Как воспитывать родителей или новый нестандартный ребенок - Леви Владимир Львович - Страница 54

54

- А у тебя как? - хотелось спросить у кого-нибудь. - И у тебя тоже?…

Никто не объяснил, что эти желания чисты и святы, потому что это главное влечение жизни - жить, продолжаться - влечение, без которого не было бы ни тебя, ни меня, никого. Зато более чем хватало внушений, что это стыдно. Если бы знать, что врачи считают ненормальным как раз отсутствие влечения, и что это тоже не так!

Если бы объяснили, что у каждого своя жизненная стезя, своя тайная мудрость, своя норма, свой путь!…

Что счастье не в следовании заповедям и не в кайфе их нарушения - а в следовании Себе в самом полном смысле - Себе Вместе Взятому!…

Первая нелюбимость

из рассказов для сына

Каждый несчастлив в одиночку…

Еще будучи маленьким мальчиком, я впервые влюбился, влюбился страстно, беспомощно. У меня эта любовь не была счастливой, в меня запало неизгладимое болевое ощущение, что меня не любят и никогда не полюбят, что я не достоин любви. Даже когда меня любили потом, я этому не верил…

…Мне было неполных восемь, когда появилась Она - моя первая девочка, которая не была моей. Беззащитная и наивная, рыженькая, веснушчатая, резвушечка-хохотушечка, на год младше меня. Имя ее было Галя, а звали все почему-то Гулей, Гулькой.

Мы познакомились летом на подмосковной станции Валентиновка. Жили на соседних дачах. Каждое утро я из окна видел, как она в розовой легкой пижамке или в одних трусиках, потряхивая рыжей гривкой и щебеча, сбегает с крыльца к рукомойнику.

Святой Валентин, покровитель влюбленных, окружил мою первую любовь сплошным невезением.

Стояло цветущее лето, а я заболел коклюшем, да еще зачем-то меня побрили наголо, и отражение в зеркале говорило мне: «Урод ты какой-то». И вдруг я безумно влюбился в Гульку, и через день все это уже заметили, уже посмеивались надо мной, а она…

«Володька, хи! Он такой лысый, такой смешной», - услышал я однажды ее слова, притаившись за забором. Это подружки сплетничали, кто в кого втюрен.

Она кокетничала чуть-чуть и со мной, но на площадке, где играли все дети, старалась быть с двумя другими, более симпатичными и ладными ребятишками.

И вот как-то, когда она в очередной раз в игре предпочла Борьку и Мишку, я вдруг ужасно заревновал и, не помня себя, ударил Гульку, больно хлестнул прутом по голеньким ножкам!…

Я сам от себя этого не ожидал.

Она заплакала. Все меня испугались и разбежались. Я внезапно остался один. Навсегда запомнился этот миг - с ревом убегающая Гулька, ребята, с ужасом смотревшие на меня как на сумасшедшего…

Все. Я - один. И я совершил преступление. Я девочку ударил, беззащитную, ни в чем не виновную.

Совершенно подавленный, я поплелся домой. Ужас вины, любовь, жалость к Гульке, раскаяние - все смешалось во мне, и впервые возникла мысль - покончить с собой. Я не спал всю ночь, писал ей письмо, полное отчаяния и мольбы о прощении. Я объяснял, что все случилось потому, что «я очень тебя люблю, ты не знаешь… Я тебя спасу, я за тебя жизнь отдам…»

Нарисовал вместо подписи красивый кораблик. Под утро, набравшись храбрости, положил письмо к двери ее дома. И опять мне не повезло: не успел я отбежать, как пошел сильнющий дождь и бумажку с моим посланием размолотил. Весь вымокший и дрожащий, я сидел за сарайчиком, ждал, когда же она выйдет…

Дождик кончился, посветлело, и к ней на крыльцо прибежали две девчонки-подружки. Вышла и она, милая, улыбающаяся, еще сонненькая.

Они посмотрели на этот размокший листок, ничего не поняли, похихикали и порвали… Все!

Так и не признался ей, прощения не попросил…

Потом долго искал… (Помню, она говорила, что живет на Ново-Басманной улице.) Но больше не встретил, а любовь жива до сих пор…

Единственным утешением оказалось то, что, как скоро выяснилось, любил мою девочку так несчастно не я один… Я узнал об этом, когда она и остальные ребята к концу каникул разъехались, и мы остались вдвоем с одним местным мальчишкой, Славкой, который тоже играл в нашей компании.

