Японские записи - Федоренко Николай Трофимович - Страница 67

Чай «билочунь» содержит в себе различные витамины, много в нем и таких важных составных элементов, как кофеин, альбумин, жиры, эфирные масличные вещества. Как показывает произведенный специалистами анализ, этих веществ в «билочуне» примерно в два раза больше, чем в чаях, изготовленных из крупных, выросших листьев. В связи с этим постоянное употребление чая «билочунь» способствует подъему энергии, мочеотделению, помогает пищеварению, убивает бактерии, оказывает вяжущее и другие действия.

Традиция чаепития у европейцев представляет собой довольно формальное, можно сказать, ничем не примечательное явление. Здесь нет ничего необычного, романтического. Да и узнали они о чае всего лишь три века тому назад. Совсем иное положение, другие роль и место принадлежат этому обычаю в Японии. Традиция чаепития в этой стране овеяна многочисленными легендами и преданиями, которые, быть может, мало или вовсе не известны в других государствах. Заметим, кстати, что русское слово «чай» происходит, как известно, от китайского слова «ча» или «чае» – в северном, пекинском произношении, тогда как английское слово «ти» (чай), как и соответственно французское, итальянское, немецкое, датское и др., происходит от китайского же слова «тэ» (чай), но уже не в северном, пекинском, а в южном, фуцзяньском произношении. Таким образом, на звучании слова «чай» в иностранном произношении сказался соответствующий китайский диалект и пути его движения за свои национальные рамки.

Здесь уместно напомнить, что сотни различных сортов чая известны за пределами Японии и Китая. Чай, шелк и, пожалуй, фарфор были теми товарами, с которых начинал свою внешнюю торговлю древний Китай с Японией и другими странами. Известно, что по трактам, связывающим Китай с Индией, в течение многих столетий вывозился только чай, и тракты получили название «чайных». История поистине иногда бывает изобретательна и поэтична. Такой она оказалась, когда установила замечательные наименования: Чайный путь, Шелковый путь…

С незапамятных времен Китай торговал с Монголией, которая платила за чай лошадьми. Серебром расплачивались за чай европейские купцы – разумеется, лишь до того времени, пока не подчинили себе экономику Китая. Большие партии чая шли в Россию. Русские купцы имели своих представителей в Ханчжоу и в Ханькоу. Долгое время чай отправлялся в Россию древними караванными трактами через монгольские степи. В известном смысле можно выразить сожаление, что в наши времена так не перевозят! При перевозке чая в упаковке, приспособленной для погрузки на верблюдов, при следовании монгольскими степями с их воздухом (полное отсутствие влажности, особые эфирные элементы, идущие от степной растительности и т. д.) ни вкус, ни «букет» чая не портился, как он нередко безнадежно портится в нынешних условиях перевозок.

В течение многих столетий Китай ревниво оберегал секреты выращивания и изготовления чая. Вывоз саженцев чайного куста не только за пределы страны, но даже в некоторые внутренние провинции Китая был запрещен.

Известно, что торговля Китая с Японией, начало которой уходит в седую древность, была преимущественно чайной торговлей.

Тяною – чайное действо

Чаепитие в Японии, начало которого восходит к 729 году, является нередко своего рода ритуалом. Кажется, как ни у какого другого народа, у японцев существует старинный чайный церемониал, особенно торжественно выполняемый в специальном чайном или отдельном павильоне в саду при доме, а нередко и в домашней обстановке, в особой комнате при доме. Культуре чая, приготовлению из чайного листа напитка, его употреблению воздаются японцами определенные почести, соблюдается своеобразный обряд, издавна утвердившийся в народном быту распорядок.

