Повелитель гоблинов - Суслин Дмитрий Юрьевич - Страница 45

Бурдюк наконец понял коварный план Курукуля и поспешил выполнить его приказ. Отстегнул от пояса флягу и вылил ее содержимое вниз в воду. Черная густая и вонючая жидкость потекла вниз. Вода в луже под ними сразу стала красной, потом белой, синей и снова черной. При этом она громко как живая стонала и плакала, затем стала безмолвной и даже рябь не появлялась на ее поверхности, когда падали в нее камешки и комья снега и льда.

– Порядок, командир! – заискивающим голосом закричал Бурдюк. После упоминания о его выбитом глазе, он сразу отказался от бунта. – Вода готова!

– Отлично! – захохотал Курукуль. – Ну, Друль, пришел твой конец! Готовься к смерти!

И он протянул к маленькому троллю свою зеленую волосатую руку, потому что подобрался к нему почти вплотную.

А бедный Сладкоежка, которому так и не удалось освободить ото льда золотую пряжу, зажмурился от страха и приготовился к гибели. Только теперь он понял, что тролли хотят растворить его в мертвой воде. Но вот за что? Этого он не знал. С другого боку к нему тянул лапы и Бурдюк, и его единственный глаз горел желтым огнем ненависти и злобы.

– Ты должен умереть, Друль! – закричал он. – Так решило Главное собрание троллей!

– Но за что? – жалобно пискнул Сладкоежка.

– Ты сделал слишком много добра, – ответил Курукуль, пытаясь столкнуть Друля со скалы. – И мы приговорили тебя к смерти!

И тут на него налетела Гальянка. Девочка изо всех сил стала колотить тролля кулачками.

– Оставь Друля в покое! – кричала она.

Но где уж маленькой девочке справиться со злым и взрослым троллем? Курукуль просто отмахнулся от нее, как от назойливой мухи.

– Пошла прочь! – закричал он и увидел летящего вниз Бурдюка.

– Караул! Убивают! – крикнул Бурдюк и схватился за ноги Курукуля.

Курукуль тут же сорвался и повис, вцепившись когтистыми лапами в маленькую трещину. Он дрыгал ногами и безуспешно пытался отделаться от Бурдюка. Но тот тоже держался крепко и не думал бросать ноги командира. Старший Хоскингс выругался и еще раз попытался отделаться от подчиненного. И тут он увидел то, что так напугало и скинуло со скалы Бурдюка.

Это был злобный сторожевой филин. Глаза его горели как фонари, и в них была такая ярость, что Курукуль задрожал от страха, глазки его наполнились ужасом, и от неожиданности он разжал пальцы.

– Что ты делаешь? – закричал Бурдюк. – Мы же растворимся!

Но было уже поздно. Хоскингсы завопили в два голоса и полетели вниз, хватаясь друг за друга, словно надеясь, спастись и взобраться снова на скалу. Однако в воздухе не было за что уцепиться, и они шлепнулись в воду. С шумом и плеском к небу поднялся высокий черный фонтан, который накрыл троллей с головой. Вода заходила волнами, в ней задергались и завизжали две уродливые фигурки. Они пытались вынырнуть, но ничего у них не получалось. Вскоре их движения стали все более медленными, пока и вовсе не стихли, и тролли не скрылись под водой. Вопли и крики их прекратились. Вода успокоилась и снова стала мертвой и гладкой как бумага. Затем раздалось громкое шипение, на черной поверхности запузырилась пена. Она пошипела, выпустила пар, после чего, опять все смолкло. Теперь уже навсегда.

Курукуль и Бурдюк Хоскингсы растворились в мертвой воде, которую приготовили для Друля. Вот когда можно сказать: Не рой другому яму, сам в нее попадешь.

Глава заключительная,

В КОТОРОЙ ИСПОЛНЯЮТСЯ ЖЕЛАНИЯ

Почему-то Друлю стало их жалко. Он почувствовал, как катятся по его лицу слезы. Все-таки это были его родственники. Единственные. Какими бы негодяями они не были при жизни, сейчас их больше не существовало, и Друль понял, что только что на его глазах разорвалась последняя нить, которая связывала его с прошлым. Теперь он остался совершенно один. Родни у него больше не было.

