Глина - Брин Дэвид - Страница 82

— И оставила доказательства того, что Коллинс всего лишь прикрытие Беты, — добавил Пэллоид.

— Да. Этим бы дело и кончилось. Известный дитнэппер и знаменитая маэстра. Дьявольский альянс. В общем, Каолин посчитался бы со всеми, кого ненавидел и кто мешал ему.

Дитто Беты кивнул:

— Правильно. И план удался бы, если бы не сделанные Ирэн снимки и не прекрасная работа детектива Морриса. Вы удивили меня, Альберт.

Я лишь покачал головой:

— Вы, как всегда, очень любезны. Пэл выкатился вперед.

— Но доказательств слишком мало. Против триллионера с ними не пойдешь.

— Нам не нужны убедительные доказательства, — возразил своему оригиналу Пэллоид. — А того, что есть, вполне достаточно для начала официального расследования. Можно получить допуск к внутренней сети наблюдения «ВП». Можно предложить награду за информацию о возможной причастности к этому делу Каолина. Можно обратиться в полицию. Можно, наконец, вызвать на допрос самого Каолина, лично…

Вот тут все и случилось.

Что-то коснулось меня, что-то, похожее на легкое дуновение теплого ветра. Это что-то заставило меня обернуться и прислушаться.

Странный звук… словно за дверью скреблась собака… а потом сама дверь разлетелась на кусочки.

Я едва успел пригнуться — огромная щепка пролетела у меня над головой. В следующее мгновение из клубов дыма вынырнул первый из нападающих.

Переключившись на максимальную скорость, я бросился на застывшего в изумлении Джеймса Гадарина, который сердито вскрикнул, оказавшись на полу подо мной. В ближнем бою случается всякое, и налетчики, возможно, не ожидали, что встретят в Диттотауне, где часто срабатывает правило «стреляй в то, что движется», реальных людей. Гадарин брыкался так, словно это я угрожал его жизни, и паника придала ему сил. Потребовалось не меньше четырех секунд, чтобы запихнуть этого дурака под диван. Когда я наконец освободился, бой уже бушевал вовсю.

Судя по перекрещивающимся полосам на теле, нападавшие принадлежали к банде Восковых Волков и вполне могли оказаться обычными любителями повеселиться. Поднявшись, я заметил, что несколько бандитов уже лежат у двери, Рефлексы Пэла не заржавели, а рассеиватель, стреляющий мелкими, но обладающими благодаря высокой скорости большой поражающей способностью дробинками, всегда находился у него под рукой.

Он был не один. Занявший позицию на его правом плече Пэллоид вел огонь из мини-пистолета, позабыв о недавних разногласиях с хозяином. Их поддерживал Бета, успевший выхватить из-под одежды маленький, почти изящный духовой автомат с магазином на 40 патронов. После каждого выхлопа из дула вылетала самонаводящаяся стрела с разъедающими глаза энзимами.

Враги падали у разнесенной вдребезги двери, но огонь из коридора не ослабевал, а на смену выбывшим из строя шли другие, перебиравшиеся или перепрыгивающие через своих товарищей. Вокруг взрывались лампы, с треском лопались огненные стекла.

— Гамби, лови!

Пэл бросил мне рассеиватель, а сам выхватил из тайника своего чудесного кресла запасной. Совместными усилиями нам удалось отбить вторую волну атакующих.

За спиной звякнуло, и я, повернувшись к окну, уловил какое-то движение. По хлипкой пожарной лестнице поднимались сразу несколько бандитов, собираясь ударить по нам с тылу.

— Лум! — крикнул я, обращаясь к зеленому двойнику борца за эмансипацию. — Охраняй окно!

Лум развел руками:

— У меня нет оружия!

— Держи! — Стреляя на лету, я нырнул к куче тел, вырвал из еще подрагивающих пальцев автомат и швырнул оружие зеленому недотепе в надежде, что тот знает, как с ним обращаться. — Бета, помоги Луму!

Прижавшись к стене у зияющей на месте двери дыры, я вдруг обнаружил, что могу расстрелять группу негодяев, сгрудившихся в конце коридора. Рассеиватель порубил их, как глиняных кукол, но теперь те, что затаились в другом конце, точно знали, где я нахожусь.

Что-то тяжелое подкатилось к стене, но я успел отступить за пару секунд до взрыва и даже защитить голову от разлетевшихся кусков.

