Красный шторм поднимается - Бонд Ларри - Страница 85

конвергенции. Тогда речь может идти о расстоянии от девятнадцати до двадцати трех миль… — Зона конвергенции представляет собой физическую загадку. Звук в воде распространяется во всех направлениях. Шум, направленный вниз, постепенно превращается под воздействием температуры воды и ее давления в серию кривых, поднимающихся к поверхности и затем снова изгибающихся вниз. Тогда как фрегат может слышать шум с расстояния примерно в четырнадцать морских миль, зона конвергенции представляет собой нечто в форме кольца: водное пространство между двумя концентрическими кругами, имеющее форму бублика, где ближайший круг начинается на расстоянии девятнадцати миль и заканчивается в двадцати трех милях. Расстояние до субмарины было неизвестно, но, скорее всего, меньше двадцати трех миль. Это было уже слишком близко. Подводная лодка могла атаковать фрегат или охраняемый им конвой торпедами или ракетами из подводного положения — техника, впервые использованная Советами.

— Можете что-нибудь порекомендовать, господа? — спросил Моррис.

Первым заговорил офицер, руководивший тактическими действиями:

— Давайте поднимем вертолет для обзора вблизи и направим «Орион» для наблюдения за дальним районом.

— Разумное предложение, — согласился офицер противолодочной обороны.

Не прошло и пяти минут, как в воздух поднялся вертолет, обычно находившийся на палубе фрегата, и, отлетев на пять миль от корабля, начал сбрасывать акустические буи типа «лофар». Опускаясь в воду, эти миниатюрные пассивные акустические приборы выпускали вниз, на заранее рассчитанную глубину всенаправленные акустические датчики. В данном случае датчики опускались на глубину выше слоя термоклина, чтоб№ определить, не находится ли цель близко к фрегату. Полученные от них центром управления боевыми действиями «Фарриса» данные свидетельствовали об отсутствии какой-либо информации. Тем не менее пассивный гидролокатор все еще указывал на вероятное присутствие субмарины или чего-то, издающего похожие звуки. Вертолет продолжал удаляться от фрегата, сбрасывая по пути акустические буи.

Затем показался «Орион», «Блюберд-3». Четырехмоторный самолет промчался над кораблем по указанному ему пеленгу, направленному на цель. На его борту находилось более пятидесяти акустических буев, и скоро он принялся сбрасывать их на глубину над и под термоклином.

— Слышу слабый сигнал от номера шесть и сигнал средней силы от номера пять, — доложил акустик. В его голосе звучало волнение.

— Точно, подтверждаю эти данные, — послышался голос офицера с «Блюберда-3». У него был шестилетний опыт поисков подводных лодок, но и его взволновала полученная информация. — Сейчас начнем прочесывать район с помощью ДМА, детектора магнитных аномалий.

— Хотите, чтобы наш вертолет обеспечил поддержку?

— Да, только передайте ему, чтобы летал на малой высоте. Через несколько секунд вертолет фрегата SH-2F «Си Спрайт» устремился на север. Его детектор магнитных аномалий висел на кабеле, выпущенном из кожуха на правом борту. Он представлял собой по сути дела исключительно чувствительный магнитометр, способный заметить изменение в магнитном поле Земли, являющееся результатом присутствия значительной массы железа — вроде стального корпуса подводной лодки.

— Сигнал от буя номер шесть достиг средней силы, то же самое и на буе номер семь. — Прокладчики нанесли данные на планшет и сделали вывод, что субмарина направляется на юг.

— Могу сообщить предварительные сведения, — повернулся офицер ПЛО к координатору тактических действий. — Расстояние от сорока двух до сорока пяти тысяч ярдов, пеленг от трехсот сорока до трехсот тридцати шести. — С фрегата немедленно передали эти данные на «Орион».

Они следили на экране радиолокатора, как Р-ЗС «Орион» прочесывает район, пролетая точно параллельными курсами по прямоугольнику морской поверхности, определенному акустическими данными, переданными с «Фарриса», как вероятное местонахождение субмарины. Компьютерная система наносила на планшет эти курсы, постепенно смещающиеся к югу.

— «Фаррис», говорит «Блюберд». По нашим данным, в этом районе наших подводных лодок нет. Просим подтвердить, прием, — передали с «Ориона».

