Белка в колесе - Бурак Анатолий - Страница 66

Пройдя еще километра два, стали различать шум машин.

— Это автострада, — уверенно заявил Проф. — И хоть в какой-нибудь город мы приедем.

Близость цивилизации прибавила сил, и мы зашагали бодрее. Вот между деревьями показался просвет и стали видны автомобили, то и дело проезжавшие по шоссе.

— Ну как, Семен Викторович, проводить до города?

— Судя по рассказам Елены Владимировны, между державами сейчас мир. А следовательно, быть принятым за шпиёна мне не грозит.

Мы стали прощаться.

— А может, сходим, Юра? А то всю жизнь прожила в Париже, а за границей так и не побывала. — Лена невинно хлопала глазами.

— Семь пятниц на неделе, а мне так больше нравится, — пропел я, но это было воспринято как согласие.

И мы всей гурьбой вышли на шоссе, в надежде добраться автостопом. Знать бы еще куда?

Стоять пришлось недолго, и минут через пять уже рассаживались в кузове небольшого фермерского грузовичка. Помимо нас там находились клетки с курами и одна большая, со свиньей. Названия города мы не знали, а спросить постеснялись.

После пятнадцати минутной тряски, сопровождаемой кудахтаньем и похрюкиванием, наконец въехали в лоно цивилизации. Вполне обычный маленький городок. Двух-трехэтажные домишки, заправочная станция, а через дорогу закусочная. Конечно, архитектура домов немного отличалась от дизайна их собратьев на Среднем Западе, ставшей привычной по фильмам, рассказывающим о жизни простых американских парней. Но глаз не резало и с души не воротило. И я вполне мог бы поселиться в одном их таких домиков, и даже чувствовал бы себя счастливым.

В закусочной Проф заговорил по-английски. И к моему немалому удивлению, его отлично поняли. Инна, оказавшаяся полиглоткой, переводила содержание разговора. Так, ничего особенного. Проф расспрашивал, где здесь мотель, и следовало подробное описание, как к этому месту добраться.

Заказав кофе и сандвичи, немного перекусили и направили стопы в указанном направлении. Хозяйка чистенького двухэтажного домика, выкрашенного яркой салатовой краской, встретила нас радушно. Улыбчивая полная негритянка почему-то напомнила не менее гостеприимных хохлушек, сдающих летом комнаты в нашем Крыму. И, не спросив никаких документов и не взяв залога, нам указали комнаты наверху.

Нам с Инной достались смежные, довольно просторные покои, с общим душем. Покидав кое-как вещи в шкаф, я спустился обратно в холл. Хозяйка, она представилась как Роза, уже несла огромный кофейник, из которого доносился восхитительный аромат. Усевшись за столик и неторопливо прихлебывая напиток, я смотрел в окно. Всё-таки хорошо, что Лена нас сюда вытащила. От здешнего уклада веяло неторопливым спокойствием и какой-то размеренностью. Всё радовало глаз своей чистотой и ухоженностью, и создавалось впечатление, будто опять попал в Швейцарию.

Но как выяснилось, всё же существовали небольшие отличия. Они, эти самые отличия, возникли на пороге в виде двух огромных негров. Окинув меня презрительным взглядом, обезьяны скрылись в кабинете владелицы. А выйдя оттуда спустя недолгое время, один из громил пересчитывал тоненькую пачку банкнот.

Да, чего-чего, а понятие «крыши» у народа, населяющего Альпы, отсутствовало напрочь.

Но это их жизнь, и я продолжал смотреть в окно, не желая вмешиваться. Всё так бы и закончилось, не покажись на лестнице моя принцесса. Одна из обезьян осклабилась и попыталась заигрывать. Мало того, этот… даже схватил ее за руку.

Кровь ударила в голову, и я одним прыжком оказался рядом, нанеся сдвоенный удар. Кулаком в горло и одновременно коленом в живот. Образина рухнула, забрызгав всё вокруг. А я обернулся ко второму.

Не хотелось нападать первым, и на мгновение застыл, выжидая. Чернокожий гигант повел мощными плечами, как бы разминаясь, и медленно поднял руки в боксерскую стойку. Потом чуть присел и двинулся на меня, струясь подобно ртути, так что не было заметно отдельных движений, слитых воедино. Он всем своим видом давал понять, что своим успехом я обязан внезапности нападения и это временно. И время это будет длиться столько, сколько захочет он. Сильный и сытый зверь, решивший немного поиграть.

