Атира - Браст Стивен - Страница 44

Савн огляделся по сторонам и заметил длинную веревку, свисающую перед дверью. Не давая себе времени на размышления, он сильно за нее потянул и чуть не закричал от ужаса, когда внутри дома раздался громкий треск, словно кто-то колотил палками.

Ему показалось, что сердце, которое и раньше билось довольно часто, вот-вот выскочит у него из груди. Савн уже собрался обратиться в постыдное бегство, когда дверь распахнулась, и он увидел человека с резкими чертами лица, одетого в ливрею барона Смолклифа. Савн узнал Тури, одного из слуг его светлости, который часто приходил в город за покупками. Если подумать, что Тури это делал с тех самых пор, как Рейнс перестал…

Савн заставил себя сосредоточиться и сообразил, что до неприличия долго молчит. Ему пришлось откашляться.

– Ну? – сурово нахмурившись, спросил слуга.

– Прошу прощения, сэр, – сумел наконец пропищать Савн.

– Ну?

Савн сделал глубокий вдох.

– Могу ли я просить его светлость об аудиенции? Меня зовут Савн, я сын Квели и Олани и…

– Зачем ты хочешь встретиться с его светлостью, мальчик? – перебил его Тури, лицо которого сохраняло непроницаемое и невозмутимое выражение.

– Я хотел поговорить о человеке с Востока.

Тури склонил голову и одновременно приподнял брови:

– В самом деле?

– Да, сэр.

– У тебя есть для его светлости информация?

– Я… дело в том…

– Ну, заходи, я посмотрю, свободен ли его светлость. Ты сказал, тебя зовут Савн?

– Да, сэр.

– Ты крестьянин?

– Я ученик, – возразил Савн.

– Чей?

– Мастера Вага, лекаря.

Глаза Тури широко раскрылись, казалось, он лишился дара речи.

– Ну, не стой на пороге, заходи, – наконец проговорил он. Внутри особняк оказался еще более великолепным, чем снаружи, – в особенности если учесть, что в помещении, в которое попал Савн, ничего не было, не считая нескольких крючков для одежды. – Побудь здесь, – сказал слуга.

– Хорошо, сэр, – кивнул Савн, а Тури вышел через внутреннюю дверь и плотно прикрыл ее за собой.

Савн с восхищением посмотрел на прекрасное полированное дерево и понял, что одна эта пустая комната стоила его светлости больше, чем весь дом Савна. Он с интересом изучал резную бронзовую ручку двери, пытаясь найти на ней знакомые фигуры, когда она повернулась и дверь открылась. Савн собрался с силами для разговора с его светлостью и с облегчением выдохнул, когда увидел, что вернулся Тури.

– Сюда, мальчик, – сказал слуга.

– Слушаюсь, сэр, – ответил Савн и, хотя колени у него дрожали, последовал за Тури внутрь особняка, великолепие которого превзошло все его ожидания. Казалось, стены с разноцветными картинами мерцают. Роскошная мебель поразила Савна, он не мог себе представить, что в такое кресло можно сесть. Яркий свет озарял все углы комнат, отражался от предметов непонятного назначения, сделанных из хрусталя, сверкающего металла и керамики, удивительным образом окрашенной в яркие синие и красные цвета.

– Смотри под ноги, – посоветовал Тури.

Савн только в последний момент заметил, что чуть не наткнулся на низкий столик, который, казалось, целиком сделан из стекла. Он пошел осторожнее, хотя и продолжал глазеть по сторонам. Неожиданно Савн сообразил, что хрустальные и металлические предметы – это сосуды, из которых можно пить. Савн подумал, что не сумел бы поднести такой к губам – у него наверняка дрожали бы руки, и он ничего не смог бы с собой поделать.