— Понял вас, «Блюберд». Подтверждаем, в этом районе нет наших подводных лодок. — Моррис и сам проверил это полчаса назад.

— Акустический сигнал усиливается у буя номер шесть. Теперь мы принимаем слабый сигнал у пятого буя. Сигнал у буя номер семь постепенно затихает. — Оператор гидролокационного поста прилагал все усилия, чтобы скрыть волнение и говорить бесстрастно, как и подобает профессионалу.

— Расстояние до цели становится более определенным. Оцениваю скорость цели в восемь узлов, расстояние сорок три тысячи ярдов.

— Звук! Слышу звук! — воскликнул акустик «Фарриса». Со стороны предполагаемого пеленга на цель донесся металлический удар. Это мог быть звук захлопнувшегося люка, кто-то мог уронить гаечный ключ, открыть дверцу торпедного аппарата — словом, источником звука могли стать только действия человека.

— Подтверждаем металлический звук, отмеченный на буях пять и шесть, — тут же сообщили с самолета.

— Мы отметили его и на буксируемых акустических датчиках, — сообщил координатор тактических действий. — Теперь, по нашей оценке, это несомненно подводная лодка.

— Согласны, — ответил «Орион». — Явно красная субмарина — ДМА! Внимание, ДМА! Бросаем дымовой буй! Установили контакт с ДМА. — На дисплее детектора магнитных аномалий плавная кривая внезапно резко подпрыгнула вверх. И тут же член экипажа нажал на кнопку, сбрасывая дымовой буй, а самолет начал резкий поворот направо, возвращаясь к точке обнаружения субмарины.

— Координаты нанесены на планшет. — Тактический координатор отметил положение цели на своем планшете буквой V.

Вертолет устремился к точке обнаружения, не ожидая, пока «Орион» опишет круг и вернется обратно.

— Точка ДМА! — произнес оператор, и вертолет сбросил свой дымовой буй чуть юго-западней буя «Ориона».

Полученные данные поступили к торпедным аппаратам и противолодочным ракетным установкам фрегата. Ни те, ни другие не могли нанести удар по подводной лодке — расстояние оставалось слишком большим, — но ситуация быстро менялась.

— Терпение, — тихо выдохнул Моррис, сидя в своем кресле в центре управления боевыми действиями, потом произнес громче:

— Не спешите, парни. Давайте поводим его, точно определим местонахождение и только тогда атакуем.

Команда «Ориона» согласилась с ним. Теперь они могли расслабиться и не спеша следить за субмариной. Она никуда не уйдет. Р-ЗС и вертолет пролетели еще раз с севера на юг, пользуясь детектором магнитных аномалий. Теперь «Орион» сумел засечь подлодку, а вертолет — нет. Еще один пролет — и оба определили курс цели. Далее они пролетели с востока на запад. При первой попытке оба не сумели обнаружить субмарину, но при второй засекли ее. Отныне это был уже не контакт, а цель — несомненно подводная лодка, управляемая человеком. С этого момента руководство операцией полностью перешло под контроль офицера тактических боевых действий на «Орионе». Огромный патрульный самолет описывал круги в двух милях от подводной лодки, пока вертолет начал завершающий пролет. Летчик тщательно проверил свой тактический дисплей, затем посмотрел на гирокомпас.

Вертолет устремился вперед, увлекая над самой поверхностью моря детектор магнитных аномалий. «Орион» следовал за ним в двух милях.

— Аномалия, здесь аномалия! Бросайте буй! — Вниз полетел последний дымовой буй — струя зеленого дыма взвилась к небу. «Си Спрайт» круто отвернул вправо, освобождая пространство для летящего на малой высоте «Ориона». Летчик внимательно следил за дымовой струей, определяя, с какой стороны ветер, и направляя самолет к цели. Створки бомбового люка Р-ЗС открылись. Находящаяся внутри торпеда Mk-46 ASW была наготове.

— Сбросить торпеду!

Торпеда вывалилась из бомбового люка. Над нею раскрылся хвостовой парашют, чтобы она носом врезалась в воду. Тут же «Орион» сбросил еще один акустический буй, на этот раз пеленгаторный.