Сокровенные тайны - Браун Сандра - Страница 63

– Ни черта.

Рид подошел к шкафчику, в котором хранил спиртное и пиво.

Налил себе изрядную порцию виски «Джек Дэниэлс» и залпом выпил. Подтолкнул бутылку Ангусу:

– Хотите?

– Конечно, спасибо.

Потягивая виски, он наблюдал, как Рид налил себе еще и сразу выпил.

Поймав на себе вопросительный взгляд Ангуса, Ламберт сказал:

– Тот еще выдался денек.

– Что, Алекс?

Рид провел руками по волосам с видом человека, которого преследует наваждение.

– Да, чертовски упрямая баба.

– Подумать только, сколько всякой чепухи вбила ей в голову Мерл Грэм.

– Неудивительно, что она так жаждет мести. – Тяжелый вздох выдал его сильное волнение. – Если компания «Минтон Энтерпрайзес» не получит лицензии на ипподром, то рухнут все мои планы на будущее.

– Вот, значит, как это для тебя важно?

– А вы думали, я всю жизнь хочу работать вонючим шерифом?

– Не надо так волноваться, сынок, – с теплотой в голосе сказал Ангус. – Контракт мы получим, так что твоему будущему ничто не угрожает. Как раз об этом я и пришел поговорить.

Рид посмотрел на него с удивлением.

– О моем будущем?

Одним большим глотком Ангус допил виски и смял в кулаке бумажный стаканчик. Он сдвинул на затылок ковбойскую шляпу и, заговорщически улыбаясь, посмотрел на Рида снизу вверх.

– Я хочу, чтобы ты вернулся и снова стал работать в «Минтон Энтерпрайзес».

На минуту Рид даже оцепенел от неожиданности. Затем рассмеялся и, отступив на шаг, сказал:

– Шутите?

– Нет, – Ангус поднял мозолистую ладонь. Ничего пока не говори, выслушай меня сначала.

Мысленно он уже наметил, что скажет Риду. После того как два обеспокоенных члена Комитета по бегам, узнав из остинской газеты о расследовании Алекс, позвонили Ангусу, он решил, что пора перейти к решительным действиям и прекратить наконец это расследование. Видно, вопреки его ожиданиям, оно само по себе не заглохнет.

Междугородные разговоры закончились на оптимистической ноте. Он в дым развеял все утверждения Алекс, рассказал им парочку неприличных анекдотов, так что, прощаясь, они уже весело смеялись. Пока что он не сильно тревожился, однако чувствовал потребность укрепить ряды защитников «Минтон Энтерпрайзес». И положительным шагом в этом направлении было бы снова заполучить Рида для корпорации.

Поэтому его отрепетированная речь лилась гладко.

– Ты разбираешься в беговых лошадях не хуже моего и, уж конечно, лучше Джуниора, которому не хватило ни времени, ни старания, чтобы чему-то научиться. А в компанию ты вернешься уже исполнительным директором. Я поделю руководство в равной степени между тобой и Джуниором, но у вас будут разные функции.

Я знаю, как много значит для тебя этот аэродром. С ним тебя связывает много воспоминаний, но в то же время ты хочешь, чтобы он стал прибыльным. Я тоже этого хочу. Я бы присоединил его к «Минтон Энтерпрайзес». Тогда корпорация смогла бы финансировать его расширение и модернизацию, о которых ты так мечтаешь. И авиакомпании считались бы с нами гораздо больше.

Его улыбка стала еще шире.

– Черт побери, я даже подброшу тебе для затравки несколько акций «МЭ». Такой сделки, парень, упускать нельзя.

Реакция Рида его разочаровала. Он рассчитывал на радостное удивление, но вместо этого увидел удивление, смешанное с подозрительностью.

– С чего бы это вдруг?

Ангус, воплощенное спокойствие, невозмутимо пояснил:

– Ты ведь нам как родной и всегда был родным. Благодаря своему положению я могу помочь тебе наладить дело. Так что не валяй дурака и воспользуйся моим предложением.

– Ангус, я ведь уже не мальчик и больше не нуждаюсь в вашей благотворительности.

– Разве я когда-нибудь считал, что ты в ней нуждаешься?

– Знаю, – сказал Рид ровным голосом, – но какими красивыми словами мы это ни назовем, все же это была бы благотворительность. – Он пристально посмотрел Ангусу в глаза. – Не думайте, что я не испытываю благодарности за все, что вы сделали для меня.

– Я никогда не ждал от тебя благодарности. Ты всегда честно отрабатывал все, что тебе перепадало.

– Вряд ли я сумел бы пробиться, если бы не вы. – Помолчав, он продолжал:

– Но, думаю, я вернул вам все сполна. А ушел я из компании потому, что хотел быть независимым. И сейчас хочу.

Ангус огорчился и не скрывал этого.

– Что, хочешь, чтоб тебя хорошенько попросили, да? Ладно. – Он тяжело вздохнул. – Скоро мне пора на покой. Иные сочтут, что давно уж пора. И компании, чтобы выжить, будет необходимо твое умение руководить. – Он широко развел руками. – Вот так. Теперь твое проклятое самолюбие удовлетворено?

– Не надо меня умасливать, Ангус, вы же знаете это, черт побери. Меня беспокоит еще кое-чье самолюбие.

– Джуниора?

– Джуниора. Вы ему говорили об этом?

– Нет. Не вижу причины, пока…

– Пока он ничего еще не сможет изменить. Молчание Ангуса было равноценно признанию.

Рид принялся ходить взад-вперед.

– Ангус, ваш наследник – Джуниор, а не я. Его-то и надо готовить к тому, чтобы возглавить компанию. И когда придет срок, ему нужно быть в полной форме.

Собираясь с мыслями, Ангус тоже зашагал по ангару.

– Ты боишься, что Джуниор не подготовится, если ты будешь рядом, станешь все за него делать да и промахи его заодно прикроешь?

– Ангус, я не имел в виду…

– Ладно, ладно. – Он поднял руку, чтобы прервать его возражения. – Я его отец. Ты его лучший друг. Кто-кто, а уж мы-то можем говорить о нем прямо, без всяких дурацких обиняков. Джуниор слабее тебя.

Рид отвернулся. От этих слов у него потеплело в груди. Он понимал, как трудно было Ангусу высказать такое.

– Мне всегда хотелось, чтобы Джуниор больше походил на тебя – активного, напористого, честолюбивого, но… – Ангус выразительно пожал плечами. – Ты ему необходим, Рид. И мне тоже, черт побери. Не для того я бился все эти годы, чтобы увидеть, как все созданное мной полетит к чертям. Я человек гордый, но вместе с тем я практичный делец. И умею смотреть фактам в лицо, какими бы неприятными они ни были. Так вот: ты в делах разбираешься, а Джуниор нет – это факт.

– Вот что я вам скажу, Ангус. Он научится. Заставьте его действовать. Расширьте круг его обязанностей.

– А когда он наломает дров, знаешь, что произойдет? Я выйду из себя и начну орать на него. Ну, а он надуется и побежит к мамочке искать утешения.

– Может быть, сначала и побежит. Но скоро Джуниор сам начнет орать на вас. Он поймет, что с вами можно вести себя только по принципу «око за око». Я же это понял.

– Может, ты и сейчас по этому принципу действуешь – бьешь за какую-то обиду, о которой я даже понятия не имею?

– Черт, да нет же, – сердито ответил Рид. – С каких это пор я стал бояться высказывать вам или кому угодно другому, если что-то не по мне?

– Ладно, напомню, с каких пор, – рявкнул Ангус. – С тех пор, как убили Седину. Все тогда изменилось, верно? – Он подошел ближе. – По-моему, с того дня мы так ни разу друг с другом откровенно и не поговорили. Ведь я больше всего боялся, что она встанет между тобой и Джуниором. – Он горько рассмеялся. – И все равно, так оно и вышло. Даже мертвая она разрушила вашу дружбу.

– Седина тут ни при чем. Я отказываюсь от вашего предложения, потому что предпочитаю, чтобы мое было только моим. Целиком. Ане частью вашего конгломерата.

– Значит, причина чисто экономическая?

– Именно так.

В мозгу Ангуса рождались новые аргументы.

– А что, если мне вздумается построить свой собственный аэродром?

– Тогда мы станем конкурентами, – невозмутимо ответил Рид. – Впрочем, двоим тут негде развернуться, так что мы оба прогорим.

– Ну, я-то могу себе позволить иметь убыточный аэродром, а ты нет.

– Вряд ли вам доставит удовольствие мое банкротство. Ангус, смягчившись, рассмеялся.

– Ты прав. Черт побери, сынок, мы все равно что одна семья.

– Вот именно, все равно что, да только не семья. И вы отец Джуниору, а не мне.