Другая Грань. Часть 1. Гости Вейтары (СИ) - Шепелев Алексей А. - Страница 100

100

— Вот потому и младший, что оксенец. Старшие граждане — это коренные морриты неблагородного происхождения.

— Ясно.

— Больше ничего не забыл?

Балис пожал плечами.

— Вроде, всё помню.

— Хорошо. Дай-ка свой кинжал на минутку.

Немного удивленный, капитан достал из-под плаща универсальный нож.

— Зачем он тебе?

Кагманец несколько мгновений подержал его, чуть покачивая, на ладони, словно взвешивая, а затем резким движением метнул в белевший в свете костра ствол растущей в нескольких шагах молодой березки. Нож с глухим стуком глубоко вонзился в дерево.

— Примерно таким вот образом, — удовлетворенно сказал Йеми. — Это чтобы ты не волновался: я умею кидать не только волшебные кинжалы.

— А разве я волновался?

— Мне показалось, что да. Во всяком случае, когда ты узнал, что на мои кинжалы наложены заклятья, то выглядел очень разочарованным.

— Да я уж и забыл про это, — честно признался морпех. — Но, вообще это хорошо, что умеешь кидать не только волшебные. А то волшебного может не оказаться под рукой, когда будет нужно.

— Поэтому-то и учился кидать обыкновенные, — усмехнулся Йеми, вытаскивая глубоко засевший в дереве нож.

— Остается только надеяться, что это искусство нам в ближайшее время не понадобится.

— Хотелось бы, — вздохнул кагманец. — Да только что-то слабо в это верится…

Хлюп…

"Сапоги мои того: Пропускают аш два о…"

Если бы сапоги. В Плесков они с Сашкой отправились в местной одежде, той, что мальчишка закупил в городе несколько дней назад. Башмаки, хоть и кожаные, намокли ещё днём, от ходьбы по мокрой траве. А уж ночью, когда большинство встречных луж и бочажин замечаешь только после того, как в них наступил… Хорошо хоть, что ночи здесь теплые. Настолько теплые, что мокрые одежда и обувь кажутся не такими уж и холодными. А то заработаешь воспаление легких — сколько еще времени Наромарту понадобится, чтобы на ноги поставить. Болезни — не раны, их просто так молитвы не лечат, это Гаяускас выяснил у черного эльфа еще в первый вечер, проведенный в приюте у изонистов.

— Огоньки справа.

— Вижу, Саша. Шагом.

Нехорошее дыхание у мальчишки, тяжелое, прерывистое. Надолго в таком темпе его не хватит. Но ведь и пробежали они уже порядочно. Километров около двадцати отмахали. Где же этот город, чтоб ему стоять до конца времен? По всем расчетам вот-вот должен появиться. Ладно, до выхода из рощи, а там, если впереди ничего, то небольшой привальчик. Хорошо хоть дождь, несколько раз начинавший, было, снова мелко моросить, минут через пять иссякал.

— Город? Балис Валдисович, получается пришли?!

Плесков открылся впереди темной громадой на вершине холма. Лишь в некоторых местах зубцы на стене словно подсвечивались изнутри — надо полагать, от факелов, облегчавших свой нелегкий труд караульных.

— Получается, пришли.

— И что мы теперь будем делать?

— Есть и спать. Есть — по желанию, спать — по очереди. Сначала я, потом ты.

— А в город не будем пробираться?

— Подождем утра и войдем через ворота, как и подобает честным торговцам. Смысла никакого ночью через стену лезть нет, трактирщика этого среди ночи, наверное, из пушки будить нужно. Зачем нам привлекать к себе внимание всего квартала? А вот заметить, как мы через стену лезем — могут запросто. Так что, риск явно неоправданный. Поэтому торопиться мы не станем.

Попутно с объяснениями, капитан уже рубил ножом ветки для подстилки. Сашка сбросил с плеч котомку, и привалился спиной к стволу ближайшего дерева.

— Ноги разотри, — посоветовал Балис. — Промок, небось, до колен.

— До ушей, — с готовностью откликнулся мальчишка. Голос немного прерывался, но чувствовалось что казачонок собой доволен: ещё бы, выдержал форсированный марш, не подвел. — Я там в кустарник врезался, а он мокрый весь…

— Плохо, — мрачно заключил морпех. — Сухой-то одежды у нас нет. Простыть недолго.

