Удержать мечту. Книга 2 - Брэдфорд Барбара Тейлор - Страница 59

Но позже, когда к ней снова вернулась способность рассуждать здраво, Пола поняла, что его поведению нет прощения. Катастрофы можно было избежать. Но Джим проявил безрассудство. В глубине души Пола не слишком-то верила в его россказни о заглохшем двигателе. Он принимал таблетки от простуды, он выпил полбутылки вина. Пусть и не слишком пьяный и заторможенный от лекарств, он все равно находился не в том состоянии, чтобы управлять самолетом.

Когда в то же роковое воскресенье, только несколько позже, она позвонила Шейну в Нью-Милфорд, он искренне ей посочувствовал. Однако Шейн понял ее двойственное положение и согласился с тем, чтобы ничего не предпринимать до тех пор, пока Джим не поправится. И уж тогда Пола сообщит ему, что хочет развестись.

Поворачивая на Найтсбридж, Пола молилась только об одном – хоть бы муж согласился. Но предчувствие, что он проявит несговорчивость, гвоздем засело где-то в уголке ее сознания.

«Не думай о таком повороте событий, избегай дурных мыслей, – решительно приказала она себе. – Тебе нужно только как-то пережить следующие несколько месяцев». На прошедшей неделе они с Шейном строили совместные планы и перекроили каждый свой распорядок дня, подлаживаясь друг к другу. Они не могли долго не видеться. В январе Пола прилетит к нему в Нью-Йорк. Февраль и март он проведет в Австралии и начнет перестраивать отель, новейшее приобретение О'Нилов. Жить он будет у ее брата Филипа. В апреле Шейн приедет в Англию, чтобы посмотреть на Изумрудную Стрелу в Больших национальных скачках, а до и после соревнований Пола встретится с ним в Лондоне. В конце апреля Шейн вернется в Нью-Йорк. К тому времени Джим должен встать на ноги, и, как только Шейн уедет из Англии, Пола объявит мужу о своем решении. В мае она наконец расскажет обо всем бабушке и вместе с близнецами переедет в Пеннистоун-ройял.

В мае. Это так нескоро! Впрочем, не так уж и долго. И в конце концов, у них с Шейном еще вся жизнь впереди.

Она непроизвольно ускорила шаг. Как ей хотелось услышать его голос! «Слава изобретателю телефона, – подумала она, заходя в универмаг со служебного входа. – По крайней мере, хоть разговаривать мы можем ежедневно».

Глава 38

Все четыре последующих дня шел сильный снег. Весь Йоркшир укрылся белым покрывалом. Местность вокруг Пеннистоун-ройял выглядела особенно живописно. Сложенные без раствора стены скрылись под снежными шапками, ветви деревьев пригнулись к земле, реки и ручьи затянулись глубоким льдом.

Но в день перед Рождеством снегопад внезапно прекратился. В лучах проглянувшего солнца ослепительно белый ландшафт заблистал всеми цветами радуги. От небес исходило алмазное сияние, а в воздухе разлилась восхитительная свежесть.

Затем наступили сумерки, и окрестные поля, болота и вересковые пустоши приобрели таинственный, волшебный вид в серебряном свете чисто вымытой зимней луны.

Эмма выглянула из окна спальни и замерла, глядя в сад. Снег и лед, объединившись вместе, создали самую волшебную на свете картину. И над землей царило белое безмолвие. Эмма почти физически чувствовала его. Но несмотря на захватывающую дух красоту, простиравшуюся перед ней, Эмма знала, что за тяжелыми железными воротами ее дома лежат опасные и коварные в такую погоду дороги.

Эмма повернулась и пошла в верхнюю гостиную. Ее не оставляло беспокойство за родственников и друзей, которые именно сейчас ехали сюда по этим дорогам. Никто не испугался гололеда в надежде провести с ней праздничный вечер. За многие годы такие вечера превратились в традицию, которую не хотелось нарушать.

Многие гости уже прибыли.

Вернувшись в Йоркшир, Пола, не теряя времени, перевезла всю свою семью в Пеннистоун-ройял. Джим, дети, нянюшка и санитар уже устроились на новом месте. Раньше, на неделе Эмили привезла из колледжа Аманду и Франческу. Давид и Дэзи в сопровождении Александра и его невесты Мэгги Рейнольдс прибыли вчера на лондонском поезде. Утром Эдвина и Энтони прилетели из Дублина и в середине дня уже добрались из аэропорта в старинный дом Эмили.

