Дуxless: Повесть о ненастоящем человеке - Минаев Сергей Сергеевич - Страница 18

– Юля, дождь начался, ты уже в машине?

– Ага.

Я открываю окно и чуть выставляю телефон на улицу.

– Слышишь капли?

– Ага.

– Юленька, мы слышим одни и те же капли, здорово?

– Здорово, я сейчас поймала себя на мысли, что тоже хочу тебе позвонить и сказать про дождь. Глупо, да?

– Не-а. Здорово. Мы сегодня очень хорошо погуляли. Удивительно просто.

– Мне так хорошо…

– Это просто сегодня такой особенный, прекрасный день. Ну ладно, я поехал. Я тебе еще позвоню.

– Пока. Будь, пожалуйста, аккуратнее.

– Буду. Обязательно буду…

Я сижу в машине на Мясницкой улице, перед входом в клуб. Подъезжает Вадим.

Мы проходим с ним под козырек, спускаемся по ступенькам вниз и попадаем в само помещение. У стен лежат половые доски, различные стройматериалы, кресла или диваны, затянутые полиэтиленом, стены подготовлены к облицовке, а проломы в них подразумевают переходы в другие залы. У задней стены помещения стоит стол в псевдобарочном стиле и кожаное кресло с высокой спинкой, в котором, положив ноги на стол, сидит Саша, Мишкин партнер, и смотрит в ноутбук. Он совершенно абстрагирован от помещения, и его лицо выражает ту же мимику, как если бы он сидел в пентхаусе на Манхэттене, а не в недостроенном клубе. Мишка лежит на распакованном белом диване и листает «Буржуазный журнал». Под диваном находится стопка разного рода глянца, типа «Меню удовольствий», «GQ» и «Vogue». К единственной готовой розетке подключена большая кофе-машина. Никаких факсов и телефонов, именно кофе-машина. В общем, весь интерьер говорит о том, что сидящие здесь люди не ждут никаких особо важных звонков и новостей. Все новости они создают сами.

– Привет, – говорю я, – мы таки добрались.

– Хай, кофе будете? – поворачивает к нам голову Саша. Из-за того, что он жует печенье, фраза звучит как «Фай, фофе вувите?», что сразу создает ощущение домашней обстановки.

Печенье лежит на столе в блюде из светло-голубого стекла, такого же, как и кофейные чашки. Оно выглядит особенно стильно посреди этого бардака. Саша ловит мой взгляд на тарелку и говорит извиняющимся тоном:

– Я просто не люблю есть на говне, – и пожимает плечами.

– Саша у нас эстет такой, что мама не горюй. Эстет, у тебя WI FI работает? – встает с дивана Мишка. – Привет, садитесь на диван, или хотите, я вам кресла распакую? Только получили из Италии.

– Нет, Миш, спасибо, – говорит Вадим и плюхается на диван.

– А у вас тут еще и WI FI будет? – спрашиваю я.

– Ага. Днем здесь будет функционировать кофейня и что-то типа бизнес-ленчей. Вокруг же одни офисы. Готовимся показать двадцать первый век лицом, – отвечает мне Саша.

– Ну что, ребят, давайте сначала кофе, потом посмотрим дизайн, потом мы с Сашкой вам тут все покажем. Вадим, тебе кофе, извини, могу предложить только без сахара. Заменителя нет, – говорит Мишка с недовольной гримасой, – у нас завхоз не расстарался, все в интернетах висит, – кивает он на Сашку.

Сашка показывает ему фак и продолжает щелкать по клавишам компьютера.

– А ты знаешь, что я пью кофе с заменителями? – оживляется Вадим.

– Я не знаю. Я помню, старик. Ничего не пропадает, – стучит Мишка себя по голове.

Мы пьем кофе, стоя вокруг ноутбука, и смотрим макет дизайна. Смотрится в самом деле сногсшибательно. Все в белой коже и блестящем металле, диджейское место стилизовано под кабину пилотов самолета. Под потолком две площадки для go go girls. VIP-зал обтянут кожей шоколадного оттенка («Дизайн випа спиздили у офисов “Swiss Air”», – доверительно сообщает нам Мишка).

– Три зала повторяют концепцию самолета: эконом-, бизнес– и первый классы. Персонал одет под стюардесс и стюардов. В випе и бизнесе будут даже тележки со спиртным, наподобие тех, что есть на борту самолета. За випом комната отдыха для супергостей (дизайн пока не готов). Барная стойка решена в виде крыла самолета, что естественно. Общая площадь 600 метров. Сорок восемь «привозов» западных диджеев. Ну, каждую неделю, короче. В экономе днем будет кафе, а в клубные дни – лохденс. Цены и ассортимент выпивки демократичные. Цены в бизнесе и первом классе «улетные», что естественно. Место хорошее, парковка довольно вместительная. Думаю, аншлаг обеспечен, – резюмирует Саша.

