Йога. Искусство коммуникации - Бойко Виктор Сергеевич - Страница 178

Вернёмся к типовому случаю визуальной отработки вытесненного материала, которая, как и чисто кинестезический вариант контакта, может сопровождаться и другими проявлениями — например образы окажутся говорящими. Либо одновременно с потоком событий на экране ума в сознании возникнет текст, провоцирующий вас на ответную реакцию. Вас начнут о чём-то спрашивать, читать нотации, давать советы, быть может, всячески ругать и поносить.

Если вы хотя бы однажды мысленно ответите голосу, то считайте, что попали «на иглу» — от него уже не отвязаться, он станет неистребимой слуховой галлюцинацией. Это аналогично сюжету с гоголевским Вием, с той лишь разницей, что если ты обратил внимание на то, что — в любом виде! — стучится изнутри, тогда оно обратит внимание на тебя, и когда ваши взгляды «встретятся», расцепить это замыкание будет уже очень сложно.

Итак, что же именно можно увидеть и (или) почувствовать, когда возникнет подлинная коммуникация бессознательного с сознанием?

Это может быть что угодно, например боль, когда травматическая энергия вытесненного материала сбрасывается через ощущения. Боль может быть локальной, мигрирующей, общей, в виде мышечных судорог, сопровождаемых бешеной игрой вазомоторики. При этом в редких случаях могут возникать самопроизвольные движения тела, напоминающие некий сложный танец при сумеречном состоянии сознания.

Как ни странно, если полная релаксация является непременным условием погружения в медитативное состояние, то затем, при работе с «горячим» материалом, она непременно столкнётся с тенденцией к нарушению, поскольку могут и должны появиться любые напряжения и ощущения, это — правильный ход событий. Всё, что в этом случае необходимо — полная отстранённость, невмешательство, отсутствие каких-либо реакций.

Вначале это кажется очень трудным, вместе со страхом может возникнуть острый дискомфорт, напряжение «под ложечкой», общая мышечная контрактура и так далее, но сохраняя отрешённость, с выработанной заранее установкой на то, что всё это сродни вскрытию абсцесса и надо просто потерпеть, вы научитесь стойко переносить этот специфический, не слишком приятный процесс

И через какое-то время, отгримасничавшись, этот монстр внутренних перенапряжений испарится, как рухнувший в кипящий металл Терминатор. С момента исчезновения в медитации негативных проявлений личность приобретает новую целостность, а жизнь иное качество — это первая стадия уравновешения и успешного контакта с глубинами собственной психики.

Итак, то, с чем мы имеем дело когда стадия дхьяны в технике ЧД реализуется, оно может быть любым образом, ощущением, переживанием или ещё чем-нибудь, чему нельзя подобрать никакого названия.

Необходимо лишь пассивно переживать процесс в том виде, в котором это вам дано, оставаясь неподвижным, расслабленным, отрешённым — и ничего больше. В процессе медитации запрещается текущий анализ и попытки понимать переживаемое! Что бы не происходило, вы должны оставаться бесстрастным свидетелем, и только. Если медитация сопряжена с визуализацией, то правильным будет смотреть на весь экран ума в целом, ни в коем случае не фокусируя восприятие на каком-либо его участке, отдельном образе, ощущении или эмоции. Следует дать произойти тому, что должно случиться в этом процессе. Подготавливаясь к любой медитативной практике или завершая её, помните, что вы намеренно изменили на какое-то время параметры сознания, дав возможность бессознательному проявить себя. Включился естественный процесс психической саморегуляции, уравновешения сознания и личного бессознательного, которые ранее никогда не вступали в непосредственный контакт друг с другом. И единственное, чем можно способствовать естественному и эффективному протеканию этого процесса — ему не мешать.

Всё, что теоретически способна предпринять личность в такой ситуации, заранее будет неверным, потому что любая волевая попытка вмешательства автоматически повышает напряжённость изменённого посредством тотальной релаксации бодрствующего сознания до стандартного уровня, тем самым отбирая у бессознательного потребную для коммуникации энергию.