— Плохо, — всё так же с готовностью подтвердил Сашка. — И растереться-то нечем…

— Возьми у меня в мешке. Что-то вроде полотенца сверху лежит.

— Здорово. А где Вы его взяли?

— У Битого попросил, когда он вещи в дорогу собирал.

— Неужели знали, что понадобится? — изумился мальчишка, оторвавшись от распутывания узла на заплечном мешке отставного капитана.

— А чего тут знать? Погода еще вчера портиться начала. Идти ночью по лесу во время дождя и не намокнуть — это фантастика.

— Что? — очередной раз споткнулся об непонятное слово паренёк.

— Ну, сказка. Небывальщина. Мы почти наверняка должны были промокнуть? Так что, всё просто.

— Всё просто, когда объяснят, — вздохнул Сашка. Достав полотенце, он скинул плащ и рубаху и принялся растираться, пока не почувствовал, как по телу разливается тепло.

— Эх, стог сена бы сейчас, — мечтательно произнес подросток. — Закопался — и спи. А одежда до утра высохнет.

— Нет здесь сена. Наверное, не косят.

— Так трава ещё не подросла, чего косить-то? — в голосе казачонка сквозило искреннее недоумение. Балис, городской житель, о косьбе имел самое отдаленное представление, мальчишке же всё это казалось само собой разумеющимся.

— Понятно. Но как бы то ни было, сена нет, значит, довольствуемся тем, что есть.

Ответа не последовало. Закончив приготовление импровизированной лежанки, Гаяускас присел рядом с парнишкой.

— Вот что, Саша, надо нам определиться. Сам видишь, влипли мы в этом "новом мире" серьезно — серьёзней некуда. Значит, и нам нужно вести себя соответственно, а не "играть в войнушку". Понимаешь?

— Я в войнушку и не играю. Я воевал, — ответил мальчишка, не меняя позы.

— И что, ни разу не влетало за такую вот самодеятельность? — надавить, безусловно, было проще, но зато эффективнее всего было подвести мальчишку к тому, чтобы он сам понял свою ошибку.

— За самодеятельность влетало. Но тут не самодеятельность была, а бой без плана. Я, поначалу такого нагородил…

Сашка помаленьку понимал, что кроме неплохого фехтования, он наделал много глупостей с перемещениями.

— Да уж, за такую подготовку к бою всех нас следовало бы хорошенько пропесочить… Но некому. Значит, самим нужно делать правильные выводы. Во-первых, конечно, прикидывать как, если что, отбиваться станем. А во-вторых, надо привыкать взаимодействовать в бою так, чтобы не мешать друг другу. Понимаешь, о чём я?

— Теперь перед стоянками нужно прикидывать, как быть, если что…

— А также, кроме «как» — «кто» и «где». И давай в дальнейшем по команде "Сгинь!" — Балис легонько улыбнулся, Сашка в темноте этого не заметил, — ложись на землю и наблюдай. И вообще, не торопись в драку ввязываться.

— Это ещё почему?

— Да потому, что противники наши вряд ли тебя сначала будут воспринимать, как серьёзную боевую единицу. Для них ты — мальчишка, с которым можно разобраться одной затрещиной. Внимания они тебе уделять не станут. И вот тем, что они так заблуждаются, и надо воспользоваться в полной мере. Сначала оцени обстановку, разберись, что к чему, а потом действуй там, где ты больше всего нужен. Тебя ведь наверняка учили, что пока ты не вступил в бой — видишь всю картину. А когда начал сражаться с конкретным противником, видишь уже только его. По сторонам засматриваться времени уже нет.

— Ясно.

— Вот и хорошо, что ясно.

— Скажите, а Вы Серёжке — кто? — неожиданно спросил мальчишка.

Балис ответил не сразу: простой, вроде, вопрос неожиданно поставил его в тупик.

— Никто. У него вообще никого нет. Родителей у него убили, он вот прибежал на передовую, воевать… Пытался я его прогнать, да, вот, не успел…

— Прогнать?

— Конечно. Нечего детям на войне делать.

— Ага, сейчас ещё скажете, что его дело — сидеть где-нибудь в тылу, да расти для мирной жизни.

Сашкин тон Балису не понравился.

— Конечно, скажу. Угадал?

— Чего тут угадывать. Слышал я уже это…