Как-то мы коротали вечер вдвоем и заговорили о том, кто кого любит. Я признался, что люблю одну девочку. Славка сказал, что тоже любит девчонку, и спросил: «А ты угадаешь, кого я люблю?…» И тут мы посмотрели друг на друга и в один голос воскликнули: «Маленькую Гульку!»

Не описать это душевное облегчение, этот внезапно вспыхнувший свет!… Мы вдруг ощутили, что мы - товарищи по несчастью… или по счастью…

Наверное, только в детстве возможно соперничество-наоборот?… Может быть, потому, что предмет любви удалился в недосягаемость?…

Дружба наша была короткой и дивной - глоток волшебного эликсира: мы оба вылечились от тоски и снова стали обыкновенными озорниками.

Ни эта моя любовь, ни последующие две, не менее страстные и несчастные, не имели касательства к сексу, бушевавшему как бы в другой, параллельной жизни. К полу - бесспорное, а к похоти - ни малейшего.

Слияние разных уровней человеческого существа - тела и души - великое таинство, без благоволения Свыше оно может и не состояться…

Глава 10. Здравология

О телесном и душевном здоровье ребенка

про еду, про отказ от еды, про режим, про болезни и про закалку, про насилие маленькое и большое…

Заставлять ребенка спать или есть, когда ему не хочется, - преступление.

Януш Корчак

Книгу с названием «Скука. Психологическое исследование» я приобрел в букинистическом, долго читал, в основном, за едой. (Как только вышел ис-под опеки родителей, сразу пожизненно окунулся в долгозапретную привычку читать жуя. Если бы современные дети хотя бы через одного возымели этот порок - какой культурный рывок мы получили бы!…) Потом попросил на денек просмотреть Д.С., как всегда, зачитал…

Вышла в свет эта книжка еще перед первой мировой войной. Автор, если не ошибаюсь, г-н Иванов-Охрюндеев, взял на себя труд рассмотреть все виды скуки своего времени, как-то: скука в городе и деревне; скука вялых и темпераментных женщин, скука мужчин молодых, старых, холостых, женатых; утренняя и послеобеденная скука чиновников; скука от сознания смертности… Напророчил будущее: с прогрессом человечества, утверждал г-н Ив. - Охр., будет прогрессировать также и скука.

Читая, ВПС (ваш покорный слуга) сообразил, что до сих пор неведомо для себя страдал восемнадцатью разрушительными видами скуки. Заинтересовался, занимается ли кто-либо ныне целенаправленным изучением скуки, чужой и своей. Как развивается скуковедение, в чем состоит прогресс скукологии?

По этим вопросам у нас с Д. С. и состоялся небольшой симпозиум у него дома.

- Очень интересно… - вяло пробормотал Д. С., нашаривая что-то на продуктовой полке. - Вчера на этом месте был кекс, а сегодня… гм… какая-то окаменелость… «Скуку» верну как только найду… Кажется, кто-то на «Пятачке» ее нечаянно приласкал… Можем уже начать, да?…

- Устраним прежде всего односторонность подхода, - начал ВПС в мягко-парадоксальном стиле Бертрана Рассела. - «Все жанры хороши, кроме скучного», - никак не могу согласиться с этим демагогическим афоризмом. Кое-какие скучные жанры я, например, решительно поддерживаю и категорически одобряю. Мало ли кому что покажется скучным по недостатку образования или воображения. Мне вот, скажем, представляются скучноватыми папуасские языки, а ведь на самом же деле интересно необычайно, ведь правда?…

- Я слышал, этих языков что-то около сотни, а папуасов раз-два и обчелся… И куда им языков столько… Кроме позапрошлогоднего кекса и варенья из прошлого тысячелетия закусывать нечем, уж не взыщите…

- Ничего-ничего, привычно… Далее, хорошо известно, что наряду с другими состояниями внутренней неудовлетворенности, такими, как, например, хандра, - о чем вы, коллега, в свое время упомянули, - скука является мощным стимулятором жизнедеятельности и творчества. Эйнштейн мечтал о должности смотрителя маяка… Болдинская осень… Евгений Онегин, бежа от скуки…