Игра киллера - Бонансинга Джей - Страница 51

Еще пара фар?

Повернувшись к линии деревьев, Джо попытался бежать, но ноги отказывались повиноваться. Оба колена подкосились. Рухнули, как пара гнилых спичек. И Джо упал на землю, распластавшись лицом вниз. Насекомые уже кишели всюду, колышущийся ураган конфетти, густой, как сирокко, пахнущий кордитом и гниющей мешковиной и смертью, и ураганом гудели колеса увязающего в земле «кадиллака», и Джо полз сквозь грязь изо всех сил, и в голове вертелась фраза из Апокалипсиса: «И из дыма вышла саранча на землю, и дана была ей власть, какую имеют земные скорпионы».

Потом Джо увидел чудо другого рода.

«Кадиллак» закопался в грязь у него за спиной и теперь полз прямо на Джо. Годзилла с металлическими лапами и горящими галогеновыми глазами. Из окна вывесился толстяк, нацеливаясь разнести Джо в клочья. Пятьдесят ярдов. Тридцать. Двадцать. Но что-то происходило позади «кадиллака» в ста ярдах, что-то вынырнуло из мрака. Сначала неясно, потом резко вырастая, как два огромных желтых световых круга.

Другая машина?

Джо заставил себя встать, используя как подпорку окаменевший пень, протер глаза и вгляделся в сияние фар «кадиллака». По спине прошел холодок. Джо глядел в глаза смерти, и ему плевать было на это. Он улыбнулся, будто имел на это право, и поднял руку, несмотря на то что это потребовало собрать остаток сил. И тут, зная, что уже подъезжает вторая пара фар, Джо сделал то, что хотел сделать с того самого момента, как запустил эту сволочную Игру.

Он показал этим гадам средний палец[26].

Столкновение произошло почти в ту же секунду.

От удара сработала воздушная подушка безопасности, охватив Мэйзи виниловой поверхностью.

Грохот был неимоверный – резкий скрежет металла наполнил облака насекомых звездами брызнувшего стекла и осколков, казалось, что воздушная подушка всосет голову Мэйзи в приборную доску, потом ее отбросило назад, как тряпичную куклу, когда «ниссан» закрутился волчком по соевому полю, и, казалось, все в салоне потеряло вес.

Наконец тормоза схватились, и машина остановилась, проехав юзом еще полсотни футов.

Мэйзи с трудом выглянула из-за воздушной подушки, восхищаясь собственной быстрой реакцией. Как легко она приняла решение преследовать киллеров на соевом поле! И как естественно оказалось потом в них врезаться! Теперь Мэйзи знала свое предназначение.

Она видела вблизи водительскую дверь «кадиллака», смятую, как консервная банка, оцепенелого чернокожего водителя за рулем. Жирный мужик с пистолетом тряс головой, как оглушенный медведь.

– ДЖОУИИИИИ!

Голос Мэйзи напрягся до предела.

На той стороне поля из тумана насекомых возникла, как призрак, тень человека.

Мэйзи ударила по педали газа, машина внезапно выдернулась из грязи, двигатель застрелял. Воздушная подушка все еще торчала перед лицом Мэйзи, и она судорожно пыталась удержать руль за подушкой, но этот гадский винил был повсюду, и Мэйзи еле-еле могла вцепиться в руль одной рукой, и вокруг клубились грязь и щепки и насекомые, задние колеса вгрызались в грязь, толкая ее к тени, что стояла на том конце поля, размахивая руками.

– ДЖО!

Мэйзи ударила по тормозам, проскочив футов десять, машина остановилась с визгом, и Мэйзи едва успела выбить ногой пассажирскую дверь, как снова началась стрельба, и всерьез. Первая очередь прошила заднее стекло, и звук был такой, будто электрические лампочки лопаются, высоковольтные искры вспарывают обивку и жгут металлическую стружку, и Мэйзи пригнулась. Джо уже наполовину влез.

– ВПЕРЕД! БЫСТРО!

Мэйзи вдавила газ в пол.

Машина завиляла, взрывая грязь, и рванулась вперед как ракета.

Джо ввалился внутрь, взлетели прицепившиеся к его одежде цикады, дверь поддала ему под зад, руки его вцепились в сиденье.

– Ты ранен? – крикнула ему Мэйзи сквозь грохот, хватая его за одежду и вдергивая внутрь.

– Нет... нет... по крайней мере не заметил.

