Дважды благословенная - Бристол Ли - Страница 29

— Нет ничего странного в том, что ты так нервничаешь, — не отрываясь от шитья, в своей обычной спокойной манере произнесла Консуэло. — В такие минуты рядом с девушкой обычно бывает мать…

— Вы мне не мать! — с вызовом возразила Тори.

— Я и не претендую на эту роль, — с достоинством заметила Консуэло. — Просто я хочу сказать, что тебе сейчас, должно быть, трудно…

Расположившись за туалетным столиком, Тори начала расчесывать волосы.

— Вы не можете об этом судить, — пробурчала она. Консуэло отвела взгляд.

— Как знать… — загадочно проговорила она.

Тори посмотрела на отражение Консуэло в зеркале. Да, она недолюбливала эту женщину — не могла ей простить, что та когда-то чуть не отняла у нее отца. Тори казалось, что она затмила в памяти ее отца образ покойной жены. Но было в Консуэло и что-то такое, что нравилось Тори. В этой женщине чувствовалась какая-то загадка. Казалось, Консуэло хранила секреты, неизвестные, возможно, даже Кэмпу. Тори никак не могла понять, что же связывает отца с этой женщиной. Любовь? Но почему он тогда на ней не женился? Дружба? Какие-то общие дела? Тори знала лишь одно: Консуэло слишком вмешивается в жизнь отца, и ей это не нравилось.

Закончив шить, Консуэло оборвала нитку, встряхнула корсет и протянула его Тори.

— Я никогда не претендовала на роль твоей матери, — тихо проговорила Консуэло. — Хотя порой… — Глаза ее затуманились. — Порой я мечтала о собственной дочери…

Боль в глазах Консуэло тронула Тори.

— А я всегда скучала по матери, — неожиданно вырвалось у нее.

Взгляд Консуэло в зеркале встретился со взглядом Тори.

— Я всегда хотела быть твоим другом, — призналась Консуэло. — Может быть, я могу стать им сейчас — хотя бы на некоторое время?

— Вы уверены, что сейчас подходящий момент? — Тори расчесывала волосы, стараясь больше не встречаться взглядом с Консуэло.

— Я понимаю, — мягко заметила та, — что это не тот брак, о каком ты мечтала. Но мечты, увы, далеко не всегда сбываются. Приходится извлекать максимальную выгоду из того, что мы имеем.

— Я не люблю его! — отрезала Тори.

— Любовь бывает разной. В каком-то смысле ты его все-таки любишь. Надо только постараться понять, в каком.

Тори нервно воткнула в прическу заколку и потянулась за следующей.

— Да ни в каком не люблю! — фыркнула она. — Я его ненавижу и всегда буду ненавидеть!

Консуэло слегка нахмурилась.

— Иногда, — проронила она, — ненависть от любви отделяет всего один шаг.

Тори поднялась, чтобы надеть корсет. Ее вдруг охватило чувство сожаления. Консуэло была умной женщиной; если бы все эти годы она была рядом, если бы Тори доверяла ей свои мысли и сомнения, возможно, ей удалось бы избежать многих ошибок и той, главной в ее жизни, ошибки… Впрочем, может быть, еще не поздно попытаться это исправить…

— Вы говорите, есть много видов любви… — осторожно заговорила Тори. — А каким из них вы любите моего отца?

Смутившись, Консуэло отвела взгляд. Когда она снова посмотрела на Тори, в глазах ее стояла боль.

— Всеми, какие только есть, — тихо сказала она. Тори хотелось знать больше, но она не была уверена, что сможет добиться дальнейших признаний.

Тори надела платье и посмотрела на Консуэло.

— Может быть, — неуверенно проговорила она, — мы еще сможем стать друзьями.

Взгляд Консуэло затуманился.

— Мне хотелось бы на это надеяться.

Затем, словно встряхнувшись, она произнесла уже совсем другим тоном:

— Мисс Тори, священник уже здесь. Вам не мешало бы поторопиться. Надеюсь, вы не хотите показать отцу, что вы в дурном настроении?

Тори не хотелось показывать этого не столько отцу, сколько Итану. Одна мысль о его насмешливом взгляде вызывала у нее дрожь.

Тори закончила свой туалет, и Консуэло отошла на шаг, чтобы как следует оглядеть невесту.

— Ты выглядишь потрясающе! — воскликнула она. — Твой отец наверняка будет доволен. Выше голову, Тори! Думай о том, что ты делаешь это ради отца. Ты должна гордиться собой!

