. Мы здесь. Доказательства убедительные. Пришло время.

— Это только так кажется.

— Я не знаю, что за человек Ганс…

Зато я знаю, — подумал Мартин.

— Но без него нам будет хуже. Ты хочешь знать, что я думаю?

Мартин слабо улыбнулся Джакомо.

— Скажи мне все.

— Я думаю, что это Ганс заставил Рекса… — Джакомо тряхнул головой. — Поговори с Гансом об этом. Это уж точно не моё дело. Мне нужно снова побеседовать с Дженнифер.

— Вы можете разговоривать столько, сколько вам необходимо. Но когда начнутся сентиментальности, это будет сигналом передать «ноучевую» связь другому.

— О, не тревожься, — усмехнулся Джакомо. — Мартин, не пойми меня превратно, но я хочу сказать, что всё это вместе — всё, что мы поняли в последние десятидневки, и все, и то, что сделали момы, чтобы изготовить новое оружие — это фантастика. Теория Дженнифер о «ноуче» помогла нам понять, каким образом так радикально изменяется Левиафан… Затем мы воспользовались математикой иррациональных чисел Братьев… И… тогда — мы увидели планеты Левиафана в новом свете… Это научная революция.

Мартин сделал жест Небесному Глазу, и они, покинув «ноучевый» кабинет отправились искать подходящее место побеседовать. Мартин попросил Паолу присоединиться к ним.

— Как мы нам сообщил Каменщик: высоковероятно, что Ганс приказал Рексу убрать лишние верёвки, — сказал Небесный Глаз. — Каменщик и другие косы, мы они не представляем понимать поведения людей.

— Братья не думают, что они способны понять поведение людей, — перевела Паола.

— Примите все как есть, — предложил Мартин.

— Но это неискренная, круговая… — Небесный Глаз не мог подыскать слова.

— Порочность, — подсказала Паола.

— Если не сказать ещё хуже, — но Мартин не произнёс ни слова, лишь поёжился про себя.

— Характер того, что делают люди не ясен. В искривлённом туннеле цель для них яснее, чем в прямом.

Мартин кивнул, дав понять, что он понял, что хотел сказать Небесный Глаз и переводить не нужно.

— Ганс сделал, чтобы Рекс убрал посторонние верёвки. Рекса толкнул Ганс. Ганс не осуждает действия Рекса. Рекс чувствовал связь с Гансом. Затем Ганс начал держать косу в секрете…

— Подождите минуту, — попросил Мартин и повернулся за разъяснениями к Паоле. Но, похоже, и ей трудно было перевести сказанное.

— Я думаю, он хотел сказать, Рекс был умышленно отдалён Гансом. Он стал аутсайдером, а не фаворитом Ганса.

— Да так, — кивнул Небесный Глаз. — Это трудно для мы нас узнать. Я нам самим пришлось идти кривыми туннелями, чтобы узнать. Люди боятся друг друга. Женщину Розу. Она была помехой, её сны.

Паола хотела переводить, но Мартин поднял руку — всё ясно.

— Ганс хотел женщину Розу мёртвой, — продолжал Небесный Глаз.

У Паолы перекосилось лицо, она отвернулась.

— Рекс — оружие Ганса, — заключил Небесный Глаз.

Итак, Мартин не ошибался. Что сказал тогда Ганс? Это необходимость.

— Мы наши собственные враги, — заявила Паола. — как Беглецы Красного Дерева.

— Братья ни с чем подобным никогда не сталкивались в своей жизни? — поинтересовался Мартин.

— О да, даже более.

— И что это было? — с удивлением спросил Мартин.

— Войны между верёвками, — сказал Небесный Глаз. — Время, когда косы расплетались, и верёвки убивали друг друга. Не было контроля и не знали, когда закончится. Мы мы должны остерегаться искривлённых путей и тех, кто идёт ими. Для того, чтобы не прийти снова к верёвочным войнам.

— Вы думаете, вы можете деградировать, как общество? — спросила Паола.

— Не знаю, — ответил Небесный Глаз. — Но если мы мы дольше останемся с вами… У мы нас появился страх зависимости — страх быть пойманными в сети.

— Вы думаете мы … заразим вас? — поразилась Паола.

— Вы сломаете мы нас.

У Мартина свело живот, он схватился пальцами за лестничное поле.

— Мы должны работать вместе, — сказал он. — Несмотря на риск, несмотря ни на что. У нас одна цель.

— Это ещё не решено. Разделение кораблей, работа сейчас вместе — это решено. Работать раздельно, может быть, будет решено позже.

Итак, на «Троянском Коне» пока ещё не произошло разделения команд.

Небесный Глаз, Мартин, мом, Мать Змей кружили в темноте и просматривали периодически приходящую информацию со Спящей. Веки Мартина слипались. Он утомился удивляться тому, на что оказались способны искусственно созданные жители Левиафана.

Ганс не разговаривал с Мартином уже семь часов. Каменщик и Небесный Глаз за это время связывались несколько раз. Мартин надеялся, что молчание Ганса означает, что он серьёзно просматривает всю присланную ему информацию.

Ариэль и Паола вошли в кабину и, присоединившись к наблюдающим, расположились по обе стороны от Мартина.

Группами и поодиночке Братья и люди знакомились с информацией.

— Это поразительно, — воскликнула Эйрин.

Перед их глазами проходила обыденная жизнь двух родственно связанных существ. Они наблюдали, как яйца осторожно откладывались в глубокие воды Спящей, в них впрыскивался генетический материал водообитающих родителей, затем яйца снова собирались и высиживались в зелени багряных лесов на третьей планете, но уже другими, правда, непременно невдалеке от озера или других водных водоёмов. Когда «урожай» созревал, его сразу начинали обучать, приобщая к обществу взрослых…