Чайный церемониал, как обычно передается на европейских языках смысл японского слова «тяною», а вернее сказать, «чайное действо», так как это на самом деле некое действо, если не священнодействие, в значительной степени содержит в себе элементы духовного и эстетического характера. «Ничто так тесно не взаимосвязано с искусством и художественным ремеслом Японии, как тяною, эстетическое времяпрепровождение за приготовлением зеленого чая в утонченной атмосфере».[53] Тяною, относящееся к числу наиболее самобытных и фактически уникальных искусств японцев, играет весьма существенную роль в их духовной и художественной жизни на протяжении свыше четырехсот лет. Столь благоговейное отношение японцев к чайному напитку имеет свои глубокие корни и причины. В «чайном действе» обычно участвуют: мастер чая – тот, кто заваривает чай и разливает его, и те, кто присутствуют при этом и затем пьют. Первый – жрец, свершающий действо, вторые – участники действа, приобщающиеся к нему и нередко безжалостные критики.

У каждого свой комплекс поведения, охватывающий и позу при сидении, и все движения, и выражение лица, и даже манеру речи.

Чай заваривается особый – в порошке, конечно зеленый. Приготовление чая слагается из следующих процедур: первая – кипячение воды в особом котелке (чайнике) на угольях из сакуры – вишневого дерева; вторая – заваривание чая: применяется особый чайник, свои правила движения руки; и третья – взбалтывание чая в чашке, также специальной, предназначенной для этой цели, так что чай пьется в виде довольно густой пенистой жидкости.

Что это такое? Как все это назвать: ритуал, церемониал, обряд? Скорее всего – особая духовная процедура. В японском и китайском языках существует нечто именуемое «путь» – понятие, имеющее многосложное значение в духовном мире японского народа, в его философии, морали, эстетике. В философии даосизма «дао» – основной принцип этого учения – выступает в значении абсолютного начала вселенной, основы существования мира, источника всех его вещей и явлений. В конфуцианском учении «дао» имеет значение определенной этической категории. В свою очередь, «дао» связано с буддийским понятием «чань» – в устах китайцев и «дзэн» – в устах японцев.

Как объяснить читателю эти самобытные понятия? Может быть, поможет выписка из иероглифического словаря? «Чань – созерцание, сонм чувств и мыслей, лестница экстазов». Приведем объяснение из ординарнейшего японского толкового словаря: «Дзэн – овладеть всеми своими духовными силами и вступить в пределы „не-я“, то есть погрузиться в созерцание». Добавляется также, что в сочетании с иероглифом «садиться» образуется понятие: сесть в надлежащей позе, овладеть всеми своими духовными силами и обрести познание. К сказанному следует добавить, что это понятие берет свое начало из учения буддийской секты того же названия («Дзэн») – одного из очень распространенных в Японии XIV–XVI веков направлений буддизма.

Понятно ли теперь читателю? Может быть, еще сказать: если вы положите на несколько натянутых параллельно веревок маленькую циновку, сумеете взгромоздиться на это весьма неустойчивое сиденье, усесться на нем в неподвижной позе (неподвижность тут нужна хотя бы потому, что при малейшем движении веревки под вами разойдутся и вы неизбежно испытаете на себе закон земного притяжения) и просидеть так энное количество часов, это будет «дзэн».

Если вы будете долгие часы сидеть неподвижно, уставившись в одну точку, и ничего при этом не думать, это будет «дзэн».

Если вы не пошевельнетесь при встрече с самой большой неожиданностью, это будет «дзэн».

Если вы станете свободны от всяких волнений, тревог, беспокойств, восторгов и т. д. – не в том смысле, что все это для вас не существует, а в том, что ничто не может коснуться вашего духа, смутить его спокойствие, нарушить ясность ума, – это будет «дзэн».

Если вы совершенно спокойно, с абсолютной легкостью, душевной ясностью и свободой пойдете на смерть, это будет «дзэн».

Вот это и многое-многое другое – «дзэн».

«Путь чая» («Дао чая») создан монахами Дзэнсю, сторонниками секты «Дзэн» (конечно, сначала в Китае, где «Чань» в свое время было одним из самых популярных в известных общественных кругах религиозно-философских течений).

53

Ясуноскэ Фукукита. Чайный культ Японии. Токио, изд. Киодо, 1955, стр. 1.