Точка разрыва - Браун Джим - Страница 54

– Но шериф приказал нам оставаться на месте, – промямлил один из внештатных помощников.

– Нет, шериф хотел, чтобы мы разрешили проблему, – отрезала Мегги Дейн. – А этот человек может это сделать. Все, что вам угодно, доктор Трумэн, все, что вам угодно.

– Спасибо, Мегги. Пайпер, я хотел бы взглянуть на ваши бумаги по истории города. Не подвезете меня?

– Даже на Луну.

Он улыбнулся. Улыбка вышла жалкая, кривоватая, но очень милая.

– В этом пока нет необходимости. Пока нет.

В воздухе был разлит кислый запах горящих фосфатов, дерева и мертвых тел. Выли сирены, мигали приборные огни – голубым, красным, белым. Картина хаоса и смерти. Пострадавших извлекали из-под завалин. А здание, вернее, все, что от него осталось, горело. Крики боли и электронные вопли сирен сливались в беспорядочную симфонию.

Уайти Доббс расхохотался.

Снова здесь? Ну, не совсем точно. Ему не удалось добиться точности. Но очень близко. Он был до и после, но никогда в сам момент. Он наблюдал за происходящим и подсчитывал, сколько до его следующего передвижения. Недолго.

Доббс потер руки, потом протянул вперед, согревая огнем бедствия. Он рассмеялся, на этот раз громче. Пожарный обернулся, защитный экран был весь в саже. Доббс уловил выражение отвращения и смятения на лице. Но только громче рассмеялся.

Здесь, всегда здесь – нет, нет, не всегда, но часто.

А значит, почти всегда. Если бы он не исчезал, то увидел бы и себя. Но так никогда не происходило. Он изучал толпу. Лица. Где-то там среди них был и Дин Трумэн.

Мысль о докторе согрела его больше, чем пламя костра.

Уайти Доббс издал каркающий звук, как будто ворона села на оголенные электрические провода, который растворился в какофонии криков и падений. А потом он исчез.

глава 32

В классе царила оживленная суета: многочисленные компьютеры жужжали, производя подсчеты, идеи конфликтовали с теоретическими исследованиями, тайны всплывали на поверхность, а загадки разгадывались. Они работали весь вечер. Пайпер выбирала, сортировала и откладывала информацию, а люди все шли и шли – с часами различной формы и размеров, но остановившимися на определенном времени. Пайпер добросовестно записывала, где и когда каждые были найдены, когда они остановились. Потом она передавала всю эту информацию Дину, молча принимавшему ее, а потом продолжавшему колдовать за клавиатурой.

Ее собственные исследования, разложенные в несколько рядов, лежали тут же, испещренные подчеркиваниями и пометками. Иногда он спрашивал о конкретном месте, и она рассказывала. За окнами все еще валил снег с небес, затянутых черно-серой пеленой.

Без десяти восемь прибыли Джон и Натан, которых направила в школу Мегги. Их лица красноречиво говорили: произошло еще что-то. Что-то еще. Но пока Джон рассказывал о событиях в «Приюте лесопильщиков», о смерти Дэвида Левина, об ампутации пальца Тины, об исчезновении беловолосого человека, Дин не отрывал рук от клавиатуры. Его ум, подобно окружавшим его машинам, справлялся сразу с несколькими задачами, производя десятки подсчетов, оценивая и делая выводы. Только когда Джон озвучивал слова послания, бросавшие вызов самому Дину и написанные кровью молоденькой девушки, он остановился. Но, глядя на шерифа, Дин впитывал информацию глазами; ум же был занят другим.

«Он все время думает», – отметила Пайпер, слегка насторожившись из-за его отчуждения, но одновременно испытывая облегчение при виде бурной деятельности доктора Трумэна.

Когда через тридцать одну минуту она вернулась с полным подносом сандвичей и безалкогольных напитков, то как раз успела к объяснению необъяснимого.

Говоря, Дин шагал по комнате, помогая себе жестами. Пайпер слушала, и холодок пробегал по ее коже.

– Реально? – спросил Джон. – Ты утверждаешь, что все реально?

– Да.

Их осталось четверо – Дин, Джон, Пайпер и Натан. Всех остальных разослали либо с поручениями, либо по домам. Натан поднял глаза на Пайпер:

– Он…

– …сошел с ума? – закончила Пайпер.

