Третье Правило Волшебника, или Защитники Паствы - Гудкайнд Терри - Страница 78

Он вновь обратился к морякам:

– На эту ночь они ваши. Имея представление об этих женщинах из их снов, я полагаю, у вас с ними остались кое-какие счеты. Можете делать с ними все, что хотите.

Моряки радостно загалдели.

Улиция почувствовала, как чья-то рука ухватила Эрминию за грудь, как кто-то оттянул Никки голову за волосы и развязывает ей корсет. В это время третий матрос сунул руку ей самой между бедер, и она не удержалась от крика.

– Но есть небольшие правила. – сказал Джегань, и моряки замерли. – И если вы их нарушите, я вас скормлю рыбам.

– Что это за правила, император? – спросил один из матросов.

– Убивать их вам запрещается. Они – мои рабыни и принадлежат мне. Я хочу получить их утром в достаточно сносном состоянии, чтобы они могли мне прислуживать. Это означает – никаких сломанных костей и прочего членовредительства. Вы их всех между собой разыграете. Я знаю, что произойдет, если позволить вам выбирать самим. А я не хочу, чтобы хоть одна из них избежала вашего внимания.

Матросы со смехом согласились, что это действительно будет справедливо, и пообещали соблюдать правила.

Джегань вновь обратил свое внимание на шестерых сестер.

– У меня огромная армия, а шлюх в окрестностях маловато.

От этого мои солдаты пребывают в скверном расположении духа. И до тех пор, пока я не определю вам другие обязанности, вы будете ублажать их ежедневно. Четыре часа на отдых, и скажите спасибо, что у вас мое кольцо на губе. Это не даст им вас убить.

Сестра Цецилия, невинно улыбнувшись, развела руки.

– Император Джегань, твои солдаты молоды и сильны. Боюсь, им будет мало удовольствия от такой старухи, как я. Мне очень жаль.

– Уверен, что они будут рады тебе. Вот увидишь.

– Император, сестра Цецилия права. Боюсь, я тоже для этого слишком старая и толстая, – произнесла Тови старческим голосом. – Вряд ли мы сможем дать наслаждение твоим воинам.

– Наслаждение? – Джегань нанизал на нож кусочек жаркого. – Вы что, тупицы? При чем тут наслаждение? Смею уверить вас, мои солдаты с удовольствием насладятся вашими прелестями, но вы меня неправильно поняли.

Он ткнул в них пальцем. Измазанные жиром перстни сверкнули в свете факелов.

– Вы были сестрами Света, потом – сестрами Тьмы. Вы, по всей вероятности, самые могущественные колдуньи в мире. Но ваша работа заставит вас понять, что вы лишь навоз у меня под ногами и я могу делать с вами все, что пожелаю. Отныне все, наделенные даром, – мое оружие. И вы должны крепко усвоить этот урок. Ваше мнение никого не интересует. И пока я не приму иного решения, вы будете развлекать моих солдат. Если им захочется выкрутить вам пальцы и спорить на то, кто заставит вас громче вопить, они так и сделают. У них весьма разнообразные вкусы, и они могут делать с вами все, что пожелают, кроме убийства.

Он сунул в рот остатки мяса.

– Но в любом случае только после этих парней. Наслаждайтесь моим подарком, ребята. Следуйте правилам, и в будущем я о вас не забуду. Император Джегань помнит своих друзей.

Матросы дружно прокричали «ура».

У Улиции подкосились ноги, и она бы упала, если бы чья-то могучая рука не поддержала ее за талию.

– Так-так-так, лапочка. Похоже, дамочки, вы все-таки согласились нас поразвлечь! И это после того, как вы так скверно с нами обошлись!

Улиция услышала собственные всхлипы. Губа онемела от боли, но она понимала, что это только начало. Мысли у нее путались, она была сама не своя от страха.

– Ах, да. – Джегань остановил матросов и указал ножом на Мериссу. – Кроме нее. Ее отдайте. – Он поманил Мериссу пальцем. – Подойди сюда, дорогуша.

Мерисса сделала два неуверенных шажка. Улиция чувствовала, как дрожат ее ноги.

– Кристабель принадлежала мне одному. Была моей фавориткой. Но она умерла, потому что вам потребовался урок. – Он взглянул на развязанный корсет Мериссы. – Ты будешь вместо нее. Ты, помнится, говорила, что станешь лизать мне ноги, если придется. – Кошмарный взгляд Джеганя вонзился в нее. – Пришлось. – Увидев изумление Мериссы, он улыбнулся своей мерзкой улыбочкой. – Я же говорил тебе, дорогуша, не стоит пускать в сны то, что говоришь наяву.

