Небесные просторы - Брин Дэвид - Страница 59

Гарри не одобрял пространство Е — и эта черта, разумеется, была отмечена в его институтском досье. Но, очевидно, У работников Института были причины, чтобы готовить его к исполнению обязанностей именно здесь.

Платформа начала двигаться вдоль Авеню, временами °пускаясь на ножках-стебельках, приближая к поверхности инструменты, словно собака, идущая по следу. Набравшись Терпения, Гарри следил, как проплывают мимо, в близком Цилиндрическом континууме, незнакомые скопления.

У ближайшего края трубы на черном, испещренном искорками фоне появилась яркая желтая звезда. Она казалась такой близкой, когда платформа медленно проползала мимо, словно до нее можно дотронуться рукой. Вероятно, есть небольшой шанс, что это Солнце, с Землей поблизости, слабая искорка в космосе. Но вероятность против этого миллиард к одному.

Наконец станция остановилась. Наклонная буква как будто завертелась быстрее.

Я отметил недавний проход трех различных корабельных волн. Первый корабль проходил примерно год назад, второй вскоре после первого, преследуя его.

— Преследуя? — Это заинтересовало Гарри. То, что след продержался так долго, свидетельствует, что район посещается очень редко… и возможно, говорит, что путники должны быть в отчаянном положении, чтобы решиться на это.

— А что за третий корабль?

Этот проходил недавно. Всего несколько субъективных дней назад. И есть кое-что еще.

Гарри нервно обхватил большие пальцы.

— Да?

Судя по волне, последний корабль принадлежит машинному порядку жизни.

Гарри нахмурился.

— Машина? В пространстве Е? Но как она может тут лететь? Или даже просто видеть, где… — Он покачал головой. — Куда она полетела?

Фигуративно налево… в том же направлении, что и наше.

Гарри принялся расхаживать по палубе. Приказы Вер'Кв'квинна совершенно ясны. Он должен разместить камеры так, чтобы они из пространства Е могли наблюдать за нормальным пространством, давая персоналу Института Навигации возможность увидеть, какие силы возмущения действуют в Пяти Галактиках. Но он ведь присягал и наблюдать за подозрительной деятельностью…

Ваши приказы, капитан Хармс?

— Будем преследовать! — выпалил Гарри еще до того, как решение было сформулировано в его сознании.

Прошу прощения. Я не запрограммирован… Гарри выругался.

— Включить режим пилотирования!

И не успела возникнуть в пространстве буква «П», как он показал:

— Сюда! Быстрей! Если поторопимся, еще успеем их догнать!

Платформа дернулась и повернула направо.

Слушаюсь, Гувер! Выступаем. Эгей!

На этот раз Гарри даже не поморщился. Программа раздражает его, но функционирует исправно. Даже тимбрими знают, где пределы шутки, хвала Ифни. Платформа, перебирая ногами, понеслась по саванне пушистой кактусоподобной растительности.

Слева проносилась Авеню, сверкающая труба, в которой находится все, что реально.

САРА

Сразу после того как «Стремительный» углубился в извилистые внутренности пункта перехода, положение заметно усложнилось.

В соседнем заполненном водой помещении Каа плавниками вздымал облака пузырьков, громко протестуя.

Здесь слишком тесно!

Сара знала, что жалуется он не на заполненный мостик «Стремительного», но на извилистый лабиринт за пределами корабля — путаницу струноподобных межпространственных границ, расходящихся по спирали во всех направлениях, словно бред безумного конструктора каруселей.

П-пункт действительно переполнен. Во время обычного перехода изредка можно заметить среди извилистых нитей отдаленные блестящие точки. Это по тому же сложному пути, соединяющему далекие звезды, проходит какой-то другой корабль. На этот раз создавалось впечатление, словно продираешься сквозь спутанные джунгли, и вокруг каждой ветки или лианы вьются бесчисленные светлячки.