– Я хотел сказать «не в себе«. Но так вернее.

Пайпер внимательно вглядывалась в Дина, в этого человека средних лет, бывшего учителем и другом, в этого изумительного скромного гения, который в порыве совсем недавно прижал свои губы к ее губам, потом она улыбнулась. Он ответил ей слегка виноватой улыбкой.

– Да, он сумасшедший.

Дин поблагодарил ее кивком головы, потом продолжал:

– Я утверждаю не только то, что все реально, но и то, что я был полным дураком, не догадавшись раньше.

– Так на нас охотится привидение Уайти Доббса? – спросил Джон.

– Нет. Никаких привидений нет. По крайней мере не в обычном смысле. Уайти Доббс – живое существо, такое же осязаемое, как мы с вами.

– Но он по-прежнему подросток.

– А он и есть подросток. По моим подсчетам, он повзрослел всего на год с небольшим с тех пор, как мы его последний раз видели.

В компьютерах гудели крошечные вентиляторы, гудели и фыркали, как экзотические птицы. Мэр и шериф обменялись взглядами. Натан нервно откусил свой сандвич с ветчиной и сыром.

Дин продолжал:

– Я полагаю, Доббс возник в результате волновых искажений.

– Повторное появление? – заметил Джон.

Он сидел на краю лабораторной стойки, даже не притронувшись к еде.

– Он выпал из реальной фазы, спокойно передвигаясь между секундами, днями, неделями, месяцами, годами. Он вне времени.

– Путешествия во времени? – пробормотал Натан. – Я думаю, лучше было бы считать его привидением.

Пайпер машинально откусила свой сандвич, не ощущая ни вкуса, ни запаха.

– Так существует не только Доббс, – продолжал Дин. – Я думаю, то же самое применимо и к Илии.

– Который теперь исчез из камеры, – закончил Джон.

– Ты сказал, что Илии это тоже касается. Значит, это непроизвольно происходит?

– По большей части. Их переносит не машина времени, а радиация.

– Радиация? Ты имеешь в виду плутоний или что-то в этом роде? – спросил Натан.

Дин покачал головой:

– Нет, не радиация в привычном смысле этого слова. Нечто другое. Полагаю, это неорадиация. По-моему, она неопасна. Она действует наподобие электричества, ведь электропровод насыщен электричеством – неплохой пример. Он тоже воздействует на электромагнитные поля. При действии в небольших количествах неорадиация не оказывает заметного эффекта. Но если вы получаете большую дозу, то выходите за фазу нормального временного пространства. Другие, такие, как Пайпер, – он сандвичем указал на нее, – получили дозу, позволяющую им обостренно чувствовать.

– Радиация? Я облучена? Дин улыбнулся ей:

– Конечно, ты радиант, но это уже другая история. Пайпер поняла, что краснеет.

Дин продолжал:

– Твоя доза облучения недостаточна, чтобы повредить тебе, но такова, что ты ощущаешь искажения в ходе временного процесса. Думаю, то же самое происходило с твоей матерью.

– Как? Почему именно со мной? Дин указал в окно:

– Холм Хокинса. И ты, и твоя мать родились в фермерском домике у подножия этого холма.

Мама на полу, окруженная расширяющейся красной лужей. Молния, длившаяся вечность. Незнакомец в дверном проеме.

– Так неорадиация исходит от холма?

– Да, оттуда, – подтвердил Дин.

– А этот Илия облучен, как и Доббс? – спросил Джон. – И поэтому он одет таким образом, как будто пришел из прошлого?

Дин кивнул.

– Очень возможно.

– Путешествия во времени, – Джон покачал головой и взмахнул нетронутым сандвичем. – Такое разве возможно?

Дин подошел к новой доске, сменившей испорченную.

– Взглянем на это с другой стороны, – он нарисовал вектор с указателем. – Мы перемещаемся во времени так же, как и мир вокруг нас. Но только движемся в одном направлении – вперед. Поэтому для нас время – это нарастающий прогресс. Но это не так.

Джон нахмурился.

– Я могу помочь вам заглянуть в прошлое прямо сейчас, и не на минуты, но на сотни, тысячи, миллионы лет назад.