Вынужденная посадка - Брэдли Мэрион Зиммер - Страница 37

– Он сказал мне… что наше сознание для них как неплотно прикрытая дверь, – говорила Джуди. – Но мы все равно понимали друг друга, превосходно понимали… потому что из-за Ветра наши сознания были, как вы говорите, открыты друг другу. Но никто мне не верит! – закончила она горестным возгласом. – Они думают, я спятила или вру!

– Какая разница, что там они думают, – медленно произнес священник. – Может быть, их неверием вы даже защищаете этого вашего пришельца. Вы же сами говорили, что, по его словам, они нас боятся – а если они тихий мирный народ, это не удивительно. Стоит расе прирожденных телепатов уловить то, что мы передаем в «эфир» во время Призрачного Ветра, и наверняка они решат, что мы жуткий и опасный люд; в чем-то они даже будут правы – хотя и не все так просто. Но если наши поверят в… как там пела Фиона?.. «лесного возлюбленного», они наверняка примутся за поиски лесного народа, и кончиться это может печально. – Он слабо улыбнулся. – У нашей расы уже успела сложиться дурная репутация в том, что касается контакта с культурами, которые мы считаем низшими. Джуди, если вам небезразличен отец вашего ребенка – пусть лучше вам здесь продолжают не верить…

– И так… навсегда?

– На столько, на сколько нужно. Эта планета уже изменяет нас, – сказал Валентин. – Может быть, когда-нибудь наши дети и лесной народ сумеют найти общий язык; поживем – увидим.

Джуди принялась задумчиво крутить висящую вокруг шеи цепочку.

– Это был крест?

– Да, но я сняла его; простите, пожалуйста, наверно, этого было нельзя…

– Почему? Все равно здесь крест ничего уже не значит. А что это у вас там такое?

С цепочки свисал ярко-голубой камешек; казалось, внутри него то и дело вспыхивают серебристые узоры.

– Он говорил… они с помощью таких камешков учат детей; и если я научусь им пользоваться, то смогу держать связь… сообщить, что со мной и ребенком все в порядке.

– Дайте посмотреть, – протянул руку Валентин, но Джуди болезненно поморщилась и отстранилась.

– Что такое?..

– Не могу этого объяснить. Я и сама не понимаю. Но если кто-то другой трогает камешек, мне… больно, как будто это… часть меня самой, – скороговоркой закончила она. – Как по-вашему, я спятила?

– Что такое безумие? – покачал головой священник. – Кристалл, усиливающий телепатические способности… может, он как-то резонирует с электрическими сигналами мозга… Должно же в основе телепатии лежать какое-то природное явление, не могут все многочисленные свидетельства основываться на пустом месте. Может быть, кристалл подстроился под некую специфическую функцию сигналов мозга, отвечающую вашей личности. В любом случае, кристалл существует, и… кстати, вы пытались связаться с этим вашим пришельцем?

– Пыталась. Это похоже… – она замялась, подыскивая слова, – как если бы я слышала чей-то голос и узнавала, чей… нет, не так… но, в общем, это случалось. Мне казалось – на какое-то мгновение, но совершенно явственно – будто он стоит рядом, прикасается ко мне… а потом опять все пропадало. Словно он напоминает о том, что любит меня, хочет приободрить… но все на какое-то мгновение. Однако у меня временами возникает странное ощущение, будто это только начало, что когда-нибудь я узнаю гораздо больше…

Она спрятала камешек за ворот рубашки и застегнула верхнюю пуговицу.

– На вашем месте, – наконец произнес священник, – я пока держал бы это в тайне. Я говорил, что мы уже начали меняться на этой планете – боюсь только, недостаточно быстро. Наверняка ведь найдутся ученые, которым захочется поэкспериментировать с этим камешком, разобраться, как он устроен… может быть, даже его отберут, а вас опять заставят отвечать на бесчисленные вопросы и сдавать анализы, вас будут снова и снова проверять, не врете ли вы и не сошли ли с ума. Никому не говорите об этом камне, Джудит. Пользуйтесь им, как объяснял вам ваш пришелец. Может быть, когда-нибудь нам действительно важно будет знать, как работает этот кристалл – как он на самом деле работает у лесного народа, а не как хотелось бы заставить его работать нашим ученым.

Он поднялся, отряхивая с колен крошки.

– Ладно, пора вернуться к моим валунам.

