Гвардия Феникса - Браст Стивен - Страница 32

– Ну, если вы припоминаете нашу последнюю встречу, в крепости барона Р., то…

– Ба! Но я же тогда просто опьянел.

– Опьянели?

– От великолепия ваших глаз, мадам. Они точно крепкое вино!

– Вы не должны говорить такое!

– Но у меня нет выхода, ведь я даже не был удостоен чести поцеловать вашу руку.

– Что ж, вот она.

– О, я прикасаюсь губами к совершенству. Вы видите, я целую ваши пальцы снова и опять. И…

– Остановитесь, вы забываетесь, вы не должны…

– Ну ладно, давайте присядем и поговорим мирно, как брат и сестра, если вы настаиваете.

– Да, я настаиваю.

– Налить вам вина?

– Только совсем немного. И будьте осторожны сами, иначе вы опять опьянеете!

– О, мадам, если бы вы знали, как ваши насмешки меня ранят…

– Тогда давайте поговорим спокойно, как вы сами только что сказали.

– Прекрасно. Раз уж у нас нет другого выбора, разговор пойдет о дворе.

– О дворе? Почему именно о дворе?

– Потому что я хочу быть наполовину императором.

– Что вы имеете в виду, когда говорите «наполовину императором»?

– Объясню, если желаете.

– Пожалуйста, мне очень любопытно.

– Тогда разрешите начать с вопроса.

– Ваши объяснения часто начинаются с вопросов.

– И становятся от этого менее понятными?

– Нет, отнюдь. Спрашивайте.

– Так вот: что есть у императора и чего нет у меня?

– Простой вопрос: прежде всего – Орб.

– Естественно. А кроме Орба?

– Власть.

– Какая власть?

– Власть отдавать приказы, которые выполняются.

– Какие именно приказы?

– Любые.

– Мадам, прошу, поясните свою мысль на примере.

– Предположим, кто-то говорит: «Гвардия, пойдите и покорите такое-то герцогство». Если это приказал император, Гвардия беспрекословно повинуется, и герцогство покорено. Вот что такое власть.

– Вы рассуждаете логично, как Клибри, глава математиков.

– Вы услышали то, что хотели?

– Почти. Объясните только, зачем ему покорять герцогство?

– Зачем? Возможно, он сказал герцогу: «Мне требуется пять тысяч тонн дерева для моих кораблестроителей на юге», – а герцог не намерен выполнять его поручение. И вместо этого начал собирать собственную армию. Как граф Эндмаршский менее двухсот лет назад.

– А каким образом император обо всем узнает?

– Как узнает? Его поставят в известность.

– Кто?

– Те, чьей обязанностью является сообщать ему о том, что происходит в стране.

– Но почему они должны это делать?

– Потому что он – император, а императора следует держать в курсе событий – в противном случае ему будет очень сложно принимать решения.

– Значит, император, во-первых, владеет Орбом, а во-вторых, имеет хорошее представление о том, что происходит в его стране, и знает, какие следует отдавать приказы.

– Совершенно точно.

– Теперь вы понимаете, почему я хочу знать, что творится при дворе, чтобы стать наполовину императором.

На Дженикор логика ее собеседника явно произвела впечатление, и она сказала:

– Понимаю. И что же вы хотите знать?

– Расскажите мне о заговорах.

– Вы подозреваете, что при дворе есть заговоры?

– Заговоры, интриги, называйте как хотите.

– Похоже, вы уверены, что они обязательно должны быть.

– Двор есть двор, а значит, как и подобает, при дворе должны плестись заговоры и интриги.

– Какого сорта?

– Всех сортов. Союзы на основе общей любви, общей ненависти, а чаще на основе общей выгоды. Перестаньте, вы наверняка знаете о некоторых из них.

– Но, друг мой, я теряюсь в догадках.

– К'лано, дорогая, – ответил кавалер, – интриги повсюду. Однако если бы я не знал, с чего начать, то обязательно направил бы свои взоры на супругу императора.

– Что ж, она очень красива.

– И чрезвычайно могущественна, поскольку имеет постоянный доступ к уху императора, а вдобавок и два собственных ушка, то есть всего три, которые, следуя той логике, с которой я вас познакомил, делают ее саму половиной императора.

– Пожалуй, вы правы.

– Ну и кто стекается под ее знамена?

– Говорят, многие мечтают стать ее любовниками.

– А сохраняет ли она верность супругу?

