Гвардия Феникса - Браст Стивен - Страница 69

– Значит, так… – начал Мика и поведал друзьям обо всем, что услышал.

Когда же он упомянул имя графа Шалтре, брови Айрича сошлись на переносице, что для хладнокровного лиорна было равносильно бурным проклятиям.

Наконец Мика замолчал, а Кааврен сказал:

– Стало быть, они хотят, чтобы мы погибли.

– Да, создается именно такое впечатление, – заметил Пэл.

– Бедный лорд Адрон, – добавила Катана.

– Клянусь моим конем! – воскликнул Аттрик. – Мне тоже не слишком-то повезло.

– Ба! – отозвалась Тазендра, повторяя любимое выражение Айрича. – Пожалуй, наше положение нисколько не улучшилось.

– Вы правы, мой друг, – пробормотал Кааврен. – Только теперь у нас будет тысяча свидетелей.

– И по этой причине, – заявила Тазендра, – мы станем сражаться еще яростнее.

– Вы читаете мои мысли, – сказал Кааврен.

– Пора повернуться лицом к противнику, – вмешалась Катана. – Неприятель уже совсем рядом. Кааврен, ваш камень-вспышка наготове?

– Да.

– И вы понимаете, что надо делать?

– Наверное.

– Что же?

– Я должен попытаться убить их вождя.

– А вы его узнаете?

– Мне кажется, я уже понял, кто он.

– Каким образом?

– Видите белого коня и очень прямо сидящего на нем всадника, который скачет немного впереди своего отряда?

– Да, действительно.

– Думаю, это и есть их вождь.

– Но вы не можете поразить его с такого расстояния.

– Даже не переговорив с ним сначала? Это сражение, Катана, или убийство?

– Иногда разница стирается, – с иронией ответила она.

– Тем не менее я не собираюсь наносить удар издалека, да еще без предупреждения.

– Однако неравенство в численности…

– Кааврен прав, – заявил Айрич тоном, который показывал, что дальнейшие споры бессмысленны.

– Кроме того, – добавил Пэл, – они замедляют свое движение.

– Может быть, нас боятся? – предположила Тазендра.

Аттрик рассмеялся:

– Ну если так, то правильно делают.

– Вы считаете, нам стоит с ними поговорить? – поинтересовался Пэл, обращаясь к Айричу.

– Конечно, если они захотят, – невозмутимо ответил лиорн.

– И кто же будет вести переговоры с нашей стороны? Если у них есть вождь, значит, нам тоже нужен командир.

– Разрешите мне, – встрепенулся Кааврен. – Теперь, когда я больше не должен выступать в роли свидетеля жуткой дуэли, я чувствую, что мой язык свободно повинуется разуму, а разум вновь ко мне вернулся.

– Не возражаю, – кивнула Катана.

– Согласен, – сказал Аттрик. – В любом случае мне не следует вести переговоры, поскольку раньше эти земли принадлежали нам.

– Что ж, тогда решено, – подвела итог Тазендра.

– И очень вовремя, – заметил Пэл. – Похоже, они стоят перед нами.

В самом деле, человек с Востока, на которого Кааврен сразу обратил внимание, остановил свою армию примерно в двадцати шагах от того места, где расположилась шестерка друзей. Он озадаченно посмотрел на них, во всяком случае драгейриане интерпретировали выражение его лица как удивление. Кааврен, в свою очередь, изучал неприятеля, а также его войско, разделенное на двадцать пять колонн, каждая длиной в сотню человек.

Вид вражеских солдат поразил наших друзей: некоторые казались очень высокими (хотя все-таки были гораздо ниже граждан Империи), другие были совсем маленькими, ростом почти с сариоли. Головы – бритые наголо и с волосами белыми, светлыми, а чаще темными или совсем черными. На лицах растительность самых различных типов: покрывающая только нижнюю часть лица, только щеки или оставленная только под носом. Создавалось впечатление, что люди с Востока соблюдают какие-то диковинные ритуалы стрижки.

Их лошади походили на тех, которых Кааврен привык видеть (ничего удивительного, так как тиаса знал, что такие скакуны весьма распространены именно на Востоке. Более того, рассказывали, что маркиз Пепперфилд часто отправлял своих людей на Восток, чтобы привезти лошадей для улучшения породы), за исключением белого жеребца, отличавшегося ростом и статью (не станем скрывать, что он произвел на Кааврена большое впечатление).