Неожиданно Савн сообразил, что интерьер изменился – он не успел заметить, как они вошли в другую комнату, с тем же успехом она могла находиться в ином мире. Далеко не сразу Савн понял, что комната наполнена книгами – самыми разными, их здесь оказалось столько, что Савн не мог себе представить, как можно их все прочитать, даже за целую жизнь. Впрочем, раньше Савн и не думал, что на свете существует столько книг. Сотни и сотни томов! И еще он обратил внимание на множество полок, сделанных специально для того, чтобы ставить книги. Впрочем, часть лежала на столах, многие открытые…

Тут взгляд Савна упал на стоящего перед ним человека – в ослепительно белой рубашке, на шее цепочка с красным камнем. Ноги, в том числе и ступни, полностью скрывали мешковатые белые штаны. Савн посмотрел ему в лицо и тут же отвел взгляд – его охватил ужас. С одной стороны, его светлость был довольно высоким, но в его внешности Савн не увидел ничего примечательного.

В конце концов, он просто человек, подумал Савн.

Но пока самые разные мысли проносились в голове у Савна, он неожиданно обнаружил, что упал на колени и касается лбом пола, повинуясь инстинкту, заложенному где-то глубоко в глубинах его существа. И пока Савн стоял на коленях, смущенный и униженный, с навеки запечатленным в душе обликом аристократа атиры, он вдруг осознал, что его светлость очень бледен.

Неестественно бледен.

Савн попытался не думать о том, что это может означать.

Когда его светлость заговорил, его голос зазвучал так уверенно, что Савн сразу понял: Староста с его воплями, криками и угрозами лишь только делает вид, что обладает властью, – настоящая сила есть то, что человек получает от рождения – или никогда. Интересно, что бы на это сказал Влад.

– В чем дело, мальчик? – спросил его светлость. – Мой человек сказал, что ты хочешь поговорить со мной о человеке с Востока. Если ты собрался рассказать, где он прячется, не стоило беспокоиться. Я уже знаю. Если пришел, чтобы спросить про своего мастера, то я еще с ним не закончил. Если ты хочешь сообщить, в каком состоянии находится человек с Востока и каковы его методы защиты, я выслушаю тебя и хорошо награжу.

У Савна закружилась голова, когда он попытался разобраться в том, что говорил его светлость.

Своего мастера.

Мастера Вага?

То я еще с ним не закончил.

Савн с трудом проговорил:

– Я не понимаю, ваша светлость.

– Зачем ты явился? Говори громко и ясно.

– Ваша светлость, я… – Савн искал слова, но он уже не был уверен в том, что хочет их найти или осмелится произнести.

Он поднял глаза, и его взгляд упал на человека, который, судя по всему, находился здесь с самого начала, хотя Савн его не заметил. Человек – Савн не сомневался, что никогда не видел его раньше – совершенно неподвижно стоял за спиной его светлости. Он был с головы до ног одет в серое, если не считать черных кружев на воротнике рубашки и черных же высоких сапог. Лицо его ничего не выражало. Каким-то неуловимым образом он напоминал Влада.

Из-под воротника его плаща выглядывали знаки Дома Джарега, будто Савн без них не догадался бы, что перед ним наемный убийца, о котором говорил Влад.

Савн не мог оторвать от него взгляда; а незнакомец, в свою очередь, смотрел на него, как на необычное растение, заслуживающее некоторого внимания, – но только для того, чтобы решить, уделить ли ему пару минут, прежде чем выполоть и выбросить.

– Говори, мальчик, – резко повторил его светлость, но Савн лишь молча на него смотрел.

Он не мог себе представить, что когда-нибудь заговорит снова, – повелительная команда его светлости раздалась из другого, чужого мира. Неужели его светлость не понимает, что он, Савн, не в состоянии произносить слова, не говоря уже о предложениях?

– Что ты хотел мне сказать? – вновь заговорил его светлость. – Я не стану повторять свой вопрос еще раз.

Последние слова Савн воспринял с облегчением; сейчас он хотел лишь одного – чтобы его светлость перестал задавать ему вопросы. Он подумал, что, наверное, ему следует встать и с поклонами удалиться из комнаты. Впрочем, он сомневался, что сумеет удержаться на ногах. А еще он догадался, что вряд ли ему позволят покинуть особняк живым. Только теперь он понял, на какое безрассудство решился, и окончательно лишился дара речи.

Его светлость нетерпеливо и презрительно фыркнул, потом добавил:

– Уберите его отсюда. Посадите к другому. Сейчас у нас нет на них времени.

Послышался другой, очень тихий голос, несомненно, принадлежащий джарегу: