Курортный роман - Радфорд Эмма - Страница 11

– Так вот откуда у тебя деловая хватка.

– Да нет, скорее всего знания, а не хватка, – вдруг как-то посерьезнев, возразил Мартин. – Просто точный расчет и без всякого риска.

– А как же азарт? – вставила Николь. – Наверное, твой отец…

– Отец? Ну что ты, он не способен на такие подвиги. Вот мой дед по материнской линии… – Теплая улыбка тронула его губы, и Николь поняла, что он боготворит деда. – Это был, пожалуй, единственный раз, когда мой отец попал впросак, не сумев заранее распознать своего нового родственника. Моя мать полностью, по всем параметрам подходила ему – красивая, образованная, с отменным воспитанием и прекрасными манерами, но ее отец, его звали Чарлз, оказался воплощением всего того, к чему тот относился с полным отвращением. Чарлз был заядлым игроком, который ко всему прочему еще и с потрясающей легкостью субсидировал проигрывавших. Деньги текли рекой, и, даже когда он выигрывал, они тотчас куда-то исчезали.

– Он еще жив? – спросила Николь, заинтригованная новой стороной жизни своего спутника.

Мартин кивнул все с той же улыбкой.

– Еще как! И даже в свои восемьдесят три оставляет основную часть пенсии у букмекеров. У нас уже появилась традиция: день рождения деда отмечать в Аскоте – там я целую неделю оплачиваю его ставки.

Голос и глаза Мартина светились такой безмерной теплотой и добротой, что Николь, как бы подпав под их воздействие, стала согреваться, и лед недоверия в ее душе стал медленно превращаться в какую-то иную, еще непонятную субстанцию. Она увидела Мартина другими глазами и на миг, забыв обо всем, почувствовала огромный прилив нежности к нему.

– Мы совсем не знаем друг друга, да? В прошлый раз нам было не до этого. – Голос Мартина эхом ворвался в ее раздумья, и ей почему-то вдруг показалось, что он тоже находятся во власти воспоминаний.

– Да, ты прав, – отсутствующе, еле слышно согласилась она, захлестнутая волной былого. Перед ней снова всплыла картина их знакомства.

…Если бы только она прислушалась к своему внутреннему голосу, взывавшему к разуму! Ведь при первом же взгляде на него у нее появилось смутное предчувствие беды – этот человек не принесет ничего, кроме новой нестерпимой боли и опустошения. Но сила его обаяния была настолько велика, что он, словно магнитом, притягивал ее. И она, будто заговоренная, поддавшись искушению, невольно потянулась к нему, подобно мотыльку, который летит к свету, рискуя сгореть…

Испугавшись нового зарождающегося чувства и решив не испытывать дальше судьбу, Николь прыгнула в воду остудить внезапно возникший жар в груди. Интенсивно работая руками и ногами, она несколько раз проплыла бассейн туда и обратно и, утомившись, встала отдышаться. А тем временем Мартин неожиданно вынырнул у нее из-за спины.

– Ну, и что вы хотели этим сказать? – протянул он с легкой иронией.

– Ничего! – в сердцах огрызнулась Николь и, откинув со лба волосы, с силой замотала головой, окатив его градом брызг. Ее резкие движения повлекли за собой волну, которая не замедлила плеснуться ей в лицо. От неожиданности Николь оступилась и забарахталась, пытаясь восстановить равновесие.

– Осторожно…

Не успела вода накрыть ее с головой, как он подхватил девушку и… О, это уже слишком – нестерпимая жара, палящее солнце, а теперь еще и… охватившее ее физическое возбуждение, готовое поглотить с головой. Да-да, кошмар! Едва он прикоснулся к ней, как у нее все всколыхнулось внутри. Час от часу не легче! С Дэвидом все было проще и спокойней, впрочем, с ним вообще не возникало таких проблем. Но этот парень не Дэвид – в нем чувствуется какая-то необъяснимая сила и гипертрофированное мужское начало… и он так близко…

– Отпустите меня! – воскликнула Николь. – Мне ничего от вас не надо! Я…

Николь не договорила, увидев его невозмутимое лицо с несколько ленивой улыбкой, как у охотника, уверенного в исходе схватки.

– Советую вам, моя дорогая мисс, не торопиться с выводами и выслушать меня. Может, не все так страшно? – осадил он ее, но из рук так и не выпустил.