Тори встретилась с Консуэло взглядом, и этот взгляд решил все. Он словно зачеркнул годы вражды между ними — если не навсегда, то по крайней мере на какой-то период. Обе знали: несмотря на все, что разделяет их, есть и то, что очень крепко соединяет, — любовь к Кэмпу Мередиту.

— Да, — вздохнула Тори, — я поступлю так ради отца. Высоко подняв голову, она вышла из комнаты.

Свадебная церемония закончилась на удивление быстро, чему Тори была весьма рада. Проходила она в кабинете Кэмпа, и единственными присутствующими, кроме жениха с невестой и священника, были Кэмп и Консуэло. Священник — то ли от страха, то ли от гордости, что его пригласили в Каса-Верде, то ли и от того и от другого — имел особо торжественный вид и был весьма немногословен. Итан облачился в новую белую рубашку и начистил сапоги, но это было единственным, что отличало его наряд от повседневного. Кобура с револьвером, как всегда, висела на боку, а в руке была все та же шляпа. Казалось, свадьба была для него крайне незначительным эпизодом среди дня, полного обычной рутины. За все время церемонии он так ни разу и не взглянул на Тори. Слова клятвы он повторил вслед за священником механически и нетерпеливо. Тори вела себя точно так же. Она старалась ни о чем не думать — иначе бы она не выдержала и пулей вылетела из комнаты.

Но как ни тяжело было у нее на душе, Тори чувствовала, что, взгляни Итан на нее хотя бы один раз, прояви он к ней хоть немного внимания и нежности — все было бы по-другому. Тогда бы еще оставалась надежда…

Самым ужасным моментом был тот, когда Итан должен был надеть ей на палец обручальное кольцо. Покосившись на его руку, державшую кольцо, Тори с ужасом заметила, что это то самое скромное золотое колечко, которое ее мать носила всю жизнь в знак верности Кэмпу. Тори похолодела, рука непроизвольно сжалась в кулак. Нет, Итан ни за что не наденет ей это кольцо! Это было бы насмешкой над памятью матери. Выхватив кольцо у Итана, Тори зажала его в кулаке. Кольцо по праву принадлежит ей, и оно останется у нее, — но носить его она никогда не будет!

К чести Кэмпа, он старался как можно меньше играть чувствами дочери. Заплатив священнику, он отпустил его восвояси, и все пошли ужинать, словно это был самый обычный день. Тори почти не притронулась к еде, но этого, похоже, никто не заметил. Говорили за ужином мало, в основном Кэмп, Итан лишь вежливо поддакивал. Иногда Тори казалось, что Итан смотрит на нее, но каждый раз, когда она робко поднимала на него взгляд, он был занят чем-то другим, и Тори решила, что это ей скорее всего только чудилось. Как бы то ни было, когда ужин закончился, Консуэло прошла во двор, где ее ждал экипаж, а Тори получила наконец возможность вернуться в свою комнату, чему она была бесконечно рада.

Было уже темно. И в доме, и на дворе все затихло. Розита помогла Тори переодеться в ее обычную ночную рубашку и задернула шторы. Чувствуя настроение хозяйки, служанка не стала — задавать лишних вопросов о том, как прошла свадьба, за что Тори была ей весьма признательна. Если бы Розита пустилась в пространные рассуждения о том, как важна для новобрачной ее первая ночь, Тори бы ее придушила.

Розита удалилась. Забравшись в постель, Тори притушила светильник и долго лежала.в темноте, думая о том, хватит ли у Итана наглости — или глупости — прийти к ней сегодня. Что ж, пусть попытается — отпустив Розиту, Тори надежно заперла дверь.

Тори ждала очень долго, но шаги на лестнице так и не раздались. К своему удивлению, Тори вдруг почувствовала разочарование.

День ее свадьбы. Он должен был стать самым счастливым днем в ее жизни, а стал самым грустным.

Тори ворочалась в постели, нервно теребя рукой волосы. Да, жизнь — не только праздники, но могла ли она представить, что все так обернется? Тори вспомнила ту волнующую ночь, когда она ждала поцелуя Итана. Что тогда произошло между ними?

Он целовал ее… Но было ли это настоящим чувством или обычной реакцией мужчины на женщину? Он так нежно обнимал ее, когда, спасшись после песчаной бури, они, обессиленные, спали в заброшенном доме… Да уж не приснилось ли ей это?