Кислотники - Блинкоу Николас - Страница 43

Обхватив Эстеллу за шею, Бернард рявкнул: – Давай вниз – на эту чертову лестницу!

Глава двадцать девятая

Амджад сидел в машине и смотрел на «Грэйвити». Пора было на что-то решаться. Эстелла не просила подождать, когда он ее высаживал. Он уже понял, что, если и дальше будет здесь торчать, ночь ему точно придется провести в участке. Амджад видел, как два копа вошли в клуб через боковую дверь. Выглядели они очень довольными, а через пять минут пулей вылетели назад и бросились бежать по улице. Эхо стрельбы висело в воздухе еще долго после того, как они исчезли. Через пару секунд здесь будет толпа полицейских. Нужно сматываться, пока не поздно. Но Амджад не двинулся с места, завороженный сиянием мощных прожекторов, внезапно включившихся в «Грэйвити». Ему показалось, что свет направлен прямо на него.

В этот момент со стороны Динсгейта на бешеной скорости выскочил фургон с залитой под завязку цистерной «Боддингтона». Фургон явно угнал и вел какой-то псих. Цистерна моталась позади кабины водителя, фургон чуть ли не складывался вдвое посреди проезжей части.

В «Грэйвити» была стальная подъемная дверь, встроенная в стену клуба, почти в два этажа высотой.

Амджад увидел, как фургон на полной скорости протаранил ее – сталь прогнулась после первой же атаки. Взбесившаяся машина на огромных колесах сдала назад. Тут Амджад узнал Майкла Кросса, это он был за рулем, а рядом сидели Тас-Мен и его вооруженные до зубов помощнички.

Фургон четыре или пять раз сдавал назад и снова шел на приступ. В конце концов стальная дверь не выдержала и поддалась со страшным грохотом, оглушив Амджада. Из пролома послышались автоматные очереди. Изуродованный последним ударом фургон застрял в двери, развалившись надвое.

Бернард толкнул Эстеллу в спину. Эстелла споткнулась: нелегко спускаться по лестнице на каблуках, одновременно пытаясь привести себя в порядок и заправить грудь в лифчик. Раздались еще два оглушительных удара, и весь «Грэйвити» заходил ходуном. Вряд ли это бомба, скорее похоже на мощный грузовик.

Бернард так сильно толкнул Эстеллу в сторону танцпола, что она рухнула лицом вниз на деревянный настил, усыпанный осколками разбитого стекла, но сумку из рук не выпустила.

Она увидела, как Бернард, тяжело ступая по битым стеклам, двинулся к подъемной двери, целясь из ее «Хеклера». Эстелла разглядела, что за рулем сидит Майкл Кросс, а на заднем сиденье – Тас-Мен и его парни. С пола ей не было видно, какие у них пушки. В сумке у Эстеллы лежал заначенный «Тек-9» – так что Майклу лучше пригнуть голову. Фургон снова взревел, началась стрельба. Эстелла все еще пыталась вытащить оружие, когда в Бернарда попали и он взлетел в воздух, заливая все вокруг кровью. Недолго думая, она рванула из клуба.

Позади «ниссана» появились проблесковые синие огни, они плясали в зеркале заднего вида. Окрестности оглашались воем сирен. Полиция появилась сразу со всех сторон. Из кабины фургона пытался выбраться человек. Когда он поднырнул под днище, Амджад завел мотор и медленно двинулся ему навстречу. Узнав Майкла Кросса, он наклонился, чтобы распахнуть заднюю дверцу.

– Кросси, Кросси, черт, гони сюда, парень! – орал Амджад.

Наклонившись вперед, Майкл Кросс одним броском пересек проезжую часть, рыбкой нырнул в машину, и Амджад остервенело нажал на педаль газа. Вспышки мигалок плясали в зеркале заднего вида. Если за ним будут гнаться, Амджад оторвется – это раз плюнуть. Легавые не узнают номера: максимум, что они могли заметить, – это марку машины и то, что за рулем был пакистанец. Вот пусть и прочесывают Манчестер хоть до скончания века, думал Амджад, все равно не найдут его. Во всяком случае, он сильно на это надеялся.

Майкл Кросс выпрямился на сиденье, захлопнул дверцу и смотрел вперед: по встречной полосе неслась новая колонна полицейских легковушек и фургонов. Вся округа сверкала синими огнями мигалок. Амджад старался успокоиться и дышать ровно, очень ровно, ведя свой «ниссан» на скорости сорок миль в час. Легавые промчались мимо. Амджад едва мог поверить, что пронесло.