Я же, внимательно следя, внешне не реагировал, и он стал что-то презрительно говорить сквозь зубы. Не понимаю по-английски, но это явно были оскорбления, наносимые, чтобы спровоцировать на опрометчивые действия.

Вот он улыбнулся и наметил ногой обманное движение, однако правая рука выдала его напрягшимися мускулами, и пудовый кулак понесся вперед, направленный мне в голову. Да-а, если б попал — была бы верная смерть. Но такого удовольствия я ему не доставил. Чуть отступив вбок, я ладонью подправил направление и малость повернулся, ловя его предплечье обеими руками, протягивая вперед и направляя вниз. И вот его лицо уже пашет по полу, прибавляя к пятнам оставленным напарником, несколько новых. Не давая тому приподняться, я резко упал на одно колено и, вложив вес всего тела, ударил локтем в основание черепа. Бил насмерть, ибо лучший враг — это мертвый враг. А то, что никаких компромиссов с этими ребятами не получится, я понял сразу.

Что-то причитала мамми Роза, на шум выбежали Лена с профессором, а Инна успокаивающе гладила меня по руке. Семен Викторович молча смотрел, а Лена по-деловому тут же убрала оба тела. И, повернувшись к хозяйке, произнесла:

— Ничего не случилось, понятно? Эти двое получили с вас, что причитается, и убрались восвояси.

Та дрожащей рукой указала на мотоциклы, весьма, кстати, допотопные, по нашим меркам, стоящие у входа. Лена прибрала и их.

— Эх, Юрка, ну хоть иногда ты можешь немножко подумать?

— А чем я сейчас занят, по-твоему?

— О чем же размышляешь, если не секрет?

— Да так, Сибирь для американцев. И вообще, что-то я стал ратовать за чистоту расы в последнее время.

Лена махнула рукой, а Инна чмокнула в щеку. Видать, и впрямь совершил нечто из ряда вон, коль вместо насмешек заслужил такое.

Профессор тем временем расспрашивал хозяйку мотеля. И выходило, что это не конец и впереди нас ждут небольшие приключения. Ибо банда, контролирующая эти места, насчитывала человек двадцать пять. И, действуя подобным образом, мы обязательно попадемся ей на глаза. А глаза, по словам Розы, у тех были повсюду.

Но это не пугало. В конце концов, мы не где-нибудь, а в Сибири. И русские, как известно, не сдаются.

Постояльцев, кроме нас, в мотеле не водилось, и остаток дня прошел без происшествий. Но с самого утра, энергично при этом жестикулируя, нас выпроводили, мотивируя действия тем, что ожидается скорый приезд родни. Расплатились мы российскими червонцами, и, по тому, как у хозяйки заблестели глаза, стало понятно, что нас малёк надули на разнице курса.

В ближайшем гараже была куплена не очень новая, но бодро урчащая машина. И вот мы катим по шоссе в направлении того, что у нас называется Новосибирском. Правда, в разговоре столь нелюбезно выпроводившая нас хозяйка обозвала этот город Нью-Саутгемтоном. Но это наименование ничего не значило.

Едва отъехали от города, как нас стали настигать человек двадцать мотоциклистов. Не знаю, успел ли кто-то шепнуть про драку в мотеле, или это просто очередной рейд местной братвы. Ничего хорошего встреча, по всей видимости, не сулила. Кроме нас, на дороге никого, и, по-видимому, одинокая машина, купленная за золотые червонцы, представлялась кое-кому легкой добычей. И как назло, при себе нет оружия. Нет, револьвер у меня, конечно, был. Но что такое шесть патронов против двадцати человек? И тоже наверняка не безоружных.

Видимо, вчера в драке, мне всё же заехали по голове, так как соображать я стал заметно хуже. Ведь рядом уютно устроился «ходячий арсенал» в лице Лены. Но я, засмотревшись на кавалькаду, совершенно забыл об этом.

— Ну что? Разомнемся? — В голосе Лены слышалась ангельская кротость. Ну просто домашняя девочка, спрашивает у мамы разрешения совершить утреннюю пробежку.

Инна, которая сидела за рулем, притормозила, и мы, оставив профессора в машине, «перешли» вместе с Леной прямо из салона.