Беспризорница Юна и моркие рыбы (Книга 1) - Трамп Ена - Страница 4

- Королеву?.. - спросила Юна.

- Королеву Санту, - рыжебородый кивнул. - Она хочет тебе что-то показать, а может, она хочет, чтобы ты ей что-то показала...

Дверь распахнулась, впуская утреннюю девчонку - только теперь она была одета не в занавеску, а в чьи-то громадные штаны, подпоясанные тем же широким поясом и неоднократно подвернутые снизу, - и с ней была еще одна девчонка, вся кудрявая и кругленькая.

- Юрис! - воскликнула Санта (теперь мы будем называть ее так; почему бы и нет?) - Смотри, это Кондора штаны, красиво, да?

- Очень, королева, - важно отвечал рыжебородый.

- Все, ты свободен, - объявила Санта, - и ты тоже. - Она кивнула кудрявой девчонке на дверь.

- А можно я с вами, королева? - запищала та.

- Еще чего не хватало! - Санта фыркнула. Девчонка, однако, ничуть не обидевшись, спросила:

- А ты представишь нас друг другу? - и уставилась на Юну. Санта фыркнула снова, но все-таки сделала церемонный жест в сторону девчонки:

- Анна-Лидия Вега-Серова. Она маленькая, - сказала Санта беспризорнице Юне, - оттого у нее и имя такое длинное. Она ничего, только глупая совсем. А ты, я не знаю, как тебя зовут.

- Беспризорница Юна, - сказала беспризорница Юна.

- Ее зовут беспризорница Юна, - сказала Санта кудрявой Анне-Лидии, слышала? Все, иди отсюда! - Анна-Лидия Вега-Серова вышла вслед за Юрисом, Санта закрыла за ними дверь, повернулась к Юне, прижала палец к губам. Тихо!.. - некоторое время она стояла, прислушиваясь, потом подошла к Юне. Они ушли, - сказала она, - я их выгнала, теперь мы вдвоем. Ну вот что, слушай, в моем замке есть куча всяких тайн и интересных вещей. Я тебе, может быть, кое-что покажу... если ты только будешь себя хорошо вести.

Юна хмыкнула, откусила яблоко - то самое. Прищурившись, она сказала:

- Очень надо! И никакой это не замок, а просто деревянный дом, и никакая ты не королева, а просто девчонка, дура и воображала!

Санта надулась и отошла.

- Ну и иди отсюда, - сказала она. - иди-иди отсюда, - сказала она, - я же слышала, ты в свой город вонючий собиралась, вот и уходи, и ничего не узнаешь.

Юна откусила еще раз яблоко и осведомилась:

- Под дверью подслушивала?

- Не твое дело! Иди давай, проваливай.

- Ну и провалю. - Юна встала.

- И никогда больше сюда не попадешь, лес тебя не пустит, вот так! сказала Санта ей в спину. Юна резко повернулась.

- Знаешь что? Если бы ты училась в моей школе, ты бы уже получила по мозгам... шесть раз!

- Это почему? - Санта подошла к ней. - Почему - шесть раз? - спросила она с любопытством.

- Почему-почему, по кочану, вот почему!

Санта вдруг хихикнула.

- Ладно, я тебя прощаю, - сказала она милостиво. - Ты еще молодая, ты еще многого не понимаешь. Ну, чего встала? Давай, одевайся, поехали!

- Это куда еще?

- В город твой вонючий, вот куда!

- Ну, ты, - сказала Юна, - за вонючий...

Санта расхохоталась и выбежала за дверь. Юна постояла на месте, вспомнила про яблоко в руке. Задумчиво откусила так много, что еле в рот влезло, и последовала за ней.

3. ЛЕС И ГОРОД.

Вот так вот все и было; а если бы было не так, было бы по-другому; а я врать не стану.

