Два завоевателя - Брэдли Мэрион Зиммер - Страница 106

Затем мягко потрепал Пола по плечу:

— Просыпайся!

Харел тут же сел в кровати. Как только увидел глаза Барда, его еще сонное лицо исказилось гримасой тревоги. Первым неосознанным движением он прикрыл собой Мелисендру, только потом сказал, глядя на Барда:

— В том нет ее вины!

Бард криво усмехнулся. То, что Волк медлит с расправой, еще больше удивило и обеспокоило Пола. Он повторил:

— Она не виновата.

— Я знаю, — так же шепотом ответил Бард. — Как там дело ни повернется, Мелисендру я не трону.

Харел перевел дух, потом все еще настороженно глянул на двойника:

— Что ты здесь делаешь?

— То же самое я хотел спросить у тебя, — ответил тот. — Это, в конце концов, моя спальня. Я слышал, они тебя прошлой ночью короновали. Даже женили… На Мелисендре. Как тебе такое в голову пришло?! Как ты посмел сесть на трон Астуриаса?.. Меня несколько часов назад едва пустили в замок, потому что стража была твердо уверена, что я самозванец. Это ты отдал такой приказ?

Тут Бард еще раз обратил внимание, что они изъясняются исключительно шепотом. Так долго продолжаться не могло — наконец и Мелисендра открыла глаза. Она стремительно села, волосы упали на обнажившуюся грудь, в глазах мелькнул ужас. Они раскрылись так широко, что Бард невольно отпрянул.

— Бард! Нет! Нет! Не убивай его!.. Он не хотел…

— Позволь ему самому объясниться, — ответил Волк. Скорее рыкнул, отметил про себя Пол, сжав челюсти. Потом, тоже заметно озлившись, воскликнул:

— А ты чего ожидал! Они пришли ко мне и говорят — у нас, мол, нет выбора. Интересы государства… Нападение врагов… Они, мол, только и ждут, чтобы в королевстве началась смута. Мол, эта бомбежка была пробным шаром, и как только они узнают, что вы стали королем, они на время затаятся, и у нас появится шанс для организации обороны. Они верно рассудили, Бард! Мог ли я возражать, если разделяю их точку зрения. Я предложил — давайте подождем день-другой. Они отвечают — чего ждать? Нет у нас времени!.. Я говорю — ладно, а они в ответ — давай женись на Мелисендре. Таково требование закона. Что я должен был ответить? Что я не главнокомандующий? Что главнокомандующий сбежал — помчался в Нескью за отпущением грехов? Бард, они со мной не советовались, не упрашивали — они просто приказали короноваться! И жениться на Мелисендре! И в законном порядке признать наследником Эрленда. Если бы ты вернулся вовремя!.. А то нет… Ты занялся личными делами. Ты даже судьбой сына не поинтересовался. Ты же хотел, чтобы у тебя были развязаны руки, — вот и бери себе это королевство!.. Ты самый лучший, самый достойный кандидат. Это не комплимент — я же знаю, ты подспудно всегда мечтал об этом. Если ты хотя бы на десять минут выбросишь из головы своих баб и трезво пораскинешь мозгами, ты поймешь, что это — наилучший выход.

Бард убрал кинжал в ножны. Мелисендра вскрикнула, и три охранника ворвались в спальню. Видя, что Бард одет по-походному, а Пол лежит в кровати в ночной рубашке, они тут же схватили Барда.

Решение очевидное…

— Ты посмел обнажить оружие в присутствии короля? — прорычал один из них, и спустя несколько секунд Бард уже стоял разоруженный. Два стража держали его за руки.

— Как прикажете поступить с ним, лорд-генерал — прошу прощения — ваше величество?

Пол встал, накинул халат, посмотрел сначала на стражника, потом на Барда и понял, что попал из огня да в полымя. Вот уж чего ему больше всего не хотелось, так это казнить отца сына Мелисендры. Тем более на ее глазах… Не таилось в его душе гнева на Барда. Страшно было принять грех на душу. И зачем?

