Обменные курсы - Брэдбери Малькольм Стэнли - Страница 25

– Может быть, немного, – отвечает Петворт.

– Не двигайтесь быстро… – Любиёва внезапно понижает голос. – Посмотрите в соседнюю нишу. Видите брюки? Видели раньше похожие?

Петворт медленно поворачивается. Некто сидящий в соседней нише покачивает ногой, так что периодически виден ботинок и черные брюки в тонкую белую полоску. На столике лежит мужское портмоне.

– Возможно, – отвечает Петворт,

Любиёва лезет в сумку, вынимает футляр и достает очки в красной оправе; они большие и закрывают ей пол-лица.

– Товарищ Петвурт, – сурово говорит она, – Думаю, нам пора занимать дело. Вот, пожалуйста, посмотрите свою программу.

Любиёва протягивает Петворту очередное слепо отпечатанное письмо, очень похожее на то, что у него в кармане, тоже на официальном бланке Минъстратіікультури комитетьиіі, Оно озаглавлено «Вояжьна прифиссорім Петвортім» – это явно сюжет его дней, сюжет, о котором он так мечтал. Здесь записана его упорядоченная судьба; очевидно, этот Петвортім будет всё время занят. Почти все его часы расписаны: встречи и лекции, поездки и осмотр достопримечательностей. Здесь он посещает минъстратіі, там лавру, здесь делает реформистские дидактические рекомендации на факултьтіі фильгаыім, там слушает опер. Дни его мобильны и подвижны: здесь он едет на машине в Глит, там поездом в Ногод, потом поездом в Провд. Правдоподобная история, живая, безобидная, как раз по способностям Петворта.

– Пожалуйста, прочтите очень внимательно, – говорит Любиёва, глядя на него поверх очков. – Мы делаем вам свои пропозиции. Вы можете возразить или попросить измену, но скажите мне сейчас. Иначе это наш договор, и вы должны его делать,

– Да, всё замечательно, – говорит Петворт, кладя письмо на стол.

– Вы внимательно прочли? – спрашивает Любиёва, пристально глядя на него. – Пожалуйста, обратите внимание, все дни учтены. Во всех местах, куда вы поедете, есть хорошие ученые. Все очень любезные. В Глите есть башни на старом замке. В Ногоде вы увидите старую лавру с картинами и лес с оленицами. Провд современный, знаменит своим сталеварением.

– Замечательно, – отвечает Петворт.

– Вы вернетесь в Слаку ко дню нашего всенародного торжествования, вы видели флаги, – продолжает Любиёва. – Вы прочтете семь лекций и посетите четыре места. Ясно?

– Да, всё превосходно.

Любиёва с раздражением смотрит на него поверх очков.

– Всё так, четыре места, вы не хотите три? – спрашивает она. – Вы принимаете названия для ваших лекций? Вы привезли их с собой? Вы не хотите их изменить? Нет мест, куда вы хотите поехать, кроме включенных в список? Нет людей, с которыми бы вы хотели встретиться, кроме упомянутых в программе?

– Нет, – отвечает Петворт.

– Правда? – настаивает Любиёва. – Вы не хотите один день просто отдохнуть? Не желаете другие развлечения, например, рыбалку? Может быть, вам не нравится этот опер, «Ведонтакал Вроп»? Он поется только на нашем языке и длится пять часов. Может быть, у вас есть какая-то критика процедуры?

– Нет, – отвечает Петворт.

– Тогда, думаю, у вас много вопросов?

– Вообще-то нет.

– Товарищ Петвурт, – строго произносит Любиёва. – Вы правда приложили всё внимание? Думаю, вы всё время смотрели на разлюбезных дам. Вы понимаете, что должны будете сделать все эти вещи? Тогда почему вы не устраиваете мне нервотряпку, как другие?

– Мне всё нравится, – отвечает Петворт. – Я люблю организованность и рад, что мои дни заполнены. Я не люблю быть предоставленным самому себе. Всё замечательно.

– Так вы соглашаетесь? – спрашивает Любиёва.

– С радостью, – отвечает Петворт.

– Вы знаете, что я должна буду ехать с вами во все эти места? Или вы против?

– Нет, я очень рад, – говорит Петворт.

– Вот и хорошо. Без гида ездить запрещено. Знаете, для меня это будет очень интересно. Значит, мы покончили наши дела. Хотите теперь заказать напитки?

После долгих уговоров Петворт наконец с грехом пополам самостоятельно делает заказ. Клетчатая официантка приносит напитки и счет на блюдечке. Любиёва берет его.