Но с ним были его друзья. Именно друзья только что спасли ему жизнь. Гальянка и Настрадамус помогли ему подняться на ноги и с криками радости обняли его. Принцесса чуть не плакала:

– Мы едва успели, Друль! Хорошо, что ты продержался до подмоги!

Настрадамус гугукал:

– Главное, что мы опять вместе. Теперь нам ничего не страшно. Даже эти проклятые гоблины и их повелитель.

Друль с удивлением обнаружил, что держит в руках золотую пряжу. Ту самую, что не хотела вылезать изо льда. Теперь она преспокойно лежала у него на ладони. Пятая золотая пряжа.

И тут до них донесся крик:

– Эй, вы, жалкие создания! Вы окружены! Сдавайтесь, сопротивление бесполезно.

Друзья посмотрели вниз и увидели, что к ним лезут сразу четыре гоблина, за ними по скале карабкались еще пятнадцать, а прямо под ними у черной лужи, в которой растворились тролли, стоит Мартодуин хохочет и кричит:

– Вам больше некуда бежать! Вы у меня в руках! Ха-ха-ха! Хватайте их, мои славные гоблины! Это начало нашего торжества!

Пусть возродится великое царство гоблинов!

– Это мы еще посмотрим, возродится ли оно, – произнес Друль и стал доставать остальные части золотой паутины. – Ты видишь, что у меня в руках, Мартодуин?

Повелитель гоблинов расхохотался и в свою очередь вынул золотую пряжу, которую он украл из дворца эльфов.

– А ты это видишь, глупый тролль? Тебе не собрать золотую паутину, потому что одна часть все равно у меня, а нужно иметь все пять. Без моей части у тебя ничего не получится. Ха-ха-ха! А то, что у тебя есть, сейчас будет моим. Ха-ха-ха!

Друль его не слушал. Он складывал свою пряжу в паутину. Все части отличались друг от друга, и эту мозаику надо было сложить. Зато Гальянка ответила вместо него.

– Зря ты торжествуешь, проклятый Мартодуин, – звонким голосом крикнула она. – У тебя в руках всего лишь бесполезный кусок золота, который ни на что не годится. Ты грязный воришка украл из моего дворца обыкновенную копию, а не пряжу золотого паука. Настоящая пряжа у нас.

И девочка показала чудовищу язык.

Мартодуин оторопел от таких слов. С изумление уставился он на свою золотую пряжу и внезапно понял, что перед ним действительно не волшебная вещь. Он понял бы это и раньше, просто у него не было времени внимательно изучить свой трофей, к тому же он и предположить не мог такого коварства. От злобы он чуть не развалился на части.

– Что вы стоите, бездельники! – закричал он на гоблинов. – Быстрее хватайте их! Того, кто схватит тролля, я озолочу и сделаю своим помощником.

Гоблины алчно зарычали и полезли быстрее. До Друля им оставалось сделать несколько движений, и он будет схвачен. Один самый большой гоблин даже протянул лапу, но было уже поздно.

Друль к этому моменту сложил все части в одну целую, и они сами собой соединились в золотую паутину, очень красивую и таинственную. И сразу у всех на глазах паутина выросла в несколько сотен раз, и золотая сеть отделила наших друзей от врагов.

Гоблины попались в ловушку. Сеть накрыла их всех до единого, и чудища замерли на месте, как оцепенели. Они не могли ни двинуться, ни шевельнуться, лишь глупо таращили свои испуганные глазки и быстро моргали. Сразу перестали походить на чудовищ и снова стали теми тюфяками, которые прячутся по болотам и охотятся на гигантских черепах. И только Мартодуин оставался все тем же отвратительным монстром, похожим на гоблина, человека, эльфа и обугленное дерево одновременно. Он тоже был парализован золотой паутиной, и глаза горели злобой и ненавистью. Не хотелось в них смотреть. Никогда в этом существе не возродится добро.

Друль, Гальянка и Настрадамус просто заплясали от радости. Они закружились в хороводе и даже запели. У ног их запрыгал на золотой паутине как на ковре неизвестно откуда взявшийся Сучок-Проводничок.

– А теперь нам пора загадывать желания, – сказал Друль, когда они устали радоваться. С кого начнем?

– С тебя, – сказала Гальянка. – Ведь это благодаря тебе мы победили.

– Не только благодаря мне, – возразил Друль. – Только все вместе мы смогли преодолеть все трудности и опасности.