Джо судорожно дышал, вцепившись в дверь и пытаясь ее закрыть. Наконец он ее захлопнул и упал на спинку сиденья. Стряхивая с себя насекомых, он показал через ветровое стекло:

– Ищи дорогу из этой чертовой зелени!

Мэйзи сидела пригнувшись, выглядывая поверх уже сдутой воздушной подушки, бешено водя глазами по полю в поисках выезда. С одной стороны от нее мелькали деревья, с другой – темнота и заросли сои, и машина дрожала, будто собиралась развалиться на миллион кусочков. Мэйзи щурилась в темноту и пыталась понять топографию местности.

Поле тянулось далеко на юг, его пологие холмы следовали рисунку русла реки. Мэйзи видела просвет в стене деревьев примерно в трехстах ярдах может быть, въездная дорога – и направилась туда. Она слышала тяжелый хруст колес «кадиллака» позади, и в мозгу у нее бушевала бешеная, чудесная ярость, песнь адреналина.

Теперь она жила как в опере Пуччини.

– Я вижу дорогу! – завопила Мэйзи и наддала к дальней прогалине.

«Ниссан» стал стонать и жаловаться, капот его яростно трясся, море стеблей неслось в свете фар, резкий металлический стук доносился снизу. Земля стала каменистой и неровной, руль начал вырываться, но руки Мэйзи прикипели к баранке, воздушная подушка лежала на коленях издохшим зверем, и музыка в голове взлетала ураганом струн, аллегро форте, величественно, безумно, красиво. Мэйзи погрузилась в эту музыку, каждая частичка ее существа резонировала взлетающим звукам виолончелей – она видела возникший в свете фар выезд с поля.

– Жми туда, лапонька! – заорал Джо, вглядываясь в заднее стекло, желтые блики света плясали по его лицу. – Плохие парни у нас на хвосте!

Мэйзи прижала педаль к полу, машина взревела, и в несколько секунд достигла прогалины. Мэйзи резко дернула руль вправо, машина опять пошла юзом, корма пропахала длинный след в сбитых листьях, дождь гравия обрушился на ветровое стекло, зазвенели по металлу камешки. Мэйзи вывернула руль прямо, и наконец-то задние колеса вылетели на что-то твердое.

– Давай, детка, ДАВАЙ!

Голос Джо резким звоном тарелок звучал у нее в голове.

Машина перевалила бордюр и приземлилась на ровный шероховатый асфальт.

С глиссирующими колесами и воющим двигателем «ниссан» пересек широкое пространство мостовой в шуме и громе выхлопа. Мэйзи отчаянно заморгала. Перед ней открылась автостоянка, блестящая под дождем, как черный ледник, окруженный дизельными заправщиками, забытыми машинами, заржавевшими раздетыми комбайнами и мигающими сквозь туман усиливающегося шторма натриевыми фонарями. Мэйзи увидела дорогу; выезд на нее загораживал шлагбаум, и ее черная лента уводила прочь от стоянки в темень низин.

– Держись! – крикнула Мэйзи, и Джо вцепился в приборную панель.

«Ниссан» пулей полетел к выезду. Ударив в шлагбаум, машина скользнула в сторону, рассыпая искры и жалобный визг металла, и вырвалась на свободу. Мэйзи ощутила, как машина завиляла, угрожая снова пойти юзом, но Мэйзи вдавила педаль в пол и сумела удержать колеса прямо. Секунда – и «ниссан» на полном газу несся по дороге, оставив позади темные поля.

– О Господи!.. вышло!

Мэйзи глядела в треснутое зеркало заднего вида, оглядывая пустую мокрую дорогу позади. «Кадиллака» не видно. Повернувшись к Джо, она увидела, что он истекает потом, явно страдая от боли. Штанина оранжевых тюремных брюк пропиталась кровью.

– Джо, аптечка под сиденьем, можешь перевязать рану.

– Не волнуйся за меня детка, я ведь только за тебя волнуюсь.

– Я в порядке, – сказала она и улыбнулась. – Мы в порядке.

– Не могу поверить, что ты сделала такое – подвергла себя такому риску.

– У меня слабость к ирландцам, – ответила она и пожала плечами, отключая фары просто осторожности ради, и они ехали несколько секунд сквозь темный дождь, пытаясь овладеть собой.

– Ты уверена, что чувствуешь себя нормально? – снова спросил Джо.

26

Оскорбительный жест.