Корейские народные сказки - Автор неизвестен - Страница 88

- Мой бычок, мой бычок, - того и гляди раздерут его пополам.

Притомился бычок, ослаб, не брыкается больше. Только мычит. А путники никак не уймутся. Тащат и тащат бычка. Тот и издох.

Пришел хозяин, видит, что бычок дух испустил, заплакал.

Не надо было бычка оставлять одного, много по свету лихих людей ходит, на чужое добро падких.

Перевод Вадима Пака

БЕЗРОПОТНЫЙ ПОРОСЕНОК

Жил-был на свете богатый крестьянин. Стал он дочь замуж отдавать, к свадьбе готовиться. Шум поднялся в доме, переполох. Собрал тогда бык всех тварей домашних на совет и говорит:

- Хозяин замуж дочь отдает, к свадьбе готовится. Кого-то из нас зарежут для праздничного стола. Без меня хозяину не обойтись, он на мне пашет.

- А на мне ездит, - говорит осел. - Кто после свадьбы повезет отца жениха за паланкином невесты, если меня зарежут? Ведь жених сам едет на лошади.

- А я дом стерегу денно и нощно, - заявила собака, - воров отгоняю от дома.

- А я в дождь и в ветер хожу вокруг дома, - промяукала кошка, - за мышами гоняюсь, чтобы не пожирали рис и другое зерно.

- А я по утрам всех бужу, - прокукарекал петух, - кричу да крыльями хлопаю. По мне время проверяют.

- Выходит, все мы полезны хозяину, и он нас резать не станет, - сказал тут бык. - А что скажет наш толстенький друг? Почему вы молчите, господин поросенок? Может, скажете что-нибудь?

Стрельнул поросенок глазками, хрюкнул и говорит так печально:

- В доме пользы от меня никакой. А кормят меня для того, чтобы стал я толстым да жирным, чтобы мясо было вкуснее. Так что зарежут меня одного. Прощайте, друзья!

Перевод А. Иргебаева

ГЛУПЫЙ ОСЕЛ

Отправился как-то торговец на базар, навьючил на осла мешки с солью. Идут они, идут, вдруг на пути - речка. Тяжело ослу, поскользнулся он, в воду свалился. На ноги встал - легко стало. Это соль в воде растворилась.

Прошло несколько дней, опять навьючил торговец на осла мешки с солью, на базар собрался. Дошли они до речки, а осел взял и нарочно в воду упал. Затем встал, отряхнулся как ни в чем не бывало.

Смекнул хозяин, в чем дело, рассердился, думает:

"Ладно же, поганая тварь, покажу я тебе, как хитрить!" И когда снова отправились они на базар, не соль положил торговец в мешки, а хлопок.

Дошли они до речки, а глупый осел опять в воду нарочно упал, да еще усмехается про себя. Встать на ноги захотел - мешки еще тяжелее стали. Едва вылез осел из воды. Невдомек ему, что хлопок воду в себя впитал.

А хозяин смотрит на осла и злорадствует:

"Поделом тебе! В другой раз не будешь хитрить!"

Перевод Вадима Пака

СОБАКА НА ДВА ХРАМА

Стояли в селении два храма - под горой и на горе. И сторожила те храмы одна собака.

Идет собака из верхнего храма в нижний, а ее там не кормят - думают, в верхнем наелась. Идет в верхний - опять не кормят, думают, в нижнем наелась.

Так и ходит собака голодная.

Перевод Лим Су

МУРАВЕЙ И ГОЛУБЬ

Упал как-то муравей в воду.

- Спасите, - кричит, - тону!

Услыхал голубь и всполошился. Сорвал с дерева лист, муравью бросил.

- Держись крепче, - говорит и тащит потихоньку на берег. Ухватился муравей за лист, насилу выполз на берег. Стал благодарить голубя:

- Спасибо тебе, дядя голубь! Спас ты мне жизнь!

Рад голубь, что доброе дело сделал, и улетел к себе в горы.

Сидит как-то голубь на дереве, а к дереву охотник подкрался, того и гляди выстрелит из ружья.

Увидел это муравей, подполз к охотнику, в ногу его укусил.

Завопил охотник от боли. Смотрит голубь - у дерева охотник с ружьем. Взлетел голубь и говорит муравью:

- Спасибо тебе, спас ты меня от верной смерти!..

Так за добро муравей голубю добром отплатил.

Перевод Вадима Пака

* Как Ким Сон Даль продавал реку Тэдонган *

КАК КИМ СОН ДАЛЬ СДАВАЛ ЭКЗАМЕН НА ГОСУДАРСТВЕННУЮ ДОЛЖНОСТЬ - КВАГО

Государственные экзамены на чиновничью должность, которые ежегодно проходят в Сеуле, были назначены на следующий день. Накануне во дворце Академии конфуцианских наук - Сонгонкване народу собралось видимо-невидимо.

Казалось, сюда съехались ученые конфуцианцы из всех восьми провинций Кореи. Были в числе экзаменующихся и претенденты из Пхеньяна.

Каждый держал стопку самой лучшей бумаги, самую мягкую кисть, чтобы писать иероглифы, тушечницу с черной тушью и втайне мечтал занять на экзаменах первое место: это давало право на хорошую должность.

Государственные экзамены! Кто не знал о них в старой Корее или хотя бы не слышал? От экзаменов зависело будущее, вся жизнь. Сколько бессонных ночей провели люди в ожидании этого дня, сколько было волнений, переживаний. Ведь решался вопрос, быть или не быть чиновником, а значит, обеспеченным человеком. Один только Ким Сон Даль, пхеньянец, оставался невозмутимым. В ближайшей харчевне пил сури, распевал песенки, а на постоялый двор возвращался до того пьяный, что едва доходил до своей комнаты и засыпал прямо на пороге.

Ким Сон Даль еще спал, когда все уже давно встали, громко переговаривались между собой.

- Не мешайте спать, - проворчал Сон Даль, повернулся на другой бок и снова захрапел.

- А Ким Сон Даль, видно, не собирается сдавать кваго, - сказал кто-то.

- Наверняка. Ведь он никогда всерьез не занимался учебой.

- Всю жизнь лоботрясничал!

- Но учился же он где-то?

- Возможно, только не систематически, а так, между прочим.

- Тогда зачем ему было ехать в Сеул?

- Погулять, развлечься! Конечно, экзамены тут ни при чем.

Когда Сон Даль наконец проснулся, все уже позавтракали и ушли в Академию.

- Молодой человек, а вам не пора? - спросил хозяин у Сон Даля.

- Успею, - ответил Сон Даль и в свою очередь обратился к хозяину: - У меня к вам большая просьба!

- Какая же?

- Нет ли у вас ватных штанов и куртки? Если еще и зимняя шапка найдется, будет совсем замечательно.

- Есть, конечно, но зачем они вам в такую жару? Ведь июль месяц на дворе.

- Для одного дела нужны. Выручите! Я в долгу не останусь.

Хозяин тут же принес ватную куртку, штаны и меховую шапку. Сон Даль стал примерять - в самый раз.

- Спасибо, почтенный. Если мне посчастливится - занять первое место, с меня причитается.

- Ничего мне не надо, - ответил хозяин, - от всей души желаю удачи!