Эксклюзивное интервью - Браун Сандра - Страница 82

— Кончай темнить Клет! Ты и так уже сделал слишком много прозрачных намеков, что я на краю пропасти и спасти меня сможешь только ты.

— На самом деле ты не так уж далек от истины, Дэвид. Я являюсь единственным барьером, отделяющим тебя от ямы с дерьмом, такой глубокой, что тебе вряд ли удастся достать до дна.

Дэвид присвистнул:

— О! Это уже серьезно!

— Смеешься надо мной, Дэвид? А как тебе понравится вот это? — Клет включил свой устрашающий взгляд на полную мощность. — Ребенок Ванессы был не от тебя, поэтому ты убил его и пытался как минимум дважды убить ее.

Как Клет и предполагал, эти заявления смели улыбку с лица Дэвида.

— Если тебе об этом рассказала Ванесса, то, значит, она больна гораздо серьезнее, чем мы предполагали. Мы же оба знаем, что все это полная ерунда!

Клет держал себя в руках, не желая давать Дэвиду даже этого маленького преимущества.

— Я не хочу тратить время попусту, Дэвид. На каждое мое обвинение у тебя всегда готова куча лживых отказов, объяснений и подтверждений. Я знаю твой стиль работы, потому что именно я научил тебя очень многому. Давай облегчим жизнь нам обоим. Я могу гарантировать тебе то, в чем ты сильно нуждаешься.

— И что же это?

— Мое молчание. И молчание Ванессы.

— В обмен на что?

— Безусловный развод. Дэвид даже глазом не моргнул.

— Ты, наверное, рехнулся, Клет?

— Уверяю тебя, со мной все в порядке.

— Ты предлагаешь развод с Ванессой без суда?

— Не предлагаю. Требую. А в противном случае… Игривая улыбка вернулась на лицо Дэвида Меррита:

— А в противном случае, что? Клет достал свой дипломат и вынул оттуда почтовый конверт.

— Или я вызываю Билла Йенси и вручаю ему вот это.

Он передал своему зятю конверт, тот достал оттуда несколько цветных фотографий. Снимки тотчас выпали у него из рук.

— Не способствует аппетиту, правда? Она вся истекала кровью. Но вот чего Бекки Старджис совершенно точно не делала, так это не умирала случайно. Она не падала навзничь во время скандала с тобой и не ударялась головой об угол стола, как ты мне сказал той ночью. Ты избил ее до смерти, Дэвид. И эти фотографии — тому подтверждение.

Дэвид оправился от шока с заметной легкостью.

— Это блеф, Клет. Один из тех, которые не делают тебе чести. Меня на фотографиях нет. А, может, это снимки первого попавшегося трупа? Например, ты сам мог избить эту девчонку до смерти.

— Мог бы, но не делал этого. В конверте, кроме фотографий, есть еще кое-что. — Дэвид потряс конверт, и ему на колени выпала аудиокассета. — Ты убил ее, Дэвид, и в своем слезном признании сам проговорился. Помнишь? Если нет, послушай на досуге, на пленке все записано. — И вкрадчивым голосом Клет добавил:

— Я все записываю, Дэвид, Позже стираю то, что не может иметь никаких последствий, и храню то, что когда-нибудь, возможно, пригодится. Увидев то, что ты сделал с этой бедной беззащитной девушкой и ее ребенком, эту пленку я решил сохранить.

Клет с удовлетворением отметил, что на лбу Дэвида выступили капельки пота. Но Мэррит не сдался:

— Ты никогда не используешь это, Клет, потому что ты так же виновен, как и я.

— Мне бы, конечно, не хотелось этого делать, — признался сенатор. — Моя жизнь на государственном уровне закончится с позором, но зато я отправлю тебя в преисподнюю и буду спокойно доживать остаток своих дней рядом с моей любимой дочерью. И вспоминать обо мне будут как о замечательном государственном деятеле. Этот ужасный инцидент из твоего прошлого, — добавил он, кивнув на фотографии, — может исчезнуть как дуновение ветерка. Все, что тебе нужно для этого сделать, это отпустить Ванессу без лишней возни и шумных объяснений в средствах массовой информации.

— Как конкретно ты предлагаешь провернуть такой номер?

