Анна Австрийская, или три мушкетера королевы. Том 2 - Борн Георг Фюльборн - Страница 84

— Барон много говорил о вас, он к вам очень благоволит, — обратилась Жозефина к Нарциссу. — Он, может быть, что-нибудь знает о вашей матери. Как только он придет, мы расспросим его.

— Нет, дядя Милон ничего не знает, иначе он рассказал бы мне.

— Ведь он не знал, что ваша мать жила с вами на Ночлежном острове, а теперь, если я ему расскажу, может, что-нибудь и выяснится.

— Я потерял последнюю надежду, — ответил с волнением, Нарцисс. — Я рад, что увидел вас, но найти мою мать, видно, уже невозможно.

— Не огорчайтесь, не падайте духом, милый Нарцисс. Дверь отворилась.

Милон весело вошел и протянул руку Жозефине. Она указала ему на Нарцисса.

— Да ты ли это? — воскликнул Милон, — почему ты не пришел прямо к нам? Ну, прежде всего, здравствуй! Чем закончились твои странствия? Что нового скажешь нам?

И Нарцисс начал рассказывать о поисках матери, которые привели его к Жозефине.

— Я очень хорошо помню бедную мать молодого человека, — сказала Жозефина. — Несколько лет назад я взяла ее к себе на Ночлежный остров.

— Так ты знаешь нашего Нарцисса?

— Как же! Когда он был маленьким, я носила его на руках.

— Но где же его мать?

— Бедняжка ушла от нас искать Нарцисса, которого у нее украл укротитель зверей, с тех пор я ее больше не видела и ничего о ней не слыхала.

— Не помнишь ли ты имени его матери?

— Я знала, как ее зовут. Имя ее Магдалена, постой, я припомню.

— Как бы вспомнить фамилию? — продолжала Жозефина, — Магдалена… Магдалена… — Она задумалась, припоминая.

— У меня теперь одно желание: найти мать Нарцисса.

— Вспомнила! — вскрикнула Жозефина, — теперь, может быть, нам удастся напасть на ее след. Вашу мать звали Магдалена Гриффон!

— Гриффон… — повторил с удивлением Милон. Он вспомнил, что когда-то слышал это имя.

— Гриффон… черт возьми! Это невозможно. Ведь Магдаленой Гриффон звали…

— Кого, Милон?

— Магдалена Гриффон, да, да, это девичья фамилия несчастной маркизы де Монфор!

— Жены твоего приятеля?

— Да, Жозефина! Ах, Боже мой, какое счастье!

— В чем же дело? — спросила Жозефина. Нарцисс привстал с места… В душе его снова проснулась надежда.

— Если только я не ошибаюсь, так у нее пропал ребенок. Так это и была та несчастная мать, которую никто не мог найти после пожара в Бове! Так ты сын…

Милон не договорил.

— Ну мы это сейчас разузнаем, — сказал он.

— Ах, какая была бы радость для молодого человека, если бы он нашел свою мать, — сказала Жозефина.

— Если все так, как я думаю, то Нарцисс нашел не только мать, но и отца, — продолжал Милон. — Они так тоскуют по нем.

— Ты уже уходишь, Милон?

— Я не могу успокоиться, пока не выясню все до конца. Нарцисс, ты пойдешь со мной!

— Но куда же вы идете? — спросила девушка.

— К маркизу де Монфор.

— Так он отец?

— Я еще ничего не могу сказать, — ответил Милон, — но еще вопрос, милая Жозефина: ты больше ничего не знаешь о Магдалене Гриффон и о ее ребенке?

— Она один раз говорила мне, что у нее взяли ее дитя, но она потихоньку унесла его опять к себе.

— А где она нашла его тогда?

— На улице Лаферронери.

— Пойдем, Нарцисс! Мы, кажется, у цели! До свидания, дорогая Жозефина!

Нарцисс подошел к фруктовщику, поблагодарил его за услугу и простился с Жозефиной. Она проводила их и пожелала успеха.

XVI. МАТЬ И СЫН

Благодаря Вильмайзанту Магдалене стало гораздо лучше. Можно было надеяться, что она выздоровеет. Но она все еще была очень слаба и не могла встать с постели.

Она почти совсем не говорила, силы ее постепенно восстанавливались, но разум и память все еще не возвращались к ней.

Молодая женщина непрерывно плакала. Только когда к ней подходил маркиз, глаза ее оживлялись. Она брала его руку, крепко прижимала к сердцу, точно искала в этом успокоение и облегчение.

Ренарда ухаживала за больной маркизой. Она просиживала возле нее ночами.

Маркиз решил, как только Магдалена поправится, уехать с ней из Парижа куда-нибудь подальше, увезти ее из шумной столицы.

Он любил ее и дал себе слово жить только для нее одной, возвращенной ему самим Богом.

Магдалена чувствовала и ценила истинную любовь герцога. Он всегда оставался верным супругом.

Не он, а она виновата в событиях прошлого… Правда, она страшной ценой искупила то, что сделала в минуту слепого увлечения.

Какие горькие испытания послал ей Бог! Как жестоко наказала ее судьба! Казалось, для нее уже не будет перемен к лучшему, но Бог сжалился над ее мучениями и незаслуженным страданием Эжена.

Милон и Нарцисс подошли к воротам замка и постучали.

Им открыла Ренарда.

Милон приветливо поздоровался с ней.

— Нам нужно видеть маркиза, госпожа кастелянша, — сказал Милон.

Ренарда поняла, что случилось что-то удивительное и радостное. Она покосилась на Нарцисса.

— Что случилось, господин полковник? — спросила Ренарда.

— Вы опять, кажется, боитесь, госпожа кастелянша?

— Ах, Господи! Вы ведь знаете, какое у нас горе!

— Как здоровье госпожи маркизы?

— Лучше, слава Богу, господин полковник.

— Ну, очень рад!

— Как прикажете доложить маркизу?

— Доложите только обо мне, — ответил Милон и прибавил, обращаясь к Нарциссу: «Подожди немного в саду, я позову тебя».

Милон говорил незнакомому молодому человеку «ты». Ренарда еще внимательнее стала всматриваться в лицо юноши. Ее разбирало любопытство, но она должна была идти за маркизом, а потом остаться у постели больной, которая в первый раз встала с постели.

Нарцисс остался ждать внизу, а Милон поднялся по лестнице. Маркиз сразу же вышел к нему и они прошли в гостиную.

— Я пришел к тебе сегодня, чтобы задать один странный для тебя вопрос, — сказал Милон, садясь и взяв Эжена за руку, — когда ты мне на него ответишь, я тебе кое-что сообщу. Дай Бог только, чтобы надежда не обманула меня.

— Что с тобой? Ты так взволнован?

— Если я и взволнован, то на это есть причины.

— Но что случилось, друг мой?

— Дело такое, что в двух словах не расскажешь.

— Ты с каждой минутой становишься загадочнее!

— Твою жену в молодости звали Магдаленой Гриффон?

— Да, мой друг. Но зачем ты меня спрашиваешь об этом?

— Ренарда говорит, что маркиза поправляется?

— Да, слава Богу!

— Ты знаешь, что Магдалена Гриффон одно время жила на Ночлежном острове?

— Нет, Милон, не знаю.

— Правда! Ведь ты некоторое время совсем ничего не знал о ней.

— Магдалена потихоньку ушла из квартиры, которую я ей нашел.

— Мальчик тоже тогда пропал?

— Да, но к чему ты об этом спрашиваешь?

— Он жил на улице Лаферронери?

— Да.

— У кого?

— У Ренарды.

— Так! Она именно там жила в то время.

— И вы с виконтом жили у нее.

— Да, я помню это дитя. Ты тогда нигде не мог найти его.

— Я искал по всему городу!

— Только на Ночлежный остров не заглянул.

— Это правда, Милон.

— А Магдалена находилась на этом острове.

— Откуда ты знаешь?

— Магдалена жила у Жозефины, которая приютила ее у себя.

— У твоей невесты?

— Да, друг мой. И маленький Нарцисс был там с Магдаленой.

— Дальше… дальше рассказывай, Милон!

— У бедняжки только и было, что ее дитя.

— Она очень любила своего ребенка и сейчас все печалится о нем. Я думаю, что она будет только тогда счастлива, когда к ней вернется ее дорогой Нарцисс.

— Да, друг мой! — сказал Милон, уже едва сдерживаясь. — На Ночлежном острове тогда был укротитель зверей.

— Откуда ты это знаешь?

— От Жозефины и от других. Этот укротитель украл у Магдалены ее дитя и увез с собой в Бове.

— В Бове? — вскричал маркиз, задыхаясь от волнения. — Дальше…

— Несчастная мать в отчаянии ушла с Ночлежного острова искать свое дитя. Она напала на след укротителя зверей и нашла его.