Джен Эйр - Бронте Шарлотта - Страница 74

74

— Нет, благодарю вас, сэр.

— А отчего «нет, благодарю вас», смею спросить?

— Я с вами никогда не обедала, сэр, и не вижу причины отступать от этого, пока…

— Пока что? Как вы любите не договаривать.

— Пока иначе уже будет нельзя.

— Вы, может быть, воображаете, что я ем, как людоед или обжора, и боитесь быть моей соседкой за столом?

— Я вовсе не предполагала этого, сэр. Но я хотела бы жить этот месяц так, как жила.

— Вы сейчас же прекратите этот рабский труд гувернантки.

— Отнюдь нет! Прошу прощения, сэр, не прекращу. Я буду делать свое обычное дело. Мы с вами не будем видеться весь день, как и до сих пор. Вечером вы можете присылать за мной, когда захотите меня видеть, и я приду. Но ни в какое другое время дня.

— Мне необходимо покурить, Джен, или взять понюшку табаку, чтобы немножко прийти в себя от всего этого, — pour me donner une contenance[31], как сказала бы Адель, — а у меня, к несчастью, нет с собой ни моих сигар, ни моей табакерки. Но послушайте, что я вам шепну. Сейчас ваша власть, маленький тиран, но скоро будет моя, и тогда я уж вас схвачу и посажу, выражаясь фигурально, вот на такую цепь (при этом он коснулся своей часовой цепочки).

Он сказал это, помогая мне выйти из экипажа. Пока он извлекал оттуда Адель, я поспешила к себе наверх.

Вечером он пригласил меня к себе. Но я уже приготовила для него занятие, так как твердо решила не проводить все время в нежных разговорах с глазу на глаз. Я помнила о его прекрасном голосе и знала, что он любит себя слушать, как любят обычно хорошие певцы. Сама я не обладала голосом и была, на его строгий вкус, плохой музыкантшей, но прекрасное исполнение слушала с радостью. Как только спустились романтические сумерки и раскинули над лугами свое синее звездное покрывало, я встала, открыла рояль и попросила его во имя всего святого спеть что-нибудь. Он сказал, что я волшебница с причудами и что лучше он споет в другой раз. Но я уверила его, что время самое подходящее.

— Нравится вам мой голос? — спросил он.

— Очень.

Мне не хотелось поддерживать в нем тщеславие, которое было, кстати сказать, его слабой стороной, но, в виде исключения, по некоторым причинам я была готова польстить ему.

— Ну, тогда, Джен, вы должны аккомпанировать.

— Хорошо, сэр. Я попробую.

И я попробовала, но он в ту же минуту стащил меня с табуретки, обозвав маленьким сапожником. Затем, бесцеремонно отстранив меня, — я только этого и хотела, — уселся на мое место и начал сам себе аккомпанировать: он играл так же хорошо, как и пел. Я взобралась на подоконник и смотрела оттуда на тихие деревья и туманные луга, в то время как он своим бархатным голосом напевал чувствительный романс:

Любовь, какую ни один,Быть может, человекИз сердца пламенных глубинНе исторгал вовек, —Примчалась бурною волнойИ кровь мою зажгла,И жизни солнечный прибойМне в душу пролила.Ее приход надеждой был,И горем был уход.Чуть запоздает — свет не мил,И в бедном сердце — лед.Душою жадной и слепойЯ рвался к небесам —Любимым быть любовью той,Какой любил я сам.Но, наши жизни разделив.Пустыня пролегла —Как бурный штормовой прилив,Безжалостна и зла.Она коварна, как тропаВ глуши, в разбойный час;Закон и Злоба, Власть, ТолпаРазъединяли нас.Сквозь тьму преград, сквозь мрак обид,Зловещих снов, скорбей,Сквозь все, что мучит и грозит,Я устремлялся к ней.И радуга легка, светла,Дождя и света дочь,Как в полусне, меня вела,Пресветлая, сквозь ночь.На облаках смятенной тьмыТоржественный рассвет,И нет тревог, хоть бьемся мыВ кольце нещадных бед.Тревоги нет. О светлый миг!Все, что я смел с пути,Примчись на крыльях вихревыхИ мщенья возвести!Поставь, Закон, свой эшафот,Низвергни, Злоба, в прах!О власть, где твой жестокий гнет? —Мне уж неведом страх.Мне руку милая далаВ залог священных уз,Две жизни клятвою сплела —И нерушим союз.Она клялась мне быть женой,И поцелуй пресекЕй путь иной: она со мнойНа жизнь, на смерть — навек.О, наконец вслед за мечтойВзлетел я к небесам:Блажей, любим любовью той,Какой люблю я сам.[32]

Едва закончив, мистер Рочестер встал и подошел ко мне; меня смутило его взволнованное лицо и блестящий соколиный взгляд, нежность и страсть в каждой черте. Я растерялась, затем овладела собой. Нет, я не желала ни идиллических сцен, ни пылких объяснений, а тут мне угрожало и то и другое. Я должна была приготовить оружие защиты. Я отточила свой язычок, и когда он подошел ко мне, спросила задорно, на ком он собственно собирается жениться.

Что за странный вопрос задает ему его любимая Джен?

Ничуть не странный, наоборот, совершенно естественный и необходимый. Ведь он только что пел о том, что его любимая должна умереть вместе с ним. Так что же он хочет сказать этой чисто языческой идеей? Я отнюдь не собираюсь умирать вместе с ним, пусть не надеется.

О, единственно о чем он просит, чего он жаждет, это чтобы я любила его живого. Смерть не для таких, как я.

Вот еще! Я так же умру, как и он, когда настанет мой час, но я собираюсь ждать этого часа, а не спешить ему навстречу.

Прощу ли я ему это эгоистическое желание и не докажу ли свое прощение примиряющим поцелуем?

Нет уж, увольте!

Тут я услышала, как он назвал меня «злой девчонкой» и затем добавил:

— Другая женщина растаяла бы, если бы в ее честь были спеты такие стансы.

Я уверила его, что я от природы сурова и черства и у него будет полная возможность в этом убедиться. Да и вообще я собираюсь показать ему за этот месяц целый ряд неприятных черт моего характера. Пусть знает, какой выбор он сделал, пока еще не все потеряно.

Не собираюсь ли я успокоиться и поговорить разумно?

Успокоиться я могу, что же касается разумности, то я льщу себя надеждой, что говорю разумно.

Он негодовал, ворчал и чертыхался. «Очень хорошо, — решила я, — злись и негодуй, сколько хочешь, но я уверена, что в отношении тебя это самая правильная линия поведения, лучше не придумаешь. Я люблю тебя сильней, чем могу сказать, но я не собираюсь разводить сентименты, а своей колючей трезвостью я и тебя удержу на краю пропасти. Я сохраню то расстояние между тобой и мной, которое необходимо для нашего общего блага».

вернуться

31

чтобы приободриться (фр.)

вернуться

32

Перевод Б.Лейтина.