Что бы не переживалось в процессах медитации, если делать всё как надо, никакой опасности нет. Если возникающий страх непреодолим, значит, вам просто нельзя заниматься медитацией, необходимо сначала какими-то другими методами снизить уровень внутреннего напряжения. Это достигается упорядочиванием жизни, регулярной практикой Хатха-йоги и систематическим глубоким расслаблением.

Если «видения», ощущения, эмоции в сегодняшнем медитативном «сеансе» иссякают сами по себе, состояние начало терять устойчивость, значит, процесс исчерпан, и не следует пытаться продлить его. Если переживания или ощущения стали нестерпимыми, следует глубоко, медленно вдохнуть и выдохнуть и, сохраняя неподвижность тела, без паники, медленно открыть глаза.

В редких случаях при медитативной отработке внутренних напряжений возникают непроизвольные движения рук или всего тела, этого бояться не нужно.

С успешным началом и развитием внутренней коммуникации резко меняется характер сновидений и общее эмоциональное состояние, восприятие окружающей действительности, в которой иногда начинают происходить странные вещи (описанные в главе «Необычные способности»), но пугаться этого также не нужно.

Для сравнения можно отметить, что тот же самый эффект, который обеспечивается индивидуальной реализацией медитативных психотехник в йоге, Юнг решает следующими способами:

— свободное фантазирование, для чего нужны систематические упражнения по созданию мыслительного вакуума в сознании;

— систематическая запись снов или фантазий;

— спонтанное рисование;

— восприятие внутреннего голоса;

— спонтанные движения тела;

— метод свободных ассоциаций (который ведёт своё начало от Фрейда);

— индивидуальная работа аналитика с пациентом в рамках личностного процесса индивидуации.

Безусловно, метод аналитической психологии — гениальное достижение, но нельзя не отметить один из его изъянов: сам Юнг был первым и скорее всего единственным, кто был способен использовать своё детище со стопроцентной эффективностью.

Второй печальный недостаток концепции возник уже после смерти основателя, когда его ученики объявили аналитическую психологию не более и не менее, как очередным единственным путём всеобщего спасения.

Большая неудача, что Юнг не был в достаточной степени знаком с практической йогой, впрочем, он сам открыто признавался в этом — единственный из представителей научного мира нашей эпохи. Если бы его знания соединить с опытом йоги... К сожалению, они не совпали во времени, и, может быть, это большая потеря.

После того, как медитация ЧД что называется пошла, можно сократить или вовсе исключить предварительные её этапы. Чаще бывает так, что из общих подготовительных действий каждый оставляет то, что помогает именно ему войти кратчайшим путём в искомое состояние.

Никогда не следует забывать: главное — сохранение и удержание полной релаксации тела и ума! Без этого никогда не удастся получить коммуникацию с бессознательным. Поэтому тем, кто некачественно расслабляется, пробовать себя в любых разновидностях медитативной практики — пустая трата времени.

Считается, что в любых формах медитации всегда следует сохранять полную осознанность. Если вы теряете себя, впадаете в остолбенение, забываетесь — это не медитация, которая подразумевает контакт сознания со своей основой, являясь по сути дела процессом восприятия информации. Невзирая на всю опустошённость сознания, на понижение его энергетики (что активизирует бессознательное), какая-то часть Эго, какой-то его процент всегда остаётся в виде некоего регистрирующего и «сторожевого пункта». Если имеешь дело с обратной связью, отсутствовать или засыпать не имеет смысла.

Приведу два опасных, но достаточно типовых варианта развития событий, когда отрицательные содержания могут проявиться на экране ума в позитивной форме либо фабрикуются самим сознанием в виде своеобразной подделки искомого процесса. Для этого обратимся к созерцательной практике древнего христианства, которая использовалась в исихазме («исихия» — значит покой, безмолвие — по смыслу это схоже с йоговской практикой «антара моуны»).