Эта Санта, она оказалась ничего, нормальная. Хотя Юна, конечно, никогда не называла ее королевой, как другие в этом двор... доме, - вот еще!.. Но в общем она ничего была, Санта, хотя и зазнавалась порой, - но Юна в таких случаях быстро ставила ее на место. Да. Короче, так получилось, что Юна стала жить в этом зам... доме! Они действительно поехали с Сантой в тот, первый день в город, но потом вернулись. Не потому, что Санте там не понравилось попробовало бы ей там не понравиться! Юна показала Санте все, что она знала в городе, а ведь всем известно, что никто не знает город лучше, чем настоящие беспризорницы, - и Санта пришла в полное восхищение! Но потом им пришлось вернуться, не могла же Юна повести Санту к себе домой, как бы она объяснила маме, откуда взялась эта девочка и почему она не ночует у своих родителей? И потом, если бы Санта начала разговаривать с мамой так, как она разговаривала со всеми, то Юна бы не выдержала и точно набила ей морду. Ну вот, поэтому они вернулись обратно во дво... да дом же, тысяча чертей! - а назавтра снова поехали в город, и напослезавтра, и Юна показывала Санте тысячи замечательных чудесных безобразий, которые можно было учинить в городе. Потому что Санта, эта воображала, которая только и знала, что твердила Юне: "О! ты еще молодая! ты еще многого не понимаешь!" - на самом деле вообще не знала города, как будто вовсе никогда в нем не бывала! Может она, конечно, ловко притворялась но зачем ей было притворяться?.. Хотя эту Санту вообще было не понять. Они ехали в город в электричке, и Санта болтала что ни попадя всю дорогу:

- Когда я была маленькая, - говорила Санта, - я влюбилась в звезду. Каждую ночь я смотрела на нее из окна, а если на небе были тучи, я плакала всю ночь и засыпала только под утро. Потом я стала писать звезде письма. Я писала их по ночам. Я писала ей, какая она красивая, как я на нее смотрю, и как я люблю ее и не могу без нее жить, - а утром я опускала письма в почтовый ящик, подписанные: "Самой красивой звезде". Однажды в одном письме я написала звезде, чтобы она приходила ко мне в гости, окошко будет открыто, а если она не придет, я умру. - Тут Санта останавливалась. Юна ей, конечно, не верила, но все-таки спрашивала: - И что? - интересно же было узнать, что она еще наврет.

- Ну, что, - говорила Санта. - Конечно, она пришла. Потом она взяла меня к себе на небо. Небо теплое, как теплая вода, и вокруг звезды. Мы плавали в небе, и все светились, и смотрели на землю. А земля ма-аленькая, и по ней ходили ма-аленькие людишки.

Или еще она говорила:

- Когда я была маленькая, я жила в хрустальной башне, на самом верху. Оттуда было все видно. Вокруг были зеленые поля, а на них росли большие желтые цветы. Там никогда не было зимы. Там была еще река. А папа у меня был король.

- А мама? - спрашивала беспризорница Юна.

- О! - говорила Санта. - Мамы у меня не было никогда. А играла я с драгоценными камушками - диамантами, изумрудами, кораллами, аметистами и... перлами, у меня была целая гора камушков, они все сверкали. Но однажды... однажды я увидела из своей башни людей - они шли через поля и приближались. Раньше я никогда не видела людей, только своего папу и... овечек. У нас было много овечек, разных, были большие-большие... как башня! А были маленькие, вот такие, их можно было поставить на ладонь, - и Санта показывала, как овечку можно было поставить на ладонь.

- Я только не понимаю, - говорила тогда Юна, хмыкая, - как же твой папа был король, если там не было людей, а только овечки? Что же, он был овечий король, что ли?

- О, - говорила Санта важно, - ты еще молодая. Ты еще многого не понимаешь. Если ты меня будешь перебивать, ты вообще никогда ничего не поймешь. Эти люди, - говорила Санта, - они все приближались. И они стали убивать наших овечек! И тогда мне стало очень страшно. А эти люди, они подошли к башне и стали ее ломать. И башня закачалась. Тогда я взяла бочку. Я поставила ее на окно, и сама встала в нее одной ногой и зажмурилась. И вот я хорошенько оттолкнулась другой ногой - и полетела! И на лету я залезла в бочку вся, и потом бочка упала в реку. Если бы эти люди заметили меня, они бы меня убили, а так - они подумали, просто бочка упала из окна.

- А папа? - спрашивала Юна. - Они убили твоего папу?

- Ты что, с ума сошла? - злилась Санта. - Почему ты все время меня перебиваешь? Ты просто грубиянка, вот ты кто!

- Ты сейчас получишь по мозгам, - обещала Юна.

- Ты сама дура! Они не убили моего папу! Потому что папы в тот день не было дома! У него заблудилась любимая овечка, и он пошел ее искать. А я, я упала в бочке в реку и поплыла по ней, и плыла так долго, что чуть не умерла за это время. Я даже умерла. Меня, вместе с бочкой, съела огромная речная змея, которая выплывает один раз в сто лет, чтобы подкрепиться.