– Да, превосходительство, – слабо кивнула Мерисса.

– Сними платье. Тебе оно может понадобиться, если я разрешу тебе убить Ричарда Рала. – Мерисса начала раздеваться, а Джегань поглядел на остальных сестер. – Я оставлю вам вашу связь, чтобы вы прочувствовали уроки, которые получит каждая. Мне бы не хотелось, чтобы кто-то из вас что-нибудь упустил.

Когда Мерисса разделась, Джегань указал вниз кончиком ножа.

– Под стол, дорогуша.

Улиция почувствовала толстую медвежью шкуру, щекочущую колени Мериссы, потом – грубый каменный пол. Моряки наслаждались зрелищем.

Силой воли, силой, которую она черпала из неизмеримой ненависти к этому человеку, Улиция прогнала страх и преисполнилась решимости. Она – главная среди сестер Тьмы. С помощью связи она обратилась к остальным.

Мы все прошли ритуал. Это было похуже, чем то, что происходит сейчас. Мы – сестры Тьмы. Помните, кто наш истинный Владетель. Сейчас мы рабыни этого ничтожества, но он ошибается, полагая, что управляет нашим разумом. У него нет своей силы, он может пользоваться только чужой. Мы обязательно что-нибудь придумаем, и тогда Джегань заплатит за все. О, клянусь Владетелем, заплатит сполна!

Но что же нам делать до тех пор? – проскулила Эрминия.

Молчать! – рявкнула Никки. Улиция чувствовала переполняющую ее ярость и черный ледяной холод, царящий в ее сердце. – Запомните каждое лицо. Они все за это заплатят. Слушайте Улицию. Мы сами преподадим им урок, и они запомнят его надолго!

И не вздумайте пустить в сны этот наш разговор, – предупредила Улиция. – Единственное, чего мы не можем позволить Джеганю, – это убить нас. Пока мы живы, у нас есть надежда вернуть благосклонность нашего Владетеля. Нам обещана награда, и я твердо намерена ее получить. Крепитесь, сестры.

Но Ричард Рал – мой! – прошипела Мерисса. – И тот, кто посмеет его убить, будет иметь дело со мной. И с Владетелем!

Даже Джегань, если бы он слышал Мериссу, побледнел бы от бешеной злобы, сквозящей в ее словах. Улиция почувствовала, как Мерисса отбросила назад волосы и узнала вкус плоти императора.

– С вами пока все... – Джегань помолчал и махнул ножом. – Убирайтесь.

Капитан Блейк схватил Улицию за волосы.

– Пришло время расплачиваться, лапуля.

Глава 28

Моргнув, она опустила взгляд на ржавый меч, который держал парнишка. Острие клинка было не больше чем в дюйме от ее лица.

– Неужели это необходимо? Я же сказала– вы можете забрать все, что хотите, и никто не станет вас останавливать. Но должна заметить, что за последние две недели вы уже третьи по счету грабители, и ничего ценного у нас не осталось.

Судя по тому, как тряслись у мальчишки руки, он был не больно-то опытен в своем ремесле. А исхудавшее лицо говорило, что и особыми успехами на этом поприще он тоже не может похвастаться.

– Стой тихо! – Парнишка искоса взглянул на напарника. – Нашел что-нибудь?

Второй юный разбойник, такой же тощий, как и его приятель, сидя на корточках возле брошенных в снег мешков, то и дело посматривал на темную опушку леса возле дороги. Он поглядел назад, туда, где был поворот и дорога исчезала за заснеженными деревьями. Прямо на повороте через незамерзшую, несмотря на зиму, речушку был перекинут мост.

– Ничего. Только старые шмотки и всякий хлам. Мяса нет. Хлеба тоже.

Первый юнец пританцовывал на месте, готовый удрать при малейших признаках опасности. Меч он держал обеими руками – похоже, оружие было для него тяжеловато.

– По вашему виду не скажешь, что вы голодаете. Что же вы едите, бабка? Снег?

Она, вздохнув, сложила руки на поясе. Это уже начинало ей надоедать.

– Мы зарабатываем себе на пропитание. Вам бы тоже не мешало попробовать. Работать, я имею в виду.