Первый король Шаннары - Брукс Терри - Страница 40

До него донесся какой-то звук, напоминающий вздох или тихий стон. Риска быстро вошел внутрь.

Глаза дворфа мгновенно привыкли к темноте под пологом, и он обнаружил, что внутри ничего не было: ни живых существ, ни мебели, ни постели — никаких признаков жизни. Паланкин был пуст.

Риска не верил своим глазам.

В этот миг в тишине раздалось шипение, низкое и угрожающее, и воздух перед ним зашевелился. Тьма сжималась и уплотнялась, образуя очертания существа из плоти там, где только что не было ничего. В воздухе стала вырисовываться фигура, закутанная в черный плащ. Наконец Риска догадался, что происходит, и жуткий холод пробежал по всему его телу. Все это время Чародей-Владыка был здесь, здесь в темноте, невидимый, он следил и ждал. Возможно, он даже знал о приближении Риски. Он был совсем иным, нежели представлял его себе дворф, — вовсе не существом из плоти и крови, которое можно убить обычным оружием. С помощью магии он вырвался из телесной оболочки и теперь мог принимать любую форму или вообще не иметь никакой. Неудивительно, что стражи не оказалось. Она была не нужна.

Чародей-Владыка потянулся к нему. Секунду Риска не мог двинуться с места, и ему показалось, что он так и погибнет, даже пальцем не пошевелив. Потом пламя решимости прорвалось сквозь страх и воодушевило его. Риска угрожающе заревел на страшную черную тень, простирающую к нему бесплотную руку и пожирающую его красными кровяными глазами. В этом возгласе прозвучало отчаяние за собственный страх, за предательство судьбы. Боевое копье поднялось вверх в могучем замахе, многократно усиленном магической энергией. Чародей-Владыка сделал движение рукой, и Риска почувствовал, как вокруг его тела сомкнулся железный обруч. Чудовищным усилием он разжал его и метнул копье. Сталь ударилась о темный силуэт и разлетелась мелкими искрами.

Риска не стал дожидаться, что будет дальше. Он инстинктивно понял, что этого сражения ему не выиграть, — чтобы справиться с этим противником, мало силы рук и воинского искусства. Едва выпустив из рук копье, Риска нырнул под откинутый полог, вскочил на ноги и рванулся на свободу. Со стороны костров уже доносились крики, солдаты просыпались и вскакивали. Риска не оглядывался, но чувствовал, как Брона, подобно черному облаку, высунулся наружу, стараясь затащить его обратно. Риска пронесся через открытое пространство и перемахнул ближайший костер, сбивая догорающее пламя и разметав во все стороны искры и головешки. Он выхватил у спящего солдата меч и бросился влево, в густой дым от разворошенного костра.

Отовсюду неслись сигналы тревоги. Рука Чародея-Владыки все продолжала тянуться за ним, сжимая его грудь, однако чем дальше он убегал, тем слабее она становилась. В голове у Риски все смешалось, и он постарался прийти в себя. Впереди появился тролль и с грозным видом преградил ему путь. Не замедляя бега, Риска вонзил кинжал в его шею. Он действовал инстинктивно, не в силах заставить себя ясно мыслить. Вокруг него метались солдаты, не понимающие, в чем дело, и пока не догадывающиеся, что поднял этот переполох именно он. Риска заставил себя сбавить ход, стараясь не обращать внимание на лихорадочно колотившееся сердце и теснение в груди. Скорее в тень! Осталось совсем немного! Дворф продолжал двигаться быстро, но уже не бежал. Он сконцентрировал всю свою магическую энергию, о которой забыл в тот момент, когда бросился бежать, и только теперь осознал, что почти утратил контроль над ней, дав волю страху. Он быстро набросил на себя магический покров и повернул налево, в сторону открытых равнин в направлении, противоположном тому, откуда пришел и где его, скорее всего, не станут искать. Если его заметят, придется пробиваться с боем и он наверняка погибнет. Их слишком много. Слишком много на одного, не важно — друид он или нет.