– Утверждают, что сохраняет, но только потому, что не может выбрать из множества претендентов.

– А император ее ревнует?

– По слухам, только к своим друзьям.

– Естественно, все ревнуют к своим друзьям.

– А вам-то откуда об этом знать? Ведь у вас их нет.

– Ошибаетесь, мой прелестный дракон, более того, у меня их даже трое.

– Что? Трое друзей? Надеюсь, вы имеете в виду не тех, с кем вместе снимаете жилье под вымышленным именем?

– Напротив, я говорю именно о них.

– И как они вас называют? По имени долины на западе? Кор?

– Пэл.

– Ах вот оно что. Кажется, вы сказали, они ваши друзья?

– Да, причем такие, что я готов отдать за них жизнь.

– И рискнуть своими честолюбивыми замыслами?

– Что я слышу? Намекаете на то, что у меня большие амбиции?

– Несомненно. Вы настолько амбициозны, что хотите быть половиной императора.

– Ах, вы меня поймали, моя прелестница. У меня действительно есть такое желание. Однако скажите, чьи имена упоминались – кто претендовал на роль любовника ее величества? Не сомневаюсь, дворцовые сплетни дошли и до вас.

– Ну, среди них есть дзурлорд, маркиз Л., и тиаса, лорд Н. Кроме того, говорят о драконлорде, Адроне э'Кайране и некоем лиорне, графе Шалтре. И даже феникс, герцог Триуоллс.

– Подождите. Герцог Триуоллс?

– Да. Кажется, его зовут Аллистар.

– Вы меня заинтриговали; по-моему, я его знаю. Есть у него сестра по имени Иллиста, маркиза Твайсет-Хиллз?

– Верно. Более того, ходят слухи, что сестра плетет интриги в пользу брата, надеясь прибрать к рукам состояние для своей ветви семьи.

– В самом деле? Наверное, именно она и помогает брату доставлять ее величеству редкие свечные бутоны, которые императрица так любит?

– Вы играли со мной – вижу, вы и сами прекрасно знаете все дворцовые сплетни. Поэтому я больше ничего не скажу.

– Ну тогда нам ничего не остается, кроме как перейти к другим темам.

– Вы меня пугаете!

– Почему? Разве мои поцелуи вам не нравятся? Или мои объятия вам неприятны? Или…

– Подождите, я что-то слышу!

– А я не слышу ничего, кроме вашего сладостного дыхания у своего уха.

– Моя служанка Ини возвращается. Мы должны расстаться.

– Расстаться? Вы разбиваете мне сердце.

– Вас не заботит моя репутация?

– Когда речь идет о вашей служанке? Едва ли.

– Вы думаете, что служанки не разговаривают со своими подружками, другими служанками? А те, в свою очередь, ничего не рассказывают своим хозяйкам? Уверяю вас, с меня хватит дуэлей до конца правления Дракона, мне не нужны новые, поскольку тогда я превращусь из разносчика сплетен в их объект.

– Так и быть, я ухожу.

– Надеюсь, вы поторопитесь.

– Ладно. Мои плащ и шляпа?

– Держите. Они очень вам к лицу.

– Ну а где ваша рука для последнего поцелуя?

– Вот она.

– Тогда прощайте, моя мучительница, до следующей встречи.

– До встречи, коварный человек.

И с этими словами они расстались, дверь за спиной у Пэла захлопнулась еще до того, как в комнату с другой стороны вошла Ини и обнаружила, что ее госпожа мечтательно смотрит на место, которое еще совсем недавно занимал кавалер.

– Когда-нибудь он станет больше чем половиной императора, – сказала она с улыбкой. – Даже сейчас он уже больше чем просто поклонник.

ГЛАВА СЕМНАДЦАТАЯ

В которой ведется дискуссия о математике и философии, пока наши друзья готовятся к отъезду

А сейчас мы вновь вернемся в дом на улице Резчиков Стекла и послушаем, о чем говорили Кааврен, Тазендра и Айрич в отсутствие Пэла, которое не осталось незамеченным и вызвало у друзей удивление. Не следует забывать, что достойные гвардейцы не обладали нашей способностью в мгновение ока перемещаться из одного конца города в другой, заглядывая в самые необычные его уголки. Так вот, трое друзей сидели в комнате Айрича и обсуждали предстоящее путешествие. Кааврен устроился на диване, обмотав голову влажным полотенцем, которое послушно принесла ему Сахри.