300-летняя Брачная ночь Атлантиды - Блаженный (Береславский) Иоанн - Страница 55

Не было никогда на земле совершеннее цивилизации, построенной Богом. Не было человека прекрасней, чем в Атлантиде. И ни одно царство в мире не несло такое соборное государственное страстноoе, как Атлантида. Разве что сравнить со Святою Русью времен красного Гулага: вереница в 150 млн. зэков, с коммунал-котомками через плечо и безобразными фибровыми чемоданами спешащих на станции «Тьмутаракань-4», «Коми-5», «Пересыльный пункт ОГПУ-Гулага №3».

Кому повелит Он войти в освенцимскую печь, кому поселиться в мертвой пустыне с обглоданными костями и адовыми упырями, кому пошлет пищу в пещере… Но всегда — блаженнейшее утешение и вход в Брачный чертог.

Божия Матерь с Соловьиной горы: «Дитя Мое, передай человечеству 84-й цивилизации: вход в Брачный чертог здесь, на Соловьиной горе».

Восходя на Соловьиную гору переживали мы с о.Паисием страстноoе, пережитое Пречистой Девой. В Ее божественные стоны обернута каждая крупица успенских воздухов. Просила, стоя у Креста, разделить с Ним смертный одр. 15 лет сораспятая разделяла Брачный одр здесь, на горе Брачной вечери.

K

Таинственные «семивратные Фивы», семь входов в Царство подарили миру много чудесных дев. Среди них Антиопа Беотийская.

Происхождением от речных потоков Беотии, дочь речного божества Антиопа (‘антиао’ — «выходить навстречу»: дева выходящая навстречу Жениху) жаждала с детства одного: помазаний. Наслушавшись рассказов о небесных опочивальнях, усыпальницах, о богах сходящих на землю, о 12-ти олимпийских великих помазанниках, Антиопа ничего не могла сделать с собой. Человеческая оболочка казалась ей бренной и ничтожной. Чудесная сила действовала в ней. Антиопа переживала свое предназначение — стать невестой Вышнего.

Рожденная непорочно от божественных потоков целомудрия, от сладчайшего вина, разливающегося во внутреннем, Антиопа готовила себя к посвящениям. Ей предстоит пройти свои циклы «элевсинских мистерий»: победить подземных чудовищ (преодолеть родовые программы), счастливо отделаться от пряжи и нитей Мойр (богинь судбы), поклониться священной Тюхэ-Фортуне, чудесному и умонепостижимому, счастливейшему уделу невест Всевышнего.

Могущество Бога для нее выражалось не в Его восседании на троне Вседержителя. «Пантократор» с жезлом в руках, всемогущий и недоступный, вызывал ее наивную улыбку. О нет, таков бог для непосвященных, профанов! Антиопа жаждала Брачного чертога. Сам Эрот вонзил в ее сердце золотую стрелу любви к Всевышнему. Сама Афродита вместе с Афиной Палладой облекли ее в чудесные одежды непорочности.

Земные телесные связи казались ей чем-то животным, чуждым и оскорбительным для высокого назначения человека — сочетаться славе Божества.

Как это непросто, Антиопа знала из наставлений своего учителя и пастыря. Нужно высвободить бессмертные тела, подготовить себя к великому страстноoму, ко вселенскому кресту. Человек должен преобразиться и пройти закалку в огненной печи.

— Боги обожгут твою греховную физическую плоть в олимпийских печах. И в час, когда горячее вино потечет по твоим внутренним сосудам, ты познаешь Вышнего, как Он прекрасен и в чем назначение человека.

Так говорил старец, и Антиопа внимала ему с благоговением.

Боoльшую часть времени она проводила на священной горе Киферон, где внимала гласам Всевышнего Бога. Много передумала в одиночестве Антиопа, но не находила ничего слаще голоса своего Жениха, когда Он овевал ее райскою прохладою сада Гесперид и обоживал ее в чертогах вышней любви.

Отец и мать хотели видеть Антиопу обычной смертной, ждали от нее потомства. Но не таково было призвание девы.

Посвященная Всевышнему с детских лет, она отличалась неземною красотой, отвергала женихов, пиры, удовольствия, охоту, праздное времяпровождение в царских покоях. Дни посвящала созерцательной молитве, упокояясь и растворяясь в превосхищенных воздухах. Имя божественного Дио не сходило с ее уст.

K

Первородная Непорочность совершила в ней необходимую духовную работу, приготовив Антиопу к Брачному одру. И дойдя до вершины лестницы обожения, Антиопа зачала от Всевышнего.

На руках у нее двое прекрасноликих непорочно зачатых сыновей, близнецы Зет (‘зео’ — «лепить», лепка Вышнего) и Амфион (‘амфи’ — «около, поблизости», ‘он’ — «божество»). Отец их Всевышний. Не нарадуется Антиопа, сравнивая себя с гиперборейской девой Лето, родившей от Всевышнего двух богов олимпийских, близнецов Аполлона и Артемиду. И готова как мать, родившая от Бога, как богородица, посвятить себя без остатка, пресуществиться в своих прекрасных мальчиков.

Воздевая руки горе, Антиопа молится:

«Отче Превышенебесный, подаривший мне эти непорочные создания в совершенстве Твоего творения! Теперь я познала каков Ты воочию и каково наивысшее призвание человека, и каков чин жены, женщины. Назначение ее зачать безмужне от Всевышнего богомладенца и войти в огненное страстноoе, обоживающее Твоих учеников.

Что теперь я должна сделать для Твоих детей? Родители гонят меня за тайнопомазанный брак мой и детям грозит гибель. Неужели от меня потребуют, чтобы я отдала детей им и больше их никогда не видела? Нет, моих мальчиков ожидает другой удел! Да вскормит их священная коза Амалфея, некогда заменившая Тебе материнские сосцы! Ее сломанный рог стал рогом изобилия. Пусть же из рога изобилия снизойдут дары Всевышнего на моих маленьких небесных вестников Зета и Амфиона».

«Услышана твоя молитва. Неси Моих детей на священную гору Киферон и отдай на попечение старца. Я позабочусь о них. Наши сыновья станут царями Фив. Прекрасная и совершенная династия утвердится от них. Оба великих героя, Зет и Амфион, прославят имя Мое далеко за пределами Греции. Фивы обретут великолепие и станут как Кадмея, высокая крепость, построенная царем Кадмом.

Великолепный город построят на земле наши сыновья, соревнуясь друг с другом в искусстве градостроительства. Амфион станет подобен Аполлону и Орфею. Высшего мастерства достигнет он в игре на златострунной кифаре, подаренной ему солнечным божеством. Зет же достигнет вершины старческой премудрости, и на нем просияет печать священника, пророка и мудреца. При мирном правлении Зета и Амфиона семивратные Фивы достигнут вершины теократии. Я возьму под Свой покров этот город семи божественных входов и выходов на время их правления. И Я преукрашу их отношения особой братской любовью и миром, подобно Диоскурам Кастору и Полидевку».