На приборной панели постоянно вспыхивали янтарные предупреждающие огни, и Каа приходилось маневрировать, чтобы не столкнуться с большими кораблями, движущимися по тем же узким туннелям. Промежутки очень незначительные, и когда пилот-дельфин проводил «Стремительный» совсем рядом с каким-нибудь гигантом, у Сары захватывало дух. Она видела мгновенные изображения на экране с нулевым увеличением. Бурные волны, поднятые проходящими кораблями, бросали «Стремительный», как щепку. Двигатели стонали от напряжения, изо всех сил цепляясь за бесценные линии.

Сара слышала полные благоговения слова Джиллиан:

— Неужели все эти корабли движутся от Фрактального Мира?

Машина Нисс ответила, отчасти сохранив свой дерзкий тон:

Очевидно, нет, доктор Баскин. Только примерно миллион кораблей пользуется сходной с нашей траекторией, уходя от той же катастрофы, которая обратила нас в паническое бегство. Но это лишь небольшая часть кораблей, проходящих в данный момент через эту пространственную матрицу. Остальные летят из других мест. Данные Библиотеки свидетельствуют, что данная нить позволяет соединить свыше ста точек в нормальном пространстве, разбросанных по всей Четвертой Галактике.

Сара поразилась такому количеству кораблей, большинство из которых гораздо крупнее бедного «Стремительного». И все в благословенной Яйцом спешке стараются добраться туда, куда направляются.

— Я… мне казалось, что Четвертая Галактика пустынна.

С таким представлением она выросла. Обширное галактическое колесо, почти лишенное разумной жизни. Разве не затем ее предки явились сюда в замаскированных крадущихся кораблях, минуя строжайший карантин, чтобы поселиться на запретной Джиджо?

Пустынна, да. Но только относительно двух из великих порядков жизни, мудрец Кулхан. Относительно машинного разума и кислорододышащих звездных рас. Договор о миграции не требует эвакуации членов других порядков. Однако судя по тому, что мы наблюдаем, не будет слишком смелым предположение, что происходит всеобщая эвакуация.

Сара негромко выдохнула. Она поняла.

— Обитатели Фрактального Мира…

Были официально членами порядка «ушедших в отставку». Они мягко покачивались на волнах прибоя возле своего одомашненного солнца, очищая расовый дух и готовясь в следующей ступени.

Ступени, которую многие из них сейчас стараются достичь.

— Что ты имеешь в виду? — спросила Джиллиан. Это лучше проиллюстрировать визуально. Смотрите.

На одном из больших экранов появилось дрожащее изображение, очень сильно увеличенное, — нескольких десятков кораблей, летящих в конвойном строю вдоль сверкающего края нити перехода. Корабли казались потрепанными. Изображение постепенно сфокусировалось, и Сара заметила, что потрепанный вид кораблей .объясняется их неровными поверхностями, словно состоящими из путаницы складок и выступов. Прямая противоположность гладкой обтекаемости.

Значит, геометрия структуры Крисвелла распространяется на все, вплоть до кораблей, подумала Сара. Интересно, насколько далеко это заходит. До живой плоти на костях? До клеток организма?

Изображение еще более увеличилось, переместившись на Нос передового корабля. На нем Сара и все находившиеся в ситуационном помещении увидели глифический символ, словно светящийся собственным светом. Он представлял собой несколько концентрических кругов.

Даже джиджоанский дикарь узнал бы в нем символ порядка «ушедших в отставку».

Теперь смотрите, что я наблюдал уже несколько раз. Беглецы из Фрактального Мира готовятся объявить о важном решении.

Сара почувствовала, что к ней подошел Эмерсон. Спокойно и непритязательно высокий раненый мужчина взял ее за руку, и они оба продолжали смотреть на этот роковой переход.

Передний корабль с неровным угловатым корпусом словно задрожал. Волны энергии прокатились вдоль всей его длины, начиная от кормы и собираясь у яркого символа на носу. На несколько мгновений свечение стало таким ярким, что Сара закрыла глаза.