Другие правила - Большаков Валерий Петрович - Страница 81

– Вот гадство… – прогудел Гирин.

– Стоп! – поднял руку Ковальский. – Ульмотроны, ульмотроны… Это такие круглые, на бочки похожие?

– Да, да!

– Да их штук сто лежит на ДТ-комбинате! Только не наверху, где завод-автомат, а внизу, в выработках. Там технологический модуль есть, вот там.

– Едрить твою семь-восемь! – с чувством выразился Колманов. – Да там же пурпуров полно теперь! Производственная Группа налаживает выпуск термоядерного горючего! Ну, вчера еще Антон докладывал – и транспортер они там отлаживают, и всю технологическую схему!

– Я помню, – сказал Жилин. – Так… Готовьтесь тогда. Надо будет наведаться на ДТ и ульмотроны… того… изъять.

– Правильно! – пробасил Гирин. – Наотступались уже! Пора и по тылам пошурудить!

– Пойдут Гоша, Лева, я, – перечислял Жилин, – ты, Макс…

– …и я! – донесся от входа голос Яэль.

– Не женское это дело… – загудел Гирин.

Яэль яростно зыркнула на него.

– Между прочим, – сказала она, – я не только Иерусалимский универ заканчивала, а еще и в Патруле Израиля целый год служила! И с лычками сержанта демобилизовалась!

– …И Яэль, – спокойно договорил Жилин. – Отбой!

Глава 31

«БОЛЬШОЙ СЫРТ», ДТ-КОМБИНАТ

– Выдвигаемся через пятнадцать минут, – сказал Жилин. – Время пошло.

Ковальский покивал согласно и увел Черняка за собой – готовить краулеры.

– А я?! – вскочил Гупта.

– А ты сиди и помалкивай! – грозно пискнула Ленусик. Она положила Виджаю на плечи свои тонкие ручки, и тот покорно сел.

– Тебе надо готовиться, – очень серьезно сказал Жилин. – Тебе и Моргану. Не диверсанты выиграют эту войну, а вы – метеотехники.

– По другим правилам… – уныло, но с пробившейся гордостью проговорил Гупта и ладонью подтер нос.

– Где твой платочек?! – гневно осведомилась Лена, и Виджай вобрал голову в плечи, жмурясь и «прижимая уши», как нашкодивший кот.

Марина подошла к Жилину и прижалась.

– Ты уверен, что делаешь все как надо? – тихо спросила она и принялась разглаживать комбинезон на широкой груди Глеба. Жилин улыбнулся и обнял ее.

– Уверен.

– Там ведь и убить могут… – насупилась Марина.

– Это вряд ли, – коротко сказал Жилин.

– Я смотрю, тебя это будто и не волнует…

– Конечно. У меня же есть своя пушка.

Марина положила голову ему на грудь и вздохнула.

– Маришечка, – сказал Глеб, – не бойся. Я не один, и ребята со мной. И киберов целый взвод… Надо же когда-нибудь и сдачи дать этим… пронумерованным. Я ничего такого не хочу, только чтобы База снова стала нормальным научным городком, чтобы можно было ездить туда в гости и ничего не бояться. Разве плохо? Марик?

– Хорошо, наверное…

Марик уткнулась в грудь Жилину и крепко прижалась. Марику было страшно…

Если бы кто-нибудь спросил Яэль, зачем она так рвалась в рейд, сержант Шимшони вряд ли бы ответила. Просто возникло в ней мучительное желание что-то сделать, сотворить, одержать хоть маленькую победу над пурпурной нежитью. Можете называть это блажью…

Яэль ехала третьей после Соловейчика и Жилина. За нею поспешали Гоша Черняк и Бранкевич, а Гирин замыкал кавалькаду. Впереди, метрах в пятидесяти, маячили серебристые фигурки киберразведчиков, похожих на пауков, только симпатичных, шестилапых и четырехглазых. На их спинах были выведены цифры – от единицы до шестерки. Пауки шли зигзагами, временами останавливаясь и активно шевеля манипуляторами.

Жилин потихонечку, чтобы зря не поднимать пыль, повел отряд в объезд дыбящейся мезы – на восток, к ДТ-комбинату. Левее, за мальпаисом, громоздились циклопические постройки климатической станции – главного «орудия возмездия». Но там еще ничего не было готово. Скорее бы… Нетерпение порой достигало уровня болезненного, лишая сна и отдыха. И еще роились в голове опасения – вдруг догадаются пурпуры и захватят климатизаторы?! И что тогда делать?..