Джуди приподнялась на цыпочках и легонько поцеловала его в щеку.

– Спасибо, – тихо сказала она. – Вы очень мне помогли.

Отец Валентин протянул руку и невесомо погладил ее по щеке.

– Я рад, – произнес он. – Это… только начало. Дорога назад будет очень долгой – но начало уже положено. Ступайте с Богом.

Джудит направилась к столовой; священник проводил ее долгим взглядом, и в голову ему пришла странная, чуть ли не еретическая мысль: «Откуда мне знать, может быть, ребенка ей посылает Господь… только наполовину человека… но здесь, на дикой планете? – Он попытался прогнать эту мысль. – Наверно, я сошел с ума, – промелькнуло у него в голове; но тут же нахлынула другая мысль, еще более мучительная: – Откуда мы знаем, может, Сын Человеческий, которому я поклонялся все эти годы – плод такого же странного союза?»

– Какая нелепость! – вслух произнес он и опять принялся ворочать валуны.

14

– Никогда бы не подумала, что стану молиться о плохой погоде, – произнесла Камилла. Она затворила дверь небольшого, с усиленным деревянным каркасом купола, в котором размещался компьютерный терминал, и прошла к консоли, где уже сидел Гарри Лейстер. – Вот о чем я думала. Если нам известны продолжительность здешнего дня, солнечное склонение и так далее – можем мы точно подсчитать продолжительность здешнего года?

– Ну, это довольно элементарно, – отозвался Лейстер. – Напиши простенькую программку, и компьютер все тебе скажет; может быть, даже сколько тут длится лето, и сколько зима.

Камилла сделала шаг к консоли; беременность уже начинала становиться заметной, хотя походка по-прежнему оставалась легкой и грациозной.

– Я уже занес в банки данных почти полную информацию о фотонном приводе, – сказал Лейстер. – Когда-нибудь – помнится, Морэй как-то говорил, что от изобретения парового двигателя до первых полетов к звездам прошло меньше трехсот лет… Камилла, когда-нибудь наши потомки сумеют вернуться на Землю.

– Если захотят, – заметила Камилла, усаживаясь за клавиатуру.

– А ты в этом сомневаешься? – недоуменно воззрился на нее Лейстер.

– Ни в чем я не сомневаюсь. Просто я не беру на себя смелости предполагать, чем захотят заниматься мои пра-пра-пра-пра… а черт! В общем, мои внуки в девятом колене. В конце концов, земляне преспокойно жили многие поколения подряд и даже не думали создавать вещи, изобрести которые, в общем-то, было раз плюнуть, после того как научились плавить железо. Вы что, серьезно думаете, человек стремился бы к звездам, если бы не демографический взрыв и не загрязнение окружающей среды? Не говоря уж о множестве социальных факторов…

– Морэю дай волю – и все наши потомки будут варварами, – сказал Лейстер, – но до тех пор, пока с нами остается компьютер, знания будут сохранены.

– Если компьютер переживет следующий Ветер… – пожала плечами Камилла. – Честно говоря, у меня такое ощущение, будто все, что мы притащили с собой, не протянет дольше одного поколения.

С большим трудом Лейстер удержался от резкости. «Она же беременна, – напомнил он себе, – не зря ведь долгие годы считалось, что женщина не может быть ученым – когда она ждет ребенка, ее… посещают странные мысли».

Пальцы Камиллы замелькали над клавиатурой.

– А зачем тебе продолжительность здешнего года? – поинтересовался Лейстер.

«Что за глупый вопрос!» – подумала девушка, но вовремя вспомнила, что Лейстер вырос на космической станции, и погода для него ничего не значит. «Вряд ли, – подумалось ей, – ему даже придет в голову выстроить простейшую триаду: климат – урожай – выживание».

– Во-первых, – принялась разъяснять она, – нам надо прикинуть, сколько тут длится севооборот, чтобы знать, когда можно рассчитывать на урожай. Это проще, чем методом проб и ошибок – будь мы в нормальной колонии, исследовательские отряды Экспедиционного Корпуса понаблюдали бы за планетой, по меньшей мере, несколько годовых циклов. Во-вторых, Фионе, Джуди… да и всем нам, остальным, тоже хотелось бы знать, в какое время года родятся наши дети, и какой ждать тогда погоды. Я сама шитьем детской одежды не занимаюсь, но кто-то этим будет заниматься, и неплохо бы знать, на какую погоду рассчитывать!