– А называться будет «Concordе», что естественно? – ехидничает Вадим.

– Называться будет «Jet Lounge». И название мы не будем менять даже для самых крупных инвесторов, – так же ехидно отвечает Саша.

Затем мы ходим по залам, и Мишка, отчаянно жестикулируя, объясняет, где будет гардероб, туалеты, кухня и прочее. Постоянно тыкает в план помещения, в котором ни я, ни Вадим ничего не разбираем. Пока я застреваю в первом зале, пытаясь понять, сколько посадочных мест планируется тут с расчетом на кафе в будние дни, Вадим с Мишкой уходят дальше. Я дохожу до третьего зала и вижу, как Мишка что-то рассказывает Вадиму, изображая руками беременную женщину. Вадим смеется и хлопает Мишку по плечу, и по его лицу я вижу, что он попал под Мишкино обаяние окончательно и бесповоротно. Они щебечут, как старые друзья, и я испытываю что-то вроде ревности к нему – ведь это я познакомил их с Мишкой. Но на самом деле мне очень прикольно, что все тут так, практически с первого раза, подружились и нашли общий язык. И в воздухе витает ощущение команды или чего-то в этом роде.

Сзади подходит Сашка и спрашивает:

– Под нами подвал есть, я вот думаю, может, нам там бордель для олигархов сконструировать? – Он достает из кармана очки «Gucci» в зеленой пластиковой оправе, протирает их мягкой тряпкой и надевает, смешно поправляя их указательным пальцем в районе переносицы. – Как считаешь?

– Клевая идея, – отвечаю я, поднимая вверх большой палец правой руки.

Мы возвращаемся в первый зал, и Вадим спрашивает:

– Как вы хотите получить деньги и под какие документы?

– Наличные, безналичные – все равно, – отвечает Мишка.

– Учредительные документы изменим за два-три дня, потом переведете деньги, – резюмирует Саша.

– Ну, партнер, что скажешь? Нравится тебе? – спрашивает меня Вадим.

И эта наигранная фраза необходима, понимаю я. Несмотря на то что мы с Вадимом приняли решение еще утром – каждый самостоятельно, нам стоит выдержать приличествующий моменту этикет.

– А тебе как? – спрашиваю я.

– Можно попробовать, – говорит Вадим и закуривает.

– Ну, давай впишемся, – небрежно говорю я и роюсь по карманам в поисках сигареты.

Саша и Миша смотрят на нас, как добрые родители смотрят на своих непутевых детей, и мне становится слегка неловко от этих фуфловых финальных диалогов, которые мы с Вадимом прогоняем им с идиотски серьезными лицами.

Мишка достает из-за дивана дорожную сумку «Hermes», вынимает из нее бутылку шампанского «Dom Ruinart» и коробку с шестью бокалами «Riedel». Он подходит к нам с Вадимом и говорит так запросто:

– Может, бухнем по случаю? Мне как раз будущие поставщики подарили бутылку и образцы посуды. Заодно и обмоем.

И потом мы еще часа два пьем шампанское, которого обнаруживается три бутылки, рассказываем всякие смешные истории, ближе знакомимся с Сашкой, который при всей своей внешней меланхоличности оказывается человеком с потрясающим чувством юмора и багажом такого рода историй. Перманентно мы говорим тосты, обнимаемся, и каждый старается передать другому эмоциональный заряд из успешности, счастья и радости. И все мы выглядим как студенческие друзья, и в этот вечер, в сочетании со всеми событиями сегодняшнего дня, я чувствую себя впервые по-настоящему счастливым.

Потом мы собираемся разъезжаться, и Вадим садится ко мне в машину «на пару сигарет» и, несколько стесняясь, говорит мне:

– Брат, у меня такое дело… Понимаешь… В общем, когда они сказали, что можно загнать безналом, я подумал, что могу перевести еще пятьдесят тысяч со своего счета.

– Да ты тайный миллионер, как я посмотрю?

– Нет, старик, просто я же думал, что все наличными нужно будет внести, а у меня столько не было. В общем, тут такое предложение. Я внесу сотку, а ты как бы займешь у меня двадцать пять тысяч. Ты же хотел занимать все равно?