Только не спеши. И не глупи… Как раз по глупости ты и попал в камеру забвения. Дрянные бабы меня и засадили. Кто я такой, чтобы судить его? Но и обратного хода нет. Если я объявлю, что он — король, кем в таком случае окажусь я? Любовником королевы? Этого вполне достаточно, чтобы через пятнадцать минут лишиться головы. Тут и от Барда ничего не зависит. Если я отдам приказ казнить его, Мелисендра — я уверен — откроет правду. Если нет, меня ждет наказание, по сравнению с которым камера забвения покажется райским местом. Меня подвергнут такой казни, что и представить невозможно. Уж кого-кого, а варваров я знаю. Что же теперь предпринять?

Начальник караула глянул на Пола и рявкнул:

— Ваше величество, ждем распоряжений.

Тут и Бард подал голос:

— Это какая-то ошибка…

— Нет тут никакой ошибки, — заявил один из солдат. — Еще прошлой ночью этот человек пытался проникнуть в замок, называя себя лордом-генералом. Он сумел обвести вокруг пальца даже дома Варзила из Нескьи. Я считаю, он — шпион Хастуров. Может, нам взять да повесить его, ваше величество?

Мелисендра аж подпрыгнула на кровати. В этот момент в коридоре послышались громкие крики, затем в покои Барда вбежал посыльный.

— Ваше величество! Ваше величество! Посланник от Хастуров. Он с белым флагом… Варзил из Нескьи послал меня передать, чтобы вы немедленно встретились с ним в тронном зале.

Посыльный оказался младшим офицером штаба. Часовые как один отдали ему честь. Мелисендра успела накинуть халат. Внезапно Бард воскликнул:

— Это невозможно! Тронный зал переполнен ранеными и пострадавшими. Надо встретить посланцев в саду. Руйвел! — обратился он к младшему из охранников. — Ты же знаешь меня. Вспомни поход против Хамерфела, когда я поспорил с королем Одрином и убедил его отпустить тебя с нами. Вспомни, как знамя последнего принца Белтрана намоталось на твое копье.

— Волк! — ахнул солдат. Он тут же повернулся и угрожающе надвинулся на Пола: — Тогда кто этот человек?

Бард принялся объяснять:

— Мой рыцарь, а также доверенное лицо, выполнявшее очень важное задание. Я вынужден был отлучиться в Башню Нескьи по не терпящему отлагательств делу и оставил его вместо себя. Он и был коронован как мое доверенное лицо.

Начальник караула подозрительно оглядел их обоих и грубовато спросил:

— А с королевой он тоже обязан спать как доверенное лицо?

Молодой Руйвел замахал руками:

— С ума сошел! Как ты с королем разговариваешь? Хочешь, чтобы тебе голову с плеч снесли? Уж кого-кого, а Киллгардского Волка я всегда узнаю. Теперь меня не проведешь. Как самозванец мог узнать о том случае со знаменем?

Тут заговорил Пол — затараторил быстро, стараясь развить мысль, с помощью которой Бард хотел выбраться из неприятного положения:

— Что я, совсем ума лишился, чтобы принять на себя еще и супружеские обязанности короля! Дело в том, что он еще раньше обещал отдать мне Мелисендру в жены. Вот почему я согласился на это. Ваше величество, — обратился он к Барду и так глянул на него, что тот моментально догадался, что именно сейчас ему необходимо решительно взять инициативу на себя. — Скажите им, что вы не могли жениться на госпоже Мелисендре, так как у вас уже есть супруга.

Стражники совсем растерялись, да и офицер, признаться, тоже стоял в недоумении. До него дошло, что лучше не вмешиваться в семейные дела королей — того и гляди, головы лишишься. Та же мысль, по-видимому, пришла в голову и часовым. Они все разом вытянулись перед Бардом. Тот невольно бросил благодарный взгляд на Пола, потом распорядился:

— Ступайте и передайте посланнику Хастуров, что я встречусь с ним, как только приведу себя в порядок. Надо побриться, переодеться… Вы только ему об этом не говорите. Сообщите об этом дому Варзилу из Нескьи.

Когда солдаты вышли, Бард обратился к Мелисендре:

— Поверишь ты или нет, но я на самом деле решил выдать тебя замуж за Пола. А теперь как нам быть? Я не могу без Эрленда. Это единственное, что у меня есть.

Ее подбородок дрогнул, однако она сумела переломить себя и почти спокойно произнесла:

— Не надо было мне вставать на эту дорожку.

Бард невольно вспомнил о матери, которая отдала его дому Рафаэлю, чтобы тот воспитал его как благородного. Неужели все женщины так самоотверженны?