Сборник стихов - Блок Александр Александрович - Страница 31

31

23 августа 1899

«Пока спокойною стопою…»

Пока спокойною стопоюИду, и мыслю, и пою,Смеюсь над жалкою толпоюИ вздохов ей не отдаю.Пока душа еще согрета,И рок велит в себе беречьИ дар незыблемый поэта,И сцены выспреннюю речь…

28 ноября 1899

Dolor ante lucem

[7]

Каждый вечер, лишь только погаснет заря,Я прощаюсь, желанием смерти горя,И опять, на рассвете холодного дня,Жизнь охватит меня и измучит меня!Я прощаюсь и с добрым, прощаюсь и с злым,И надежда и ужас разлуки с земным,А наутро встречаюсь с землею опять,Чтобы зло проклинать, о добре тосковать!..Боже, боже, исполненный власти и сил,Неужели же всем ты так жить положил,Чтобы смертный, исполненный утренних грез,О тебе тоскованье без отдыха нес?..

3 декабря 1899

«Медлительной чредой нисходит день осенний…»

Медлительной чредой нисходит день осенний,Медлительно крутится желтый лист,И день прозрачно свеж, и воздух дивно чист –Душа не избежит невидимого тленья.Так, каждый день стареется она,И каждый год, как желтый лист кружится,Всё кажется, и помнится, и мнится,Что осень прошлых лет была не так грустна.

5 января 1900

«Восходишь ты, что строгий день…»

Восходишь ты, что строгий деньПеред задумчивой природой.В твоих чертах ложится теньЛесной неволи и свободы.Твой день и ясен и велик,И озарен каким-то светом,Но в этом свете каждый мигИдут виденья – без ответа.Никто не тронет твой покойИ не нарушит строгой тени.И ты сольешься со звездойВ пути к обители видений.

25 февраля 1900

«Шли мы стезею лазурною…»

Шли мы стезею лазурною,Только расстались давно…В ночь непроглядную, бурнуюВдруг распахнулось окно…Ты ли, виденье неясное?Сердце остыло едва…Чую дыхание страстное,Прежние слышу слова…Ветер уносит стенания,Слезы мешает с дождем…Хочешь обнять на прощание?Прошлое вспомнить вдвоем?Мимо, виденье лазурное!Сердце сжимает тоскойВ ночь непроглядную, бурнуюВетер, да образ былой!

28 февраля 1900

«Разверзлось утреннее око…»

Разверзлось утреннее око,Сиянье льется без конца.Мой дух летит туда, к Востоку,Навстречу помыслам творца.Когда я день молитвой встречуНа светлой утренней черте,-Новорожденному навстречуПойду в духовной чистоте.И после странствия земногоВ лучах вечернего огняДуше легко вернуться сноваК молитве завтрашнего дня.

14 марта 1900

«Я шел во тьме дождливой ночи…»

Я шел во тьме дождливой ночиИ в старом доме, у окна,Узнал задумчивые очиМоей тоски.– В слезах, однаОна смотрела в даль сырую…Я любовался без конца,Как будто молодость былуюУзнал в чертах ее лица.Она взглянула. Сердце сжалось,Огонь погас – и рассвело.Сырое утро застучалосьВ ее забытое стекло.

15 марта 1900

«Сегодня в ночь одной тропою…»

Сегодня в ночь одной тропоюТенями грустными прошлиОпределенные судьбоюДля разных полюсов земли.И разошлись в часы рассвета,И каждый молча сохранялДругому чуждого заветаОтвека розный идеал…В тенях сплетенные случайноС листами чуждые листы –Всё за лучом стремятся тайноПринять привычные черты.

19 марта 1900

«Май жестокий с белыми ночами!..»

Вл. Пясту

Май жестокий с белыми ночами!Вечный стук в ворота: выходи!Голубая дымка за плечами,Неизвестность, гибель впереди!Женщины с безумными очами,С вечно смятой розой на груди!-Пробудись! Пронзи меня мечами,От страстей моих освободи!Хорошо в лугу широком кругомВ хороводе пламенном пройти,Пить вино, смеяться с милым другомИ венки узорные плести,Раздарить цветы чужим подругам,Страстью, грустью, счастьем изойти,-Но достойней за тяжелым плугомВ свежих росах поутру идти!

28 мая 1908

Равенна

Всё, что минутно, всё, что бренно,Похоронила ты в веках.Ты, как младенец, спишь, Равенна,У сонной вечности в руках.Рабы сквозь римские воротаУже не ввозят мозаик.И догорает позолотаВ стенах прохладных базилик.От медленных лобзаний влагиНежнее грубый свод гробниц,Где зеленеют саркофагиСвятых монахов и цариц.Безмолвны гробовые залы,Тенист и хладен их порог,Чтоб черный взор блаженной Галлы,Проснувшись, камня не прожег.Военной брани и обидыЗабыт и стерт кровавый след,Чтобы воскресший глас ПлакидыНе пел страстей протекших лет.Далёко отступило море,И розы оцепили вал,Чтоб спящий в гробе ТеодорихО буре жизни не мечтал.А виноградные пустыни,Дома и люди – всё гроба.Лишь медь торжественной латыниПоет на плитах, как труба.Лишь в пристальном и тихом взореРавеннских девушек, порой,Печаль о невозвратном мореПроходит робкой чередой.Лишь по ночам, склонясь к долинам,Ведя векам грядущим счет,Тень Данта с профилем орлинымО Новой Жизни мне поет.вернуться

7

Предрассветная тоска (лат.)