В тот же момент зазвенело оконное стекло. Раздались выстрелы, оставалось лишь надеться, что Лум сумеет удержать свой участок «фронта».

Бандиты, ломанувшиеся в образовавшийся на месте взрыва проем, вероятно, не рассчитывали встретить отпор, и мне удалось свалить по меньшей мере половину штурмовой группы. Неплохо. Только вот потери их не смутили. У Пэллоида кончились патроны, и он, не имея времени на перезарядку, отважно прыгнул на ближайшего врага, который растерянно попятился, вызвав замешательство в рядах атакующих. Прием камикадзе сработал, дав нам несколько драгоценных секунд для перегруппировки. Но чуда не произошло — отважный дитто был тут же уничтожен.

Гибель товарища стала для меня тяжелым ударом, а Пэл просто рассвирепел.

— Черт, я так хотел получить его память! — вскричал он, отбрасывая рассеиватель и извлекая из арсенала нечто куда более внушительное. Это был испаритель.

Даже закаленные в боях бандиты при виде этого страшного оружия попятились. Но все же один спрятаться не успел — кусок нестабильного кристалла уже попал в патронник, и мощный порыв направленных микроволн пробурил бедолагу и стену за ним.

Прибывшее в лице двух браво подкрепление поспешно ретировалось, и второй залп лишь превратил в пустое место участок стены.

— Сзади! — завопил я, обращая рассеиватель против хлынувших в окно врагов.

Незадачливого Лума уже сбили с ног. Бета исчез. Такие уж у него привычки.

Развернув кресло, Пэл выстрелил еще раз, дезинтегрировав одного из бандитов, а второго наполовину. Заодно исчезла оконная рама и часть пожарной лестницы.

К счастью, в него самого никто не стрелял.

Видят, что он реальный, и не хотят вовлекать в эту разборку копов. В крайнем случае отберут дезинтегратор и прыснут в нос спреем-эрейзером, стирающим из памяти события последнего часа.

Разумеется, теперь их единственной целью остался я. Пока Пэл заряжал новый кристалл, «восковые» сосредоточили огонь на мне. Пули щелкали все ближе, но тут лучевая трубка вспыхнула, и бандиты ринулись по укрытиям, дав мне очередную передышку.

Наши взгляды встретились, и я понял, что Пэл освобождает меня от обязанности защищать реального человека. Противник играл по правилам.

— Я в безопасности, — рыкнул он, бросая мне кассеты с записями Ирэн. — Иди!

Кивнув другу, я перекатился к другой стене, приподнялся и метнулся к кухне. Вовремя! Дробинки уже защелкали по полу на том месте, где я только что лежал. Еще один отчаянный прыжок, и мое глиняное тело приземлилось за стойкой. Пули ударили по панели из псевдодерева, по посуде… Какая удача, что квартира оказалась меблированной.

— Ну же, ублюдки! — завопил Пэл, поднимая свое полулегальное оружие. — Жалкие уроды. Стреляйте по мне!

Я услышал в его голосе боль. Ту боль, которую редко слышали даже самые близкие друзья Пэла. Может быть, судьба смилостивится и ниспошлет ему ту смерть, которую он хотел? Смерть от пули в бою. А не от жалости к самому себе.

Враг наступал. Мой магазин почти опустел. По-видимому, кристаллы кончились и у Пэла.

Плохо.

И тут стена за мной вдруг испарилась, а в меня ударила горячая волна расширившихся газов.

— Беги, Гамби!

А я уже летел через големов, укрывшихся за диваном и смотревших во все глаза на меня, а не на экран дешевого телевизора, из которого доносилась музыка. Всегда сопровождавшая «Шоу Кассия и Генри».

Вот вам и приключение!

Я промчался, не чувствуя за собой никакой вины. Штраф будет небольшой, только за материальный ущерб. Никаких карательных мер.

Да и кому предъявлять претензии?

Глава 40

ДРУЗЬЯ ПОЗНАЮТСЯ В БЕДЕ

…или как реальный Альберт обнаруживает связь…

Есть что-то приятное и старомодное в электронном мире «искусственного интеллекта» и компьютерных образов.

Да, мое поколение привыкло свысока посматривать на замшелых хакеров и киберфанов, многие из которых никак не могут расстаться с наивной верой в цифровую трансцендентальность, забытую мечту о сверхумных машинах и виртуальных мирах, более реальных, чем реальный мир. Все это уже давно стало предметом шуток.