Клет пожал плечами:

— Не сошлись характерами. Точка. Смерть ребенка до предела обострила напряжение в семье. Все. Миллионы семейных пар в Америке поймут и оценят. Если ты с честью выдержишь испытание разводом, то это даже сыграет тебе на руку и принесет новые голоса.

Дэвид клацнул челюстью.

— Ты считаешь меня идиотом? Развод накануне выборов равносилен политическому самоубийству. Партия, наверное, даже откажется выдвигать меня в качестве кандидата.

— Ты не можешь знать этого наверняка. Развод отнюдь не преступление. А вот двойное убийство — другое дело. Тут ты получишь по полной программе. — Армбрюстер дал своему зятю возможность полностью осознать отвратительные последствия, которые вызовет дело Бекки Старджис, если его вытащить на свет божий. После паузы Клет продолжил:

— Я предлагаю тебе классную сделку, Дэвид. Даже если бы здесь не были замешаны мои личные интересы, я бы посоветовал тебе принять условия.

— Эти хреновы фотографии еще ничего не доказывают! И кассета тоже.

— А от них этого и не требуется, — ласково сказал Клет. — Один только намек на такой грандиозный скандал, и у тебя уже нет никаких шансов на второй срок. От тебя отвернутся все и вся, и не важно, что ты попытаешься предпринять. Этого пятна тебе не смыть до конца жизни.

Казалось, Дэвид вот-вот взорвется, но Клет понимал, что выиграл только первый раунд. Ему предстоит выиграть еще очень и очень много раундов, прежде чем Дэвид упадет на маты и запросит пощады. Вот тогда начнется настоящий, жуткий скандал, но есть еще и другие, их, можно сказать, полный чемодан. Один за другим он будет извлекать их оттуда и демонстрировать уважаемой публике. Этого добра хватит на годы и годы, и процесс этот будет тянуться еще долго после того, как Клет Армбрюстер с чувством выполненного долга отправится в свой последний путь. Он умрет счастливым человеком, поскольку будет знать, что Дэвиду Мерриту в этой жизни нет больше ни минуты покоя.

Но на данный момент Клет был удовлетворен. На сегодняшнее утро с него достаточно.

— Эти копии ты можешь оставить себе, Дэвид. У меня есть еще. Кстати, если ты вдруг задумаешь натравить на меня Спенса или одного из его ублюдков» то имей в виду, что у моего адвоката тоже имеются копии фотографий и записи. Ему дано задание отправить их в средства массовой информации в случае моего ухода из жизни вследствие любой из причин, кроме естественной смерти.

Шофер остановил лимузин около поворота перед домом сенатора.

— Подожди минутку, — сказал Дэвид, схватив Клета за руку, когда тот уже собирался выходить. — Ты гарантируешь свое молчание, а как насчет Барри Трэвис и Грэя Бондюранта? Ты заодно с ними?

Клет рассердился при одной только мысли об этом:

— С журналисткой, у которой в голове ветер гуляет, и с человеком, обесчестившим мою дочь? Ну уж нет! Оставь их себе. — Он похлопал Дэвида по коленке. — Хорошенько обдумай все, что я тебе сказал, и приходи. Не сомневаюсь, мы найдем общий язык.

Глава 44

Министр юстиции стоял у окна, уперев руки в бока. Барри очень хотелось бы знать, о чем он сейчас думает. Поверил или нет? Во время ее монолога он несколько раз прерывал журналистку, задавал уточняющие вопросы. Но когда она закончила, встал и, не проронив ни слова, начал расхаживать по кабинету. И невозможно было понять, поверил он ей или нет.

Грэй в некотором роде самоустранился и в данный момент смотрел по телевизору обзор новостей. Затаив дыхание, он выслушал короткое заявление президента на пресс-конференции в больнице, но когда доктор еще раз подтвердил, что первая леди скоро полностью выздоровеет, не смог скрыть глубокого облегчения.

На самом деле Барри чувствовала то же самое, но она не была бы женщиной, если бы не ощутила в этот момент легкой ревности.

Незаметно для всех Дэйли заснул. Барри в душе тихо радовалась, что он наконец-то отдохнет, ибо выглядел бывший журналист совершенно измотанным.

— Никак не могу взять в толк, — прервал вдруг молчание министр юстиции, — почему миссис Меррит сама не свистнула и не спустила на него всех собак?

Не раздумывая ни секунды, Барри ответила: