Волки Аракана 3 - Пираты Марокко - Волошин Юрий - Страница 95

– Приготовить мушкеты! - голос Шамси был уверен и властен. Было видно, что ему не в новинку командовать людьми. - Сразу же после залпа - в сабли и не щадить никого!

– Раис, погоди с залпом, - Пьер несмело обратился к Шамси.

– Как это? Ты в своем уме, руми?

– Позиция неподходящая, раис. Продвинемся к той гряде кустарника. Она будет служить нам прикрытием от удара конницы и несколько ослабит натиск врага.

– Да ты что, руми, полководцем себя возомнил? Времени у нас уже нет. Враг на подходе, а ты о позиции!

– Мы успеем, хозяин, и людей, возможно, сбережем. А это сейчас для нас самое главное. Послушай меня, раис, но приказывай быстрее.

– О Аллах! Этот неверный взялся учить меня! Да ниспадут на его голову все кары небесные! - он обернулся к воинам, ожидавшим конца спора, и, указав саблей на заросли кустарника, крикнул: - За кусты, вперед, быстро!

Воины сорвались с места и в минуту заняли позицию за стеной колючего кустарника, приготовив мушкеты.

Всадники противника уже пустили лошадей в галоп и с криками и визгом понеслись в атаку. Пьер опять придвинулся к Шамси и почему-то шепотом сказал:

– Они должны будут рассыпаться для охвата нас с двух сторон, раис. Как раз перед этим и надо обстрелять их. Тебе лучше знать их повадки, потому выбери момент сам, но не упусти его, а то в рубке плохо нам придется.

Шамси зло обернулся к Пьеру, молча сверкнул глазами, ус его дернулся в гневе. Однако он смолчал и отвернулся. А Пьер отъехал к Арману.

Оставалось всего шагов сто до атакующих. Было заметно, как начальник отряда оборачивается и что-то кричит своим воинам. В этот момент команда Шамси пронеслась над ожидавшими ее воинами, и в тот же миг залп полутора десятка мушкетов взорвал тишину. Дым медленно уплывал, стало видно, как несколько лошадей повалились и всадники усеяли каменистую землю. Единая прежде лава сразу же распалась. Вопли и визги раненых слились в общий гул с дробным лошадиным скоком.

Воины Шамси продирались сквозь кустарник и тут же встречали отдельных всадников нападавших. Но те уже в большинстве разбегались в разные стороны, унося раненых и убитых. Лошади их тяжело скакали, выбрасывая из-под копыт мелкие камешки и грязь.

Пьер замешкался и тут же увидел перед собой всадника, прорывавшегося через кустарник к нему с поднятым над головой джеритом. Пьер еще успел заметить, как тот щурит глаза, уберегая их от ветвей. Он уловил замах для броска и метнул тело вбок и вниз. Джерит пронесся над головой, а перед глазами Пьера мелькнул бок лошади, и он успел дотянуться клинком под шеей своего коня до тела противника, который не успел прикрыться щитом и вытащить саблю. Ничего больше Пьер не успел заметить. Конь понес его через кустарник, увлеченный общим движением.

На просторе шла сеча, поле уже пестрело убитыми и убегающими воинами. Лошади трусили без седоков, храпели и шарахались в разные стороны, не позволяя себя схватить.

Пьер осмотрелся и заметил, что невдалеке два неприятельских всадника яростно наседают на одного, в котором он узнал Шамси. Пьер, не раздумывая, рубанул одного из противников и проскакал дальше, выискивая взглядом Армана. Ему попался одинокий воин с выпученными глазами, который пытался поймать убегающего коня. Удар свалил его, и человек покатился по камням, обхватив голову руками.

Нападавшие полностью были рассеяны и в панике скакали в разных направлениях, оглядываясь по сторонам ошалелыми от страха глазами. Видимо, неожиданный залп сыграл в этом решающую роль, лишь немногие из напавших яростно рубились, призывая остальных на помощь, но это мало помогало.

Наконец Пьер заметил Армана, который кое-как отбивался от двух противников. Бледное лицо его выдавало смятение. Пьер увидел, как сабля полоснула по плечу Армана и тот отклонился к луке седла. Конь шарахнулся, и это спасло его от повторного удара.

Пьер так сжал бока коня, что тот, всхрапнув и присев на задние ноги, скакнул с такой силой, что едва не вышиб его из седла. Пьер подлетел к дерущимся, с ходу рубанул по руке воина, замахнувшегося на Армана саблей. Раненая рука тут же повисла, а воин с воплями поскакал к холмам. Другой обернулся. Его искаженная полуулыбка выглядела страшно, это была улыбка страха. Он понукал лошадь, вертел головой, готовя себя к схватке с новым противником.

Но тут конь Пьера стал заваливаться на бок, и он не успел еще высвободить ногу из стремени, как был придавлен, оказавшись на земле. Его противник рвал удилами губы своему коню, разворачивая его для нападения, и тут только Пьер вспомнил про пистолет, засунутый за кушак.

Он рванул его и взвел курок. Воин тут же отпрянул назад и стал нахлестывать коня. А Пьер с ужасом услышал сухой щелчок курка. Выстрела не последовало. Произошла осечка, видно, порох отсырел на полке или просто ссыпался с нее. Но воин испугался и ускакал, радуясь, что Аллах пощадил его, спас от неминуемой пули.

С трудом выбравшись из-под коня, который вяло бил ногами, Пьер заметил вонзившийся в его шею дротик и струю крови, бившую из раны. Он присыпал пороха на полку пистолета. Это далось ему с трудом - руки дрожали, в груди колотило, а дыхание едва вырывалось из совсем пересохшего горла.

Оглядевшись, Пьер увидел невдалеке Армана. Тот сидел на коне, покачивался, зажимая руку ладонью.

– Арман, что с тобой? - крикнул Пьер, подбегая к другу.

Тот повел на него мутным взглядом и проговорил побелевшими губами:

– Задел, проклятый нехристь! В глазах мутится, Пьер. Помоги слезть, а то свалюсь. Перетянуть надо, кровь льет.

– Конечно, Арман! - ответил Пьер и схватил друга за пояс. Он осторожно положил его на землю и осмотрел. Средина плеча кровоточила четкой раной. - Потерпи малость, Арман. Сейчас сделаем что-нибудь.

Пьер замотал рану тряпицей, потом быстро оглянулся.

К этому времени стали собираться воины, оглядывая поле сражения. Оно темнело телами убитых и успокаивающимися лошадьми. Те уже принялись щипать траву, настороженно вскидывая головы и позвякивая сбруей.

Лишь немногие воины оказались нетронутыми. Четверо убитых и пятеро сильно пораненных уже лежали на подстилках. Их кое-как перевязывали, галдели, ругались, стонали, но в голосах радость одержанной победы, а это уже не так мало.