Хозяйка усадьбы задержалась у письменного стола, чтобы еще раз бегло пробежать глазами список гостей. Приглашения получили ее сыновья и их жены, но Эмили не сомневалась, что они не приедут. Что ж, теперь ей все равно. Она уже привыкла к их отсутствию.

Кит и Робин снова станут избегать ее, и Эмма знала, почему. Они предали свою мать и прекрасно осознают свою вину. Элизабет тоже не приедет. Она осталась в Париже с Марком Дебоне, но у нее хотя бы хватило чувства такта позвонить и поздравить мать с Рождеством. «Надеюсь, теперь-то она выйдет замуж действительно в последний раз», – подумала Эмили, пробегая глазами нижнюю часть списка.

Ее взгляд ненадолго задержался на Джонатане. Он принял приглашение. И Сара тоже. Они вместе приедут из Брамхоуна. Эмму занимало их наметившееся в последнее время сближение. «Может, они что-нибудь затевают? Хватит, Эмма Харт, не надо сегодня думать о дурном», – остановила она себя. Как же она устала от интриг, преследовавших ее всю жизнь. И вот теперь она слишком стара, чтобы снова брать меч в руки.

Стоя у стола со списком в руках, Эмма глубоко задумалась. Ей уже восемьдесят лет. Она давно уже исполнила свой долг перед людьми. Оставшееся время слишком драгоценно, чтобы тратить его на всяческие схватки. «Пусть в них участвуют другие, – подумала она – А я займусь своей жизнью – или тем, что от нее осталось. Мне нужно только одно – мир, спокойствие и общество моего доброго старого друга. Мы вместе пойдем навстречу судьбе. Блэки и я… Два старых боевых коня». Эмма почувствовала, как огромная тяжесть упала с ее плеч – только сейчас она окончательно осознала, что действительно отошла от дел восемь месяцев тому назад. Она вышла из игры. И не собиралась больше участвовать в ней никогда.

Эмма отвела взгляд от списка. Блэки, проводивший Рождество с Брайаном и Джеральдиной в Уэзбери, должен скоро приехать с ними и Мирандой. Вся семья Каллински тоже обещала прибыть пораньше. Харты сегодня соберутся в полном составе. У Рэндольфа тоже будет полон дом гостей, поскольку его мать, Шарлотта, и тетя Натали сейчас живут с ними, Салли и Вивьен в Аллингтон-холле. В четыре часа в Пеннистоун-ройял с чемоданом и тремя большими сумками, полными подарков, неожиданно для всех явился Уинстон. «Не хватает только Филипа и Шейна, – прошептала Эмма, откладывая в сторону список. – Но, возможно, они смогут приехать на следующий год. И тогда мы соберемся все вместе. Все три клана – целиком и полностью».

Бой часов, пробивших шесть, вывел Эмму из задумчивости. Она посмотрела на последний подарок, оставшийся лежать на столе. Остальные уже отнесли под елку в Каменный холл. Эмма присела и после недолгого размышления аккуратно заполнила рождественскую открытку.

В дверь постучали.

– Бабушка, это я, – объявила Эмили и вошла, окруженная душистым облаком.

Эмма подняла голову и улыбнулась внучке.

– Какая ты сегодня хорошенькая в своей шотландке Сифордских горных стрелков, – заметила Эмма, моментально узнав плед горцев в длинной юбке из тафты, красовавшейся на Эмили. – Там служил мой отец, а также Джо и Блэки во время первой мировой войны. Материал прекрасно смотрится с твоей белой шелковой блузкой.

– Да, мне тоже так кажется. – Эмили чмокнула Эмму в щеку и быстро добавила: – По-моему, ты немного удивилась, когда сегодня заявился Уинстон. Но я могла бы поклясться, что предупреждала тебя о его намерении приехать.

– Ничего ты не говорила. Но это не страшно. – Эмма поджала губы и со значением посмотрела на внучку. – Пожалуй, бесполезно просить вас вести себя прилично, но уж, по крайней мере, не бегайте друг к другу в спальню у всех на виду.

Эмили вспыхнула.

– Бабушка, ну как ты могла подумать такое?

– Потому что тоже была когда-то молода, хочешь верь, хочешь не верь. И я знаю, что такое любовь. Но соблюдай приличия, милая. В конце концов, дом полон гостей. Я не хочу, чтобы твоя репутация пострадала.