– Вы меня пригласили? – спрашивает она, протягивая счет Петворту. – Вы хотите заплатить?

– Да, конечно, – отвечает Петворт, – но у меня нет денег.

– Разумеется, – говорит Любиёва. – Это потому, что вы не делаете свои дела как следует, вы что-то забыли. Теперь вы видите, почему вам сильно нужен гид. Вот ваши деньги, в конверте. Я ждала, пока вы попросите. Нет, Петвурт, пожалуйста, пожалуйста, не убирайте их в карман. Пересчитайте сейчас и распишитесь вот здесь.

Петворт высыпает на скатерть влоски с изображением жилистых мужчин, бьющих кувалдой, и еще более жилистых женщин перед какими-то станками. Кроме того, на стол со звоном высыпается кучка серебряных и медных биттіін.

– Хватит? Справитесь? – спрашивает Любиёва. – За вашу гостиницу уже заплачено.

– Наверное, хватит, – отвечает Петворт. – Правда, я не знаю обменного курса.

– Ладно, Петвурт, смотрите, я вам объясняю, – говорит Любиёва. – Маленькая – это биттіі. На нее можно купить коробок спичек или хорошенькую открытку. Синяя – это влоска. На нее можно двадцать раз взять трамвай, или купить восемь кило томатов, или шесть буханок хлеба, или, может быть, книгу. Теперь покажите мне, как вы платите по счету. Ой, Петворт, пятьдесят влосок за два напитка? Нет, положите две синих. И маленькую серебряную для девушки. Здесь запрещено давать на чай, но, если вы не даете, они сердятся. Вы расписались за деньги? О, какая красивая серебряная ручка, постарайтесь за ней приглядывать. В моей стране никто не крадет, но такие вещи часто пропадают. Вот, теперь мы действительно покончили наши дела. Пожалуйста, уберите деньги в карман, будьте хорошим мальчиком. А я сниму очки. Он ушел?

Петворт заглядывает в соседнюю нишу. Там никого, только пустой стакан и полная пепельница.

– Да.

– Как вы думаете, ваш добрый друг за нами следит? – спрашивает Любиёва. – Может быть, он сумасшедший?

– Это правда был он? – спрашивает Петворт.

– Не знаю, но думаю, что нам надо сделать еще тост, – отвечает Любиёва. Она сняла очки и снова улыбается. – Товарищ Петвурт: за добрую поездку между нами, дружбу и солидарность.

– Да, – говорит Петворт. – За добрую поездку вместе.

– И даже если вы так не думаете, из-за аэропорта, вы увидите, что я очень хороший гид. Может быть, немножко строгая на вас, но правда, Петвурт, я уверена, что вами нужно руководить. Что вы делаете теперь? Думаю, вам надо поесть. В Слаке много хороших ресторанов, но, думаю, в первый вечер лучше остаться в гостинице. Там наверху ресторан, лучше всего есть уток. Они называются «крякьякіі», как говорят утки. Можете повторить?

– Крякьякіі, – говорит Петворт.

– О, замечательно! – восклицает Любиёва. – Дальше надо совершенствовать себя. Выживает лишь тот, кто говорит. Надеюсь, вы сумеете. Ну, уже поздно, идем.

Они идут мимо бара-кибитки и хмурого бармена. Одна из блондинок поворачивается и одаривает Петворта ослепительной улыбкой. Вестибюль заполнен новыми приезжими: толпа сикхов в тюрбанах окружила девушку с залакированными волосами. Любиёва останавливается, чтобы застегнуть пальто.

– Помните, Петворт, – говорит она. – Подойдите к этой мерзавке через два часа, пусть она отдаст вам паспорт. В одиннадцать, пожалуйста, позвоните вашей Лотти и передайте ей страстный привет Плитплова. А теперь мне можно идти? Вы всё запомнили?

– Конечно, – отвечает Петворт. – А что будет завтра?

– Ой, товарищ Петвурт, вы уже делаете мне нервотряпку, – говорит Любиёва. – Вы читали программу? Что-нибудь из нее легло вам в голову?

– В чужой стране так трудно всё упомнить.

– Особенно, думаю, вам. Я прихожу в девять, сюда, мы едем в минъстрати, там официальные приветствия. Наденьте хороший костюм, если он у вас есть. Не забудьте сперва позавтракать, или тут тоже нужна будет моя помощь? Пейте молочко, кушайте кашку, товарищ Петвурт?

– Нет, я справлюсь, – отвечает Петворт.