Риска спешил покинуть лагерь. После встречи с Чародеем-Владыкой его охватил такой жар, что казалось, он вот-вот задохнется. Он заставил себя дышать реже и не обращать внимание на суматоху в разбуженном лагере, крики, вопли, топот ног сотен солдат, посланных во все стороны. Впереди он уже видел черную равнину, лежащую за пределами кольца лагерных костров. По всему периметру стояла стража, но ее внимание было обращено в темноту в ожидании нападения именно оттуда. Риска почувствовал почти непреодолимое желание оглянуться, чтобы увидеть, не преследует ли его кто-либо, но интуиция подсказала ему, что если он сделает это, то выдаст себя. Может быть, Чародей-Владыка, увидев его глаза, узнает его даже под магическим покровом. И этого будет достаточно, чтобы уничтожить его. Риска не стал оборачиваться. Он продолжал идти вперед, слегка замедляя шаг, чтобы выбрать наиболее подходящее место, где пересечь границу лагеря.

— Ты и ты, — решительно приказал он двум гномам, поспешно проходя мимо, чтобы они не смогли увидеть его лицо. Риска обратился к ним на их языке, на котором свободно говорил с десяти лет. — Идите со мной, — кивнул он.

Гномы не задавали вопросов. Солдаты вообще редко задают их. Они приняли Риску за офицера и без разговоров пошли за ним. Он уверенно двинулся в темноту, как будто у него было какое-то задание и он точно знал, куда и зачем идет. Отведя гномов подальше, Риска приказал им идти на разведку в разные стороны, а сам преспокойно пошел прочь. Друид не стал возвращаться за своим оружием и плащом, понимая, что это слишком опасно. Ему посчастливилось остаться в живых, и он не собирался еще раз испытывать судьбу. Риска глубоко вдыхал ночной воздух, стараясь унять биение сердца. Интересно, сознавал ли Бреман природу своего врага? Понимал ли, каким могуществом обладает Чародей-Владыка? Должно быть, знал, ведь он ходил в логово монстра и следил за ним. Риска немало вопросов задал бы старику, если б мог с ним встретиться. Сделай он это раньше, ему никогда бы не пришло в голову пытаться в одиночку уничтожить Брону. Он бы точно знал, что для этого нужно совсем другое оружие. Неудивительно, что Бреман ищет талисман. Неудивительно, что он верит видениям, посланным духами мертвых.

Риска взглянул в небо в поисках Слуг Черепа, но не увидел их. И все же он продолжал идти под покровом магии. Вступив на равнину Рэбб, друид повернул на юго-восток, в сторону Анара. Прежде чем утренние лучи позволят врагам заметить его, он будет уже в безопасности под сенью деревьев. В этот день ему не пришлось вступать в бой, и он с полным правом мог считать себя счастливцем, что остался в живых.

Но как биться с таким врагом, как Чародей? Что сказать дворфам, чтобы дать им надежду?

Ответов не было. Риска уходил все дальше и дальше в ночь, надеясь все-таки найти их.

ГЛАВА 13 

Спустя два дня армия Северной Земли стояла в двадцати милях от Сторлока. Полчища беспрепятственно пересекли равнины и, повернув на восток в сторону Анара, окруженного со всех сторон дремучими лесами, гигантским неповоротливым червяком неуклонно приближались к благословенной земле дворфов. На фоне сумеречного неба ярко горели сторожевые огни, от которых на несколько миль вокруг по равнине расстилался светло-желтый дым. Даже с оконечностей Зубов Дракона, прилегавших к самому входу в Сланцевую долину, Кинсон Равенлок видел их свет.

«Весь вечер у них уйдет на переправу через реку Рэбб. На рассвете армия снова двинется на юг, а значит, к завтрашнему рассвету она окажется прямо напротив селения сторов», — думал Кинсон.

А это, по мнению жителя приграничья, означало, что они с Марет должны пересечь равнину Рэбб этой ночью, чтобы опередить армию, если, конечно, они не хотят быть пойманными.

Стоя неподвижно в темной расщелине футах в пятидесяти над равниной, Кинсон поймал себя на мысли, как хорошо было бы добраться сюда днем раньше. Тогда им не пришлось бы пересекать равнину ночью. Он знал, что с наступлением темноты крылатые охотники Броны начнут рыскать над ней и переход будет небезопасным. Не слишком приятная мысль. Он обернулся туда, где, растирая ноги в попытке унять боль от тяжелого дневного перехода, сидела Марет. Ее башмаки и плащ небрежно валялись на земле рядом с их скудной поклажей. Конечно, они не могли дойти сюда раньше. Ему и так приходилось постоянно подгонять девушку. Она была еще слаба после того, что произошло с ней в Башне Мудрых, силы ее быстро таяли, и ей приходилось часто отдыхать. И все же она ни разу не пожаловалась на усталость, даже когда он настоял, чтобы они не делали привала на ночлег, пока не дойдут до Сторлока.