У самого вождя были широкие плечи и темные глаза и волосы. Тиасе даже показалось, что он немного похож на Пэла, если забыть о разнице между людьми с Востока и гражданами Империи. Определить, какого он роста, не представлялось возможным из-за того, что он сидел на коне, но Кааврен решил, что вождь невысок даже для человека с Востока. На боку у него висели сразу две шпаги, словно он сражался только одной из них, но всегда хотел иметь возможность выбора.

К удивлению Кааврена, незнакомец заговорил на вполне приличном драгейрианском. Впрочем, у него оказался довольно сильный акцент, и некоторые звуки он произносил неправильно, но это компенсировалось необычной музыкальностью его голоса. Однако мы не станем пытаться воспроизвести манеру его речи.

– Меня зовут Крионофенарр. С кем имею честь говорить?

– Меня называют Кааврен из Каслрока, а это мои друзья, Айрич, Пэл, Тазендра, Аттрик э'Лания и Катана э'Мариш'Чала. Позвольте заметить, что вы очень хорошо говорите на нашем языке.

– Благодарю. Я некоторое время жил среди вас, в этих горах, в качестве вассала одного виконта из Дома Йорича.

– Вероятно, именно там вы и получили имя, которое звучит вполне сносно для наших ушей. Прошу меня простить, но большинство имен людей с Востока кажутся нам весьма неблагозвучными.

– Вы правы, милорд, мое настоящее имя вам будет трудно произнести, я назвался Крионофенарром потому, что всякий раз, когда слышу свое прежнее имя, вспоминаю годы рабства, и это дает мне новые силы для решения моей задачи.

– Вы сказали, имя дает вам новые силы?

– Совершенно верно.

– Для решения вашей задачи?

– Точно.

– Могу ли я осведомиться, в чем состоит ваша задача?

– В возвращении тех земель, которые у нас отняли и для которых, уж поверьте, у нас найдется гораздо лучшее применение.

– Не думаю, – возразил Кааврен.

– А зачем вам эти земли?

– Чтобы помешать вашим вторжениям, – с поклоном ответил Кааврен.

– И все же, – продолжал Крионофенарр, – мы никогда не вторгались на вашу территорию – просто пытались вернуть некоторые из украденных вами полей, которые вам совершенно не нужны, а для нас являются жизненно важными.

– О, так всегда бывает: одни рассматривают некие действия как вторжение, а другие как попытку вернуть украденное. В конечном счете это одно и тоже.

– Вы правы. Но теперь, когда я рассказал вам о моих делах, поведайте мне о ваших.

– Справедливое пожелание, – согласился Кааврен. – Что вы хотите узнать?

– Меня интересует, что ваша шестерка здесь делает.

– Что мы здесь делаем, мой добрый Крионофенарр? Мы имеем честь приветствовать вас.

– Приветствовать нас? – удивился человек с Востока.

– Приветствовать их? – пробормотала Тазендра.

– Молчите, – прошептал Айрич.

– Конечно. Ведь вы находитесь на земле Драгейры, а значит, должны засвидетельствовать почтение Империи и стать вассалами того лорда, который нуждается в ваших услугах. Мудрое решение, и я не только вас приветствую, более того, я салютую вам.

И, верный своему слову, Кааврен отдал салют, вложив, впрочем, некоторую иронию в этот свой жест.

– Тем не менее… – начала Тазендра.

– Вы несносны, – остановил ее Пэл.

– Молчите, – повторил Айрич.

– Мне ничего не остается, кроме как сделать вывод, что вы шутите, – сказал Крионофенарр.

– Взгляните мне в лицо, чтобы убедиться в том, что я совершенно серьезен, – ответил Кааврен.

– Тогда я должен заявить, что у вас создалось неправильное представление.

– Как? Ваше появление здесь не может являться вторжением, значит…

– Но, милорд, почему?

– Потому что, как вы имели честь заметить, нас здесь шестеро.

– Ну и?..

– Вы же понимаете, что превосходство на нашей стороне.

– Хорошо сказано, – пробормотал Айрич.

Лицо Крионофенарра исказила гримаса, – очевидно, он с трудом сдерживал гнев.