Небесные просторы - Брин Дэвид - Страница 71

Выбралось, прежде чем мы могли что-то сделать, расправило длинные конечности, обнаружив существо с пропорциями Homo sapiens. Действительно, торчащая вверху голова выглядит определенно человеческой. И знакомой.

Я/мы уставился, не правда ли, мои кольца? Несколько наших колец сознания, испуская пары узнавания, заставили наш орган речи произнести:

— Ларк! Это… действительно… ты?

Лицо тут же раскололось в непередаваемо-человеческой Улыбке. И когда оно/он заговорило, голос был нам знаком со времен Джиджо.

— Приветствую, почтенный Аскс… или мне следует называть Эваскс?

Несколько наших компонентов спорили о том, как ответить, а остальные пораженно смотрели на преобразованное тело ниже шеи. Ларк по-прежнему двуногий, передвигается на двух Длинных соединенных конечностях. Но только всю его плоть обтягивает прозрачная пленка, свисающая, как просторная одежда, вздымающаяся и колеблющаяся в болезненном полужидком ритме, от которого в моем центральном сердечнике прокатываются волны тошноты. Особенно большой мешок, похожий на горб или тяжелую ношу, висит на спине, причем Ларк нисколько не протестует против его присутствия.

Наши хемосинтетические кольца зафиксировали несколько отвратительных запахов, таких, как метан, циан и серный водород.

Несомненные запахи зангов!

От удивления ответ у нас получился несколько бессвязный.

— Я/мы… не можем сказать… назвать… какое имя больше подходит этой груде… в данный момент. Споры/разногласия об этом продолжаются… Однако… можно правдиво отметить, некоторые части нас/Меня/Я/мы… узнают… определенные части… тебя/Тебя…

Наш общий голос смолк. Ни англик, ни галсемь не были способны отразить подходящую/точную степень удивления. Начали исходить эмоциональные феромоны… и, к нашему удивлению, «Ларк/занг» легко ответил таким же способом!

От его новой кожи исходили молекулярные сообщения, вызывая мгновенное понимание Моих/наших кожных рецепторов.

ВЗАИМНОЕ УЗНАВАНИЕ ДРУЖЕСТВЕННЫЕ НАМЕРЕНИЯ ГОТОВНОСТЬ ИСКАТЬ РЕШЕНИЕ

В поисках источника этих обонятельных сообщений наши/ Мои сенсоры определили тороидной формы выступ на груди Ларка.

Пурпурное кольцо.

Кольцо треки, часть группового существа, стоящего против нас!

Мы/я сразу узнали одно из малых колец, которые втайне несколько джадуров назад создал Аскс без ведома мастер-кольца, чтобы помочь Ларку и его спутнице сбежать.

Поглаживая восковую память о том времени, Я/мы осознал/вспомнил, что было и второе кольцо.

— Я оставил второе кольцо здесь, — объяснил Ларк, словно читая мои мысли. — Оно было ранено. Линг спрятала его в этой детской, чтобы о нем заботились и кормили. Поэтому я сюда и вернулся. Мои новые союзники хотят, чтобы я нашел маленькое красное кольцо. Они хотят знать, какова его цель.

Ему не нужно было объяснять, кто такие эти его «союзники». Джофур инстинктивно знает — а большинство унитарных существ нет, — что возможно объединить, и слить, и уравновесить самые разные компоненты, чтобы создать новое существо. В данном случае химера возникла как амальгама человека, треки и занга… ужасающий союз, но вполне вероятный.

— Ты… хочешь, чтобы мы/Я помогли тебе найти красное кольцо? — спросил Я.

Ларк кивнул.

— Оно способно принести мир на этот корабль…

Он немного помолчал, словно советуясь с самим собой, потом продолжил:

— Но есть кое-что еще. Я требую за участие в этом деле награды.

Мы должны освободить Линг.

ГАРРИ

В его последний кошмар ворвались голоса, отодвинув бред, полный нелепой болтовни и боли.

Мне кажется, он приходит в себя, произнес кто-то.

Гарри забился, повернул голову справа налево.