Яэль чуть свернула, чтобы выехать из облака пыли. Краулер ей достался новенький, переливающийся яркой пластмассой, блестящий хрусталиками прожекторов… Вернее, это он раньше, еще в шлюзах шахты, блестел и переливался. Теперь же и низкие борта, и сиденья, и багажник обтягивала «хамелеонка», уже порядком запылившаяся.

Яэль слышала только свое дыхание и скрипучий шорох походного комбинезона. Потом она припомнила, что нужно было еще сделать. И скомандовала микрокомпьютеру, запрятанному где-то в тяжелом шлеме:

– Звук.

По ушам ударили скрип, дребезг, вой моторов.

– Тише!

– Тише, тише, тише… – звук начал таять.

– Достаточно.

Острое чувство опасности и незащищенности попритухло, Яэль успокоилась и вернулась мыслями к главному предмету своих волнений. К мужчине, заставлявшему ее плакать.

Антон ей сразу понравился, еще тогда, на планетолете, хоть и был слишком робок и неуверен. И он в нее влюбился. А она влюбилась в Жилина, такого сильного, такого надежного… И без ответа. Каменная стена… Пострадала она, пострадала и заметила вдруг, что баланс-то меняется. Антон все мужал, уверенней становился, процентный состав мужественности все рос в нем да рос. И однажды она сама сказала, что «горячее сердце обязательно зажжет другое». Где только она такое вычитала…

Яэль включила автоводитель и потащила из «седельной» кобуры увесистый дезинтегратор «перун», подхватила сей агрегат под рубчатое цевье, дважды проверила – не сброшен ли предохранитель. «Перун» – старье, тяжелый он и неудобный, но надежный. Будет стрелять, пока не расплавится.

– Режим нацеливания? – вкрадчиво спросил комп.

– Давай!

Лицевая пластина шлема мигнула и словно раздвинулась. Тонкие линии прицела хищно ловили в перекрестье то краулер, то скачущего «паука». Яэль навела лучемет на столбчатый камень и мягко включила оружие.

– Цель поражена непрерывным разрядом, – прокомментировал компьютер. – Резерв – 2,5 секунды. Рекомендую перевести регулятор на импульсный режим.

Вот балда! Сержант, называется… Яэль нашарила на лучемете ползунок регулятора и сдвинула его на «имп.» Так ведь и батарею посадить можно, стрелок…

– А ты и вправду знаешь, с какой стороны дуло у деза, – послышался ехидный голос Гирина.

– А то! – буркнула Яэль. – Не абы как…

По наметам слежавшегося черного песка отряд выбрался на бугристое лавовое поле – мальпаис. Гиблое место. Черная, словно обугленная, масса искореженных скал горбилась, задиралась высокой слоистой кручей. Громадные растрескавшиеся и пузырчатые глыбы выпирали из серых наплывов лавы, раздвигая их толстые, грубые складки, открывая потаенные ходы с неровными, волнистыми стенами. С трудом верилось, что по ним когда-то текла раскаленная магма… Теперь же из вечной тени самородных туннелей тянуло холодом.

Прошло минут двадцать. «Пауки» то сходились, то расходились. Пронумерованные «единицей» и «двойкой» на ходу вытягивали из-под панциря свои механические лапы; «тройка» и «четверка» перебегали, мигом вскарабкивались на скальные обломки, спрыгивали и мчались дальше; «пятерка» и «шестерка» держались около робота-матки, словно телохранители.

Сразу за нагромождением белых глыб пемзы открылась безбрежная каменная россыпь, словно разросшийся сад камней, истыканный скалами. К Кордильерам Изиды каменистая пустынь задиралась и шла мелкими, крутыми уступами, напоминая ступени эскалатора, перетекающие из ровности пола на подъем. Сразу за заводом-автоматом матово поблескивал огромный купол входного кессона ДТ-комбината. Вокруг и около расхаживали два многоруких урма.

– Определение цели, – зачастил компьютер. – Противник идентифицирован как боевой кибер модели «Голем», тип УРМ, количество – две единицы…

– Точно киберы? – вырвалось у Яэли.

Комп будто поперхнулся:

– Степень идентификации – сто процентов.

– Режим нацеливания!

Строй краулеров раскололся. «Пауки» вытянулись в цепочку и вдруг разбежались в разные стороны. Робот-матка, плоская машина на мягких гусеницах, похожая на киберпастуха, юркнул за кучу песка и притворился камнем.