Евгения, или Тайны французского двора. Том 1 - Борн Георг Фюльборн - Страница 81

— На Цельзийском мосту, — повторила Евгения, — кто этот господин?

— Вы слишком много требуете от меня, миледи. Я не могу называть имен, но уж для вас сделаю исключение. Этот человек носит имя горы, на которой в древности жили боги.

Евгения вздрогнула и нетерпеливо повернулась на стуле.

— Олимпио! — выговорила она, побледнев.

— Вы считаете себя первой красавицей, миледи, — продолжала старуха, делая вид, что не замечает ее внимательного взгляда, — но у того господина есть знакомая леди, которая еще прекраснее вас! Правда, он с ней разлучен!

По холодной улыбке, появившейся на губах графини, можно было догадаться, что ее тщеславие оскорблено!

— Все это сказали карты, миледи, — уверяла старуха. — Я не могу ничего изменить или перетолковать! На вашей жизненной дороге лежит кровь! Вы услышите о поединке или о чем-нибудь подобном, но не будете присутствовать при этом.

— Матерь Божья! Дуэль! — вскрикнула Евгения.

— Все это было вашим настоящим — теперь посмотрим, что сулит вам будущее! — продолжала старуха, раскладывая третью, самую большую, колоду карт. Взглянув на них, она всплеснула руками и посмотрела на образа.

— Господи, — вскрикнула она, — что это такое? Таких карт я еще никогда не открывала! Вы будете носить славную корону, но она будет так тяжела, что задавит вас. Еще рас спрашиваю: не знакомы ли вы с каким-нибудь принцем? Нет, вы еще не знаете его! Он приедет к вам, по безлюдной дороге. Вы не останетесь в Лондоне; судьба занесет вас в другой могущественный город, где на охоте вы встретитесь с принцем. Встреча эта принесет вам корону. Боже мой! Все будет у ваших ног! Все ваши желания исполнятся! Но будьте умерены! Если вы не сдержитесь вовремя, то все потеряете! Я вижу поле сражения. Вам угрожает опасность! Потом в картах все становится черным, как будто вы погибнете. Берегитесь одного орла, который могущественнее орла, защищающего вас. Через двадцать лет он низвергнет вас с высоты.

Графиня с жадностью внимала словам колдуньи, действительно, в них было столько чудесного, что она поневоле удивлялась сказанному. Старуха долго смотрела на карты, будто искала разрешения всему, что должно было случиться, наконец, она подытожила:

— Здесь написано все точно так, как я вам сказала. Берегитесь орла, а не то он похитит вашу корону. Оставьте высокомерие и безумные желания, иначе вы упадете с высоты. Орел, который вас низвергнет, черный и носит корону меньше той, которая вам предназначена, — но берегитесь его, а то он лишит вас венца и ввергнет в пропасть.

— Очень вам благодарна за гадание, — сказала графиня, поднимаясь с места. Вы сообщили многое из того, что мне хотелось бы знать. В ваших словах есть доля правды! Примите награду за труды!

Старуха протянула свою длинную, костлявую руку. Евгения положила в нее несколько золотых.

— Кажется, вы мне сказали, что эта девушка ваша дочь? — спросила она старуху, оборачиваясь.

— Да, миледи, это мое собственное дитя! — жалобно ответила старуха.

— Прощайте, благодарю вас! — сказала графиня, выходя из комнаты.

Родлоун отворила дверь, за которой ждала графиню ее служанка, и провела ее до стоявшей поблизости кареты. Заперев дверь за своей знатной гостьей, старуха пошла приводить в порядок комнату, где происходила борьба Эндемо с бедной Долорес.

— Никогда я еще не раскрывала таких карт, — бормотала она, подбирая разбитые стекла и бутылки. — Кто стоит очень высоко, может упасть очень низко — было написано в них.

Убедившись, что верхняя комната крепко заперта, старуха улеглась в постель. Вытащив из-под подушки кошелек с золотыми монетами и кредитными билетами, она, дрожа от радости, положила в него заработок сегодняшнего дня.

Старуха прислушалась: нет ли какого постороннего шума в доме. Она вспомнила предостережение Эндемо. В сущности, горбунья была беззащитна в одиноком доме вместе с девушкой. Если кто-нибудь с силой будет ломиться в дверь, она погибла!

Эти мысли и беспокойство, что Долорес может убежать, не давали ей покоя всю ночь. К утру старухе удалось заснуть. Ее натура, несмотря на старость, была такой сильной и крепкой, что бессонница не могла ослабить ее силы, только иногда было тяжело дышать, что часто случается с горбатыми.

Прошло несколько дней. Бедная Долорес терпеливо переносила в эти дни грубое отношение старухи. Та мстила ей отчасти за то, что девушка осмелилась отвергнуть постыдное предложение Эндемо, но еще больше за то, что бросилась на колени перед знатной дамой, умоляя ее о помощи. Старуха не хотела прощать ей подобную дерзость и в наказание не давала пить и есть. Вначале старуха не обратила внимание на то, что графиня осведомилась о ее пленнице; но когда та спросила о ней во второй раз — ей пришло на ум, что, по словам герцога, между ними могла существовать какая-нибудь связь. Но тетка и не догадывалась, что для несчастной Долорес было вдвое тяжелей, когда она узнала надменную графиню. Евгения Монтихо когда-то бросила Долорес розу, позже бедняжка видела ее в саду герцога Медина с горячо любимым ею человеком, Олимпио Агуадо, с которым эта гордая и надменная графиня разлучила Долорес, причинив ей тем самым тяжелое горе.

Родлоун следила за своей пленницей глазами Аргуса. Эндемо не скупился платить за попечение о девушке, и поэтому старуха очень хорошо запоминала его предостережения. Но все ее наблюдения были бесплодны, и она пришла к такому заключению, что опасения герцога были напрасными.

Вечером того дня, в который Валентино бродил под окнами дома старухи, сама она сидела в красной комнате у окна и смотрела на море, приподняв немного занавеску.

Стемнело. Горбунья уже хотела отойти от окна, но вдруг рассмотрела в тумане шедшую по берегу человеческую фигуру. Она стала наблюдать за ней. Фигура все приближалась и подошла к ее дому.

Появление незнакомца в этой глуши, около уединенного дома, показалось тетке подозрительным. Если бы это был слуга, или поверенный какого-нибудь знатного господина, или переодетый любовник какой-нибудь леди, то им не нужно было выбирать уединенную дорогу.

Незнакомец остановился у дерева и стал прислушиваться, осматриваясь по сторонам, и, наконец, залез на дерево.

Старуха немного испугалась: пожалуй, где-нибудь скрываются соучастники незнакомца; они могут осадить дом и силой ворваться в него. Ведь она не может сопротивляться. Родлоун пристально вглядывалась в вечернюю темноту, но все было тихо, и на берегу моря не было ни души.

Значит, незнакомец пришел один. Темнота мешала ей видеть его, да из этой комнаты не было видно деревьев. Она проворно побежала в другую комнату налево, где могла свободно наблюдать все деревья, но и там было совершенно темно. Старуха подбежала к последнему окну и осторожно подняла угол занавески. Тогда она ясно увидела сидящего между ветвями человека, который пристально смотрел на слуховое окно.

Горбунья не сомневалась, что это слуга или поверенный того знатного господина, о котором говорил ей герцог Медина. Она увидела, как он кланялся; слышала, как он что-то говорил, но не могла разобрать его слов.

Старухе было очень любопытно узнать, что будет делать Долорес; она прислушивалась, не попытается ли девушка выломать дверь своей комнаты; еще, пожалуй, незнакомец передаст ей веревочную лестницу или что-нибудь подобное.

Эндемо говорил ей, что Олимпио Агуадо подошлет своего слугу. Это действительно он, так как Долорес до сих пор не показывала вида, что хочет убежать с ним. Наконец, она открыла свое окно и осторожно постучала.

Хитрый герцог не мог выбрать себе лучшей поверенной. Старуха сторожила свою пленницу внимательнее Цербера. Она вся была внимание, ничто не ускользало от ее глаз.

Что-то упало из окна Долорес; наверное, она что-нибудь бросила слуге, который подошел к ее окну. Пока тот нагибался, она успела больше приподнять занавеску и посмотреть на выкинутый из окна предмет. Долорес бросила лист кактуса. Старуха догадалась, что та написала на нем несколько слов своему любовнику.