– П-прошу прощения, – заикаясь, выдавила она, внезапно ощутив себя совершенно бессильной перед ним. Куда делись ее вечные спутники – самоуверенность и высокомерие? – Я… мне показалось…

– Вы, видимо, неправильно истолковали мои намерения, – не дослушав, возразил Мартин.

– Что ж, возможно.

Теперь улыбка охотника сменилась торжествующей усмешкой.

– А вот я-то вас отлично понял…

Она почувствовала его прерывистое, тяжелое дыхание. Он откинулся и долгим взглядом посмотрел на нее.

– …Смысл вашего щебета…

Мартин еще крепче сжал ее за плечи и привлек к себе. Николь инстинктивно напряглась в попытке воспротивиться, хотя все внутри нее взывало об обратном, ибо его действия повлекли за собой новую волну возбуждения.

– Поцелуй меня.

Его просьба прозвучала с такой нежностью, что Николь, подняв на него затуманенные глаза, поняла: он не требует, а лишь произносит вслух ее сокровенное, тайное желание. В мгновение ока она пришла в себя.

– Нет, я…

Но он не дал ей закончить.

– Поцелуй меня, – повторил он уже с несколько иной интонацией. Его голос стал глухим, порочно-возбуждающим, еще больше разжигая в ней огонь желания. Теперь это был приказ. Не дожидаясь, он склонился и прильнул к ее губам.

Ей уже не хотелось сопротивляться. Словно сбросив оковы целомудрия, она потянулась к нему, как цветок к солнцу, и губы сами раскрылись ему навстречу. Они слились в жарком, упоительном поцелуе, и все вокруг – бассейн, столы, стулья, легкий шелест ветерка – стало постепенно исчезать, словно в густом тумане. Солнце палило, обжигая ей спину, а волны, как бы наперекор, зализывали ожоги, еще более обостряя ощущения.

Николь просто не узнавала себя. Казалось, в этот момент произошло таинство, для которого она была рождена и ждала с минуты появления на свет. В ней как бы взорвалась мина замедленного действия, пробудив так долго дремавшую чувственность. Внезапно она ощутила дикую слабость в ногах и, боясь утонуть, повисла на мощных плечах своего искусителя.

Холодная вода, случайно попавшая на ее разгоряченное лицо, подействовала на нее отрезвляюще. Моментально придя в себя, она обнаружила, что их незаметно снесло на глубину, где даже Мартин не доставал до дна. Николь в испуге взвизгнула и попыталась увернуться от него, но он лишь крепче прижал ее и, не выпуская из объятий, подплыл с ней к краю бассейна и на руках вынес из воды. Им обоим не хватало воздуха. Они стояли и, тяжело дыша, зачарованно смотрели друг на друга.

– Что за черт? Ты кто такая? – спросил Мартин, переведя дыхание, хотя голос выдавал его возбуждение.

Конечно, дело не в имени, которое, впрочем, для него уже с некоторых пор не являлось секретом, он, видимо, не меньше нее был сбит с толку происходящим и, скорее всего, решил искать причину в ней.

– Не знаю… – честно призналась Николь, сама не понимая себя.

А ведь всего несколько месяцев назад у нее не возникало ни малейшего сомнения насчет будущего, не говоря уже о настоящем. У нее была неплохая работа, квартира, родные, друзья… и еще Дэвид. Все казалось очень здравым и полностью соответствовало логике, не то что у Мэг с ее безумным романом и заявлением о переезде и замужестве. И другого от Николь никто и не ожидал.

Но потом Дэвид сделал ей предложение, и мир словно перевернулся. С этого времени она уже как бы перестала принадлежать себе, почувствовала какую-то внутреннюю надломленность, потеряла вкус к жизни, и ее будущее теперь уже не виделось таким определенным и безоблачным. Единственное, что Николь твердо решила, так это держаться подальше от мужчин. И надо же было именно в такой момент появиться этому Мартину Спенсеру. Боже, неужели мало бед свалилось на ее голову?

– А что такое? – немного помолчав, смущенно спросила она.

– Сам не пойму. – Мартин ошеломленно покачал головой. – Судьба? Рок? Как хочешь называй, но со мной такого еще не случалось. Моя жизнь меня вполне устраивала, я даже считал себя счастливчиком, но это… это как удар молнии.