– Амджад? Ты ведь Амджад, верно?

– Да, Кросси. Что за чертовщина там творится?

– Ад. Гребаный ад. Оглушительный ад… эти чертовы пули… Не знаю, какая-то адская война. – Майкл Кросс был потрясен.

– А ты что там делал?

– Вел машину. Возил ублюдков. Погоди секунду, я продрог до костей в этом хреновом клубе. Тас-Мен приставил мне пистолет к голове, и я угнал чертов фургон. Дерьмо. Дерьмо. Дерьмо. Сколько тут копов?

Снова синий свет и вой сирен заполнили Принсес-роуд, сводя с ума прохожих.

– Сколько? Черт, да не знаю я, Кросси. – Амджад захлебывался адреналином, чувствуя, как понемногу спадает возбуждение. – Что с клубом?

– Его разнесли.

– Кого-нибудь шлепнули?

– Похоже на то. Когда мы вломились, справа стоял Бернард. Я видел, как его подбросило в воздух, потом он отлетел футов на двадцать, ну, не он, конечно, а то, что от него осталось.

– А Эстелла?

– Понятия не имею, – может, ее ранили, а может, и убили. Мы разобрались с дверью, я уже собирался сваливать… И тут начался шум, дым, какой-то чокнутый играет прожекторами – ну, конец света. Веришь, я испугался до смерти.

– А что с Берджисом?

– Кто его знает. Но клубу каюк. И Берджису теперь кранты – даже если он еще жив.

– Ну так… не пропадать же месту, а? Бизнес есть бизнес. А что, если мне рассказать обо всем кузену?

– Классная идея! Счастливое избавление!

Глава тридцатая

Нервные клетки в развороченном черепе Джанка склеивают эту сцену. Убрать к чертовой матери затвор и стальные подложки! Джанк, ты на своем месте, за пультом – где ж тебе еще быть! Расползаются стены, которые, может, и не были прекрасными, рушится танцпол – операция идет без всякой анестезии. Автомат Калашникова вырвался на свободу – и пусть все летит в Преисподнюю. От удара воздушной волны разлетается в клочья экран – кто стреляет? Свои? Чужие? Хорошенько проанализируй позицию, Джанк. Вон там, в нижнем крыле, уже появились вооруженные автоматами непрошеные гости, Джанк встречает их заградительным огнем галогеновых ламп, подмораживая недоумков.

Нервные клетки не сдаются, и Джанк понимает все, что видит. Огромный грузовик обалденной убойной мощи разъяренно подпрыгивает и грохочет внизу. Его продырявили, и он впадает в бешенство. Вот черт, черт, черт! Разверни прожектора, выстрой в линию синие и зеленые и вмажь картечью. А теперь пройдись понизу сухим льдом. Все получилось – и Джанк ловит кайф самой высшей пробы!

Глава тридцать первая

Эстелла прислонила пудреницу к бутылке с соусом и принялась натягивать свой новый парик.

– Ты сделала прекрасный выбор, Тереза. Я всегда чувствовала, что могла быть блондинкой – в теле брюнетки.

Тереза сгорала от нетерпения:

– Расскажи, что там случилось.

– Когда полиция вышибла заднюю дверь, Джанк пустил в ход сухой лед. Дым клубится, ни фига не видно, и все палят в разные стороны. Я решила сделать ноги.

– Так и было задумано?

– Не знаю, дорогая, – призналась Эстелла – она в какой-то момент перестала понимать, что происходит.

Тереза купила ей билеты, поезд отправлялся через полчаса. В кафе на вокзале было холодно, но впервые со дня приезда Эстеллы в Манчестер прекратился дождь. Редкие солнечные лучи пробивались сквозь облака, высвечивая декор на фасаде Хлебной биржи. Эстелла замолчала, сосредоточенно поправляя челку белокурого парика и любуясь своим новым видом.

– Ты никогда не думала убить Берджиса?

На столе был разложен утренний выпуск «Ивнинг ньюс». Помимо большой статьи о штурме «Грэйвити» и перестрелке между наркоторговцами и полицейскими, газета напечатала отдельную заметку о Берджисе: краткая биография, прежние дела с наркотиками, арест прошлой ночью по обвинению в наркоторговле и незаконном ношении оружия. Была и фотография: инспектор уголовной полиции Грин – в темно-синем костюме и бронежилете – уводит Берджиса в наручниках.