На мгновение, которое было для него вечностью, ему показалось, что его сознание обнажено, выброшено в пространство Е и стало плодородной почвой для колонизации паразитическими мемо — сложными, самонадеянными символическими существами, не похожими на то, что создается на

Земле, созданными специально для вторжения в его бессвязный бред. Даже теперь, когда начало появляться что-то похожее на сознание, странные фигуры продолжали толпиться и хихикать, более причудливые, чем что-либо рожденное органическим мозгом.

Каким-то образом — может, благодаря силе воли, а может, из чистого упрямства — он оттолкнул большинство их в сторону, прокладывая себе путь к бодрствованию.

— Ты уверен, что мы можем его отпустить? — спросил другой голос, более высокий. — Только посмотри на его зубы. Он может быть опасен!

Первый говорящий казался спокойным, хотя и в его голосе слышалась неуверенность.

— Послушай. Ты ведь и раньше видела шимпов. Они наши друзья. Нам не могло повезти больше — после всего, через что мы прошли.

— Ты называешь это шимпом? — возразил второй. — Я никогда не проводила с ними много времени и не прочла так много книг, но ручаюсь, ни один шимп так не выглядит!

Именно это замечание, больше всего остального, заставило Гарри еще отчаянней сражаться с не отпускающей его сонливостью.

А что такого в моей внешности? Я в любое время готов сравнить свое лицо с лицом безволосой обезьяны!

Разумеется, голоса человеческие. Он узнал их, несмотря на незнакомый акцент.

Как люди оказались в пространстве Е?

Он попробовал открыть глаза, ударил резкий болезненный свет. Гарри застонал, прикрывая глаза рукой.

— Я…

В горле у него пересохло. Говорить было трудно.

— Я хотел бы… попить.

Их реакция его удивила. Более высокий голос произнес:

— Он говорит! Видишь? Это не может быть шимп. Бей его! Гарри с трудом открыл глаза в мир блеска и расплывающихся очертаний. Он сел и заметил, что две фигуры стремительно отпрянули. Молодые люди — самец и самка — грязные и оборванные.

— Эй! — прохрипел он. — Что значит, я не могу…

Гарри неожиданно замолчал, не в силах ни двигаться дальше, ни говорить. Он мог только смотреть на свою руку. Его собственную руку… поросшую редкой шерстью.

Стеклянистой белой шерстью.

Борясь с паникой, Гарри встал, пощупал себя, проверяя, нет ли ран или недостающих частей. К его величайшему облегчению, все важнейшие части тела оказались на месте. Но глаза его продолжали поворачиваться без его желания, отыскивая, что еще не так.

Белая шерсть… белая шерсть… с этим я могу жить, если больше ничего не изменилось…

Один из людей снова показался в поле его зрения. Мужчина, одетый в рваные тряпки, с многодневной щетиной на щеках. Испытывая тревогу и смятение, Гарри смог только рефлекторно огрызнуться и попятиться.

— Эй, — успокаивающе сказал мужчина. — Полегче, мистер. Ты просил воды. Здесь есть немного, в этой фляжке.

В руке он держал какой-то предмет. Похоже на грязную бутылку из тыквы, заткнутую цилиндрическим обрубком дерева.

Что это? — подумал Гарри. Какая-то шутка? Или мысленный мусор пространства Е?

По-прежнему пятясь по палубе своей поврежденной разведочной станции, он выглянул в окно и заметил, что местность снаружи изменилась. Обширная равнина пушистого ковра стала желтой, а не бежевой, туман сгустился, скрывая все, кроме соседней груды металлических обломков, которые, дымясь, медленно растворялись в окружающих жадных растениях. Гарри хотел спросить, что случилось, сколько времени он был без сознания, откуда взялись эти люди и как они пробрались в его корабль. Возможно, он обязан им жизнью. Но он находился почти в истерическом состоянии и Мог только продолжать пятиться.

Белая шерсть… но это не все. Что-то еще неправильно! Эти клещи что-то со мной еще сделали, я это знаю!

Теперь ему ясно были видны оба человека. У женщины — скорее девочки — ужасный шрам на лице. Она держит в руках гаечный ключ, размахивая им, как оружием. Парень удерживает ее, хотя он тоже явно смущен внешностью Гарри.

— Мы тебе не причиним зла, — сказал он. — Ты спас нас от чудовищ. Мы пришли и починили твой корпус. Послушай, меня зовут Двер, а это Рети. Мы люди… земляне. А ты